Ник и другие я (СИ)

Он не предаст её. Если она жива – он её спасет. Не предаст. 
– Только живи, девочка. Вот не твое время умирать… 
Он пошел в коридор, с трудом отмахиваясь от медсестер и докторов. Охранник влетел в стену и осел на пол, когда Ворон чуть не рассчитал силы. 
***
Ви медленно приходила в себя. 
Странные, непонятные звуки вокруг – она еще в другом времени.
Яркий свет, выбивающий слезы из глаз.
Тепло.
Под пальцами что-то рассыпчатое, как песок. Впрочем, это и есть песок. 
Арена. 
Что ж, она все же оказалась тут. 
Бывает. 
Она не знала – дорого отдать свою жизнь или позволить убить себя быстро. 
Еще недавно, в Либорайо, выбрала бы второй вариант. 
Теперь… Очень хотелось жить.
Мощное поле гравитации, прижимавшее её к песку на Арене, исчезло. 
Ви нашла в себе силы встать. Выпрямиться. И взглянуть в глаза тех, кто уже приговорил её к смерти. 
В королевской ложе было всего трое че… Нет, эти людьми не были, хотя произошли как раз от тех самых, настоящих людей погибшей Земли. 
Некто в вычурной короне на голове. Воспринимать её женщиной было сложно – слишком презрительный взгляд идеально синих глаз, слишком поджаты губы в выражении брезгливости. Да, Ви понимала, что после нескольких дней пути она выглядит не совсем прилично, не совсем опрятно, да и благоухает при этом отнюдь не ромашками. Хотя скорее всего причина отвращения на лице Королевы из-за происхождения Ви. Полиморф. Королеве придется потерпеть – никто не выбирает кем родиться. 
Некто в черном – мужчина в возрасте, Ви никогда его не видела. 
И… Зак. Несостоявшийся жених. Сразу вспомнились слова отца. Он говорил, что в Убежище Зак безжалостный убийца. Ви, нагло салютуя ему, улыбнулась – отец был прав. Тут Зак был иной – собранный, угрюмый, холодный. Зеленые глаза оценивающе пробежались по фигуре Ви, и… Такой злости Ви давненько не видела. Она передернула плечами – в рою всегда так. Рой ломает, подчиняет и делает всех одинаковыми, как Королева. 
Их нейронет надо взорвать к оркской бабушке, хоть изначально задумка и была хорошей. Только попала в руки безумцев, которые даже хорошего Зака превращают в чудовище. Кажется, её сказку назвали неправильно. Она не Несмеяна. Она принцесса, столкнувшаяся с Чудовищем. И любовь тут не спасет.
Королева громко спросила:
– Это та самая Семечка Рассел?
Зак подобострастно склонил голову:
– Да, моя королева.
– И сколько же их всего было?
– Полагаю, больше десяти. Первоначальные данные о том, что клонирование не состоялось, были ошибочны.
– Уже нашел их всех?
– Нет, моя королева. Но я ищу – еще одна обнаружена в Либорайо. 
– Уничтожить всех, Закат. Надеюсь, тебе не стоит напоминать в который раз, чем опасны полиморфы?
– Нет, моя королева. Я еще помню свой Холм и реки крови.
– Хорошо. Тогда уничтожить эту…
Зак подсказал королеве:
– Ви Рассел?
Ви скривилась – тут даже не пытались изобразить хотя бы видимость правосудия. Она полиморф, а значит подлежит уничтожению. Здесь никого не волновало то, что она чувствовала, то, что она хотела, на что была согласна ради спокойной жизни…
– Да. Уничтожить эту Ви Рассел. Немедленно. 
***
Хорошая штука – элтел. Ворон, пока несся по крышам к дому четы Росси, связался с Псом и узнал, что Ви жива, что она находится в Холме Справедливости, что операцию по её спасению возглавил лично Перес, что главный исполнитель – Зак Клауд, что суд над Ви состоится завтра утром, а это значит, что времени у него совсем ничего. И это при условии, что ему повезет. Он связался с управлением МУСта, он подал заявку на служебный внедорожник, он подал заявку на личную секретную операцию и даже кое-как обосновал её – в Управлении стражей это прокатывало, ведь там все знали: интересы кланов превыше всего, а клан Переса – самый важный и самый закрытый. Хоть бы это сработало и тут. Чинопочитание вбито у оборотней в подкорку. Хоть бы никто не вспомнил, что он уже не Перес. 
Для надежности Ворон связался с Лексом. Если тот согласится помочь – удастся сэкономить час, не меньше. Лекс попытался возмутиться, но Ворон скинул звонок и заблокировал, чтобы не отвлекал. 
 
Ему некогда.
Ночь была в самом разгаре, а город не спал, город шумел и веселился. Гуляли в свете уличных фонарей парочки, встречались, расставались, целовались и ругались, мирились и расходились. Пахло осенью – пылью, влагой, упорными розами, которые продолжали все еще цвести. Город жил и будет жить. А где-то Ви ждет приговора и возможной смерти, а ей бы гулять и гулять, встречаться, расставаться, целоваться и ругаться, мириться и расходиться – да хотя бы и с тем же Лексом. Ей нужно жить – никто не заслуживает смерти только из-за своего происхождения. Пусть это происхождение и дважды за законом. Что с того, что она полиморф и хомофил? Она девчонка, у которой впереди вся жизнь. 
Ворон спрыгнул с крыши кафе на тротуар, перекатом через плечо смягчил удар, встал и снова помчался – до дома Росси оставалось всего ничего. Пес тем временем загружал в память Ворона планы Убежища – хвала всем человеческим богам, они строились однотипно, лишь выходы вентиляции и канализации чуть отличались – это зависело от рельефа местности. 
Если ему не выделят служебную машину, то… Можно угнать дом Росси? И что ему за это будет? Лин обидится или всё же поймет?
Ворон влетел в автодом, тут же у порога здороваясь, хоть и подозревал, что в доме, кроме него, никого нет. Он промчался через гостиную в свою комнату, прямо поверх больничной распашонки принялся натягивать новый, еще непривычный форменный комбинезон – ему еще как-то оружейную ограбить придется, если Лекс откажется помогать. Главное сейчас – добыть редкие ЭМИ-гранаты, без них все бесполезно. Магические возможности у него так себе – сорвать защитный щит, стоящий на Убежище и на Арене, где происходят суды у лордов, у него не хватит сил. Ему нужны ЭМИ-гранаты, изготавливаемые для МУСта где-то в секретном отделе, который по слухам перейдет под управление Арано. ЭМИ-гранаты, про которые ему подсказал Пес – видимо, он тоже не шибко доверяет Пересу или Клауду. 
Ему нужно оружие. Хотя самым главным – умением недышать его уже одарил Перес, за что Ворон был ему сказочно благодарен. Он, спешно собрав длинные волосы в низких хвост, туго зашнуровав высокие служебные ботинки и заправив берет за клапан на плече, помчался в гостиную – там его должен был ждать Пес с разработанными маршрутами нападения и отступления. Вот последнее – самое главное. Ввалиться и дурак может, а вот выйти живым – не каждый. Главное – вывести из Убежища и спрятать Ви. Остальное неважно.
В гостиной уже ходил по кругу, как загнанный зверь, Парра. Большая сумка с серебристыми мустангами по бокам стояла на полу – Лекс не подвел, принес оружие. 
Увидев Ворона, Парра тут же подался к нему:
– Что. Ты. Творишь! 
Ворон обезоруживающе сказал:
– Хочу вернуть Ви. Хочу дать ей свободу.
Парра чуть наклонился к Ворону – тот был ниже его:
– Линдро настоятельно просил не лезть в это дело. Там Перес…
– Ты ему доверяешь?
Парра лишь резко выдохнул – Пересу, даже после откровенного протаскивания закона о жизни для хомофилов, он не верил. 
Ворон направился к сумке, присаживаясь возле неё и проверяя содержимое. 
Лекс сжал руки в кулаки:
– Там еще Клауд. 
Ворон отложил в сторону тяжелый плазмомет и повернулся на носках к Лексу:
– Ты ему доверяешь? 
Парра слишком живо вспомнил лето и душеедку – замер, сжал челюсти, так что желваки заходили. Ворон кивнул:
– Видишь, потому я и иду. 
– Возьми меня с собой, брат, – еле выдавил из себя Лекс. Ворон оценил обращение – так Лекс называл только Линдро. 
– Прости, я был бы рад, если бы ты прикрывал мою спину в любом другом случае, но не сейчас. Ты не умеешь не дышать, брат. 
– Я надену респиратор.
– Мы не знаем истинные размеры нанов. Вдобавок, они способны проникать через кожу. Я защищен от нанов – ты нет.