(Не)покорная жена (СИ)

– Освободили меня от наказания, видимо, письмо до короля дошло. Только так топорно, специально с болью, запечатанная магия, резко вырвалась на свободу, тело разрывало на части, но я сильный и не такое проходил. Выживу ради родных. 
– Но наш дом? – пошатнувшись, сделала шаг к развалинам. 
Неожиданно воздух возле Никиты заискрил, над землёй на уровне его глаз зависла бумага. 
– Помилование, – он протянул руку к документу и зачитал вслух. 
В нём говорилось, что по просьбе болеющей матушки Авроры Амосовны и по прошествии большого времени, Никите Волкову даётся прощение. С его момента он может вернуться к полноценной жизни, а это значило, что Никита вновь становится свободным гражданином, имеет право заниматься любым ремеслом, кроме вступления в королевскую армию. Но что самое интересное, звания у него остались, но были заморожены, чтобы это не значило. 
Также ему запрещено возвращаться в столицу, обосновавшись на новом месте жительства, он обязан зарегистрироваться в судейском приказе и взять на себя заботу о болеющей матушке, которая незамедлительно будет выслана из столицы, как только Никита Волков зарегистрируется, как свободный гражданин на новом месте жительства. Если он намерен остаться в деревне возле шахт, то и об этом обязан внести поправки в судебную магическую книгу. Имущество, ранее принадлежащее господину Волкову, возврату не подлежит. 
– Это было понятно, что не вернут, – вздохнул молодой человек. – Магия и руки есть, заработаю. 
– Никита, а этот дом?.. – я перевела взгляд на руины. – Он казённый? За него придётся заплатить? 
– Не придётся, – уверенно произнёс он. – Пусть только посмеют, даже с обрезанными правами, я стою выше судьи этой деревни. Призову в свидетели магию. 
Я тихонько выдохнула, ладони жгло всё сильнее, боль заставляла морщиться. 
– Вика, идём к врачу, – потребовал Никита. 
Я развернулась к забору, за ним собирался народ, шум и грохот от развала дома был слышен далеко. 
– А как же дом? Там вещи, – попыталась возразить. 
– Никто не посмеет тронут, сначала руки, – ответил тот. 
– А дети? Дети сейчас придут, а мы… Они же испугаются, – Никита, слушая меня, уверенно вёл к калитке. 
– Вика, не бойся, я тут побуду, а муж к ручью ушёл, он всё пояснит детям. Не беспокойся, иди к Кудре. Попроси для неё успокаивающее, – Люда обратилась к Никите. – Видишь, её трясёт. Испугалась сильно. 
Никита перевёл на меня взгляд и неожиданно поднял на руки. 
– Спасибо, Людмила. За всё спасибо, – поблагодарил Никита женщину и быстро пошёл по улице. 
– Отпусти меня, – шипела на мужчину, баюкая раненые руки. – Народ смотрит. 
Но он только качал головой и шёл дальше. Так как оттолкнуть или спрыгнуть я не могла, решила смириться, пусть несёт. 
Закрыв глаза, чтобы не видеть людей, идущих навстречу, задумалась: 
«Где мы теперь будем жить? Стоит предложить Никите поискать город покрупнее. Ой, у меня же в подвале деньги остались. – Вздрогнув, посмотрела на спутника, но вслух не стала говорить, вернёмся домой, там и сообщу. – Стоит к Жабину поехать, узнать, вдруг новости по первому корню появились, всё же прилично время прошло. Боль в руках утихла. Как же приятно, когда тебя несут на руках. Сколько в нём силы, даже не запыхался и не сбавил темп. А грудь какая горячая. Похоже, магия всё ещё бродит в его теле, не успокоилась». 
– Фыр-р… врум-м… м… – Вишня, шурша шинами, резко остановился возле нас. То ли почувствовал, что мне плохо, то ли муж Людмилы рассказал, что произошло. 
— Вишня, успокойся, всё хорошо, немного по своей глупости руки поранила, – улыбнулась, глядя в обеспокоенные глаза. 
– Пришли, – Никита, не опуская меня на землю, вошёл в дом к лекарю. 
– Что случилось? – мужчина вышел из кабинета и посмотрел на меня. 
– Руки поранила, – Никита аккуратно опустил меня на пол. 
– Проходите, – Кудря указал на дверь. – Вижу, Никита, изменения. Вы стали свободным? 
– Помиловали, – кивнул тот. 
Кудря используя магию, аккуратно и почти без боли извлёк все занозы, почистил ранки, насколько хватило его сил, залечил, наложил мазь и забинтовал ладони. 
 
– Через день-два всё заживёт. С вас семь медяков. 
– Спасибо за помощь, чуть позже занесу, дом немного разрушился, – пояснил Никита. 
– Хорошо, я вам верю и жду деньги, – согласился шокированный лекарь-аптекарь в одном лице. 
– Идём домой? – спросила Никиту, который помог сесть не Вишневского. 
– Нет, нужно на судейский двор зайти, отметку о выбытии поставить и одно дело завершить. 
– Какое? – внутренний голос резко издал громкий предупреждающий звук. Опасность! – Никита, ты же не задумал ничего плохого? 
– Только хорошее, – ответил, улыбаясь, плечистый богатырь. Но улыбка была ой какая недобрая. 
На судейском дворе не было особого движения. Но как только Никита, поймав первого встречного служку, потребовал его отметить, как все в удивлении собрались вокруг нас, будто во двор неожиданно заявился мифический дракон.
Показав руки, ответив на вопросы не без помощи магии, показав официальную бумагу, Никита заметно выдохнул. 
– А теперь домой? – с надеждой дотронулась до крепкого плеча. 
– А теперь мы получим ответы и сатисфакцию, – Никита, оскалившись, использовал магию, тёмно-синее лассо резко вытянулось вперёд и вытащило из толпы капюшонистого охранника.
  
Глава 38. Несчастная судьба Спиридона
 
– Пусти, не имеешь права, – хрипел мужчина, дёргая ногами. Капюшон с его головы слетел, оголяя блестящий лысый череп. 
Неужели он из-за этого никогда его не снимал? Стеснялся? Тёмные, почти чёрные глаза со злобой смотрели на Никиту. 
– О, ещё как имею. Ты не представляешь, какие у меня права, червь, – Никита с силой тряхнул мужчину из стороны в сторону. – Сейчас ты, презренный, призвав магию в свидетели, расскажешь всему судейскому подворью, по какой причине истязал мою невесту Викторию Ламарк. И пусть магия сама выберет тебе наказание. 
Люди, собравшиеся как бы выручать охранника из беды, в недоумении замерли. Никита так уверенно говорил, что они засомневались — а вдруг у того и в самом деле имеются магические права допрашивать судейского охранника? 
– Нет, не виновен, выполнял свою работу! – извивался и упирался мужчина, пока его тащили к камню. 
Но стоило Никите силой прижать чужую ладонь к камню и произнести несколько слов, которые я не разобрала, как камень засветился жёлтым и сковал наручниками охранника, да так, что мужчина не смог подняться и оторвать руки. 
– Пока не признаешься в своих прегрешениях, не сдвинешься с места, – произнёс Никита и перевёл взгляд на стоящих рядом людей. – Чего замерли? Если судья отсутствует, это не повод отлынивать от работы. Где его заместитель? 
– Я… – блеющий голос принадлежал маленькому щупленькому мужичку с длинными черными волосами. 
– Если ты, так начинай разбирательство дела, – сильные пальцы сжались в кулак. – Или магия всё за вас должна сделать? 
– Сейчас, сейчас, – народ разбежался: кто хватал оружие и вставал по обе стороны от задержанного, кто какие-то бумаги понёс непонятно куда, секретарь и временный судья заняли свои места. 
– Мы готовы выслушать Спиридона Тихонова по обвинению в превышении служебных полномочий. Напоминаю, что врать дороже будет. 
Я себе в голове чего только ни напридумывала с момента попадания в этот мир, а оказалось, всё очень банально. В тот день смешались ярость, рвение выслужиться и похоть. 
За удачный допрос подозреваемого служителю полагается небольшая премия, всего-то несколько медных монет, но Спиридоном двигала не жадность, а желание отомстить. Оказывается, в его жизни произошла трагедия, очень похожая на ту, в которую попала Вика. 
Мужчина долго копил деньги на выкуп понравившейся невесты, та была молодая, лет восемнадцати, открытая, общительная, улыбчивая. Мужчине было сорок лет, не такой уж и старый, да и на лицо не урод, работает, имеет постоянный доход. Родители согласились отдать девушку за него, посчитав хорошей партией.