(Не)покорная жена (СИ)

– Э-э… нет, это не моя заслуга, – отняв руки, попятилась. – Возможно, вы и деревенская женщина, но должны понимать, что на всё нужно время. Вы беременны примерно месяц, если не больше. Это лишь совпадение. 
Но по взгляду было понятно: она не верит в естественное зачатие, приписывает чудо мне. 
– Людмила, будьте разумны, за это, – я ткнула в её живот, – стоит благодарить мужа и себя. Только вас двоих, я не при чём. Да сходите вы к Кудре ещё раз, расспросите, сколько времени должно пройти со «счастливого дня» до дня недомоганий и тошноты. 
– Я всё понимаю, драгоценная Виктория. Вы не хотите, чтобы к вам приходили толпы нуждающихся. От меня никто не узнает, ни одна живая душа, буду придерживаться ваших слов о естественном ходе вещей, – глупая улыбка гуляла на женском лице. 
Я понимаю её счастье. Сама бы такой дурочкой была, поверив во что угодно, только бы под моим сердцем росла ещё одна жизнь. 
– Вот и придерживайтесь, – ещё недавно прекрасное настроение покинуло меня. 
  
Глава 17. Как я искала аптеку
 
— Виктория, я тут два письма написал, вот деньги, — Никита протягивал два конверта и несколько монет. – Отправь завтра из города, они оба в столицу. 
Взяв конверты, покрутила в руке. 
— Хорошо, отправлю. 
— И не спросишь кому? – Никита чуть наклонился. – Что случилось? Почему грустная? 
Посмотрев в красивые глаза напротив, неожиданно рассказала, что произошло на улице, о своих переживаниях, что если пойдут сплетни, то меня начнут осаждать желающие поправить здоровье. А я не лекарь и как-то никогда им не хотела быть. Вот травы нравятся, но лекарь — боже упаси. 
Никита рассмеялся. 
— Если народ узнает… Нет, когда народ узнает, что беременность нашей соседки твоих рук дело… 
— Никита, тебе смешно? – оборвала весельчака. 
— Извини, утешитель из меня так себе. Твёрдо говори, что Людмила ошиблась, пусть обращаются к её мужу за лечением. А ты только травы собираешь. Раз-два придут и отстанут, а если не захотят, то будут иметь дело со мной. 
— По поводу завтра. Если получится хорошо выручить денег, то я куплю продуктов, оставлю на налоги, а остальное — моя зарплата няни. 
— Хорошо. 
– Какой ты покладистый, вот бы во всех вопросах был такой, – с надеждой посмотрела на молодого человека, тот лишь покачал головой, показывая тем, что не может дать мне желаемой свободы. 
«Ну хорошо, ещё посмотрим, я найду способ избавиться от рабского договора», – думала я, посматривая на Никиту. 
Рано утром, перед моим отъездом, вновь пришла Людмила, она откуда-то узнала, что я еду в город с купцом, поэтому попросила купить тканей, протянула деньги. Как оказалось, ткани она просит для Леночки и Андрея, чтобы сшить новые вещи. Услышав об этом, деньги принимать отказалась, заверив, что у меня будет возможность приобрести отрезы. Откуда взялась такая уверенность, не знаю, возможно, потому что я везла редкие травы. 
Улыбнувшись, Людмила пригласила детей в свой дом на время моей поездки, Никита дал согласие. Теперь я не переживала, что ребята останутся только под присмотром Вишневского, который этой ночью, не спросив разрешения и не предупредив, ускакал в лес пастись, хорошо, что его никто не заметил и вернулся он затемно. 
Мужчина, вёзший меня в город, был приятной внешности, среднего возраста, в дороге практически не разговаривал, лишь перед въездом в город предупредил о времени возвращения и о том, что ждать не будет. Если опоздаю, то возвращаться придётся пешком. 
Поблагодарив, спрыгнула с телеги, подхватила корзины и отправилась на поиски выгодных предложений. 
Меня немного потряхивало, было одновременно страшно и любопытно. Городской рынок жил своей жизнью, шумные продавцы зазывали прохожих, их помощники чуть ли не в руки пытались впихнуть товар. Раза три засмотревшись на прилавки, приходилось отбиваться от навязчивых подростков. 
Часто встречались питейные заведения, трактиры, погребки, харчевни и даже кондитерские. Учуяв приятные запахи, желудок потребовал еды, но я понимала, что денег пока лишь на отправку писем, поэтому, собрав волю в кулак, проходила мимо. Первым попалось почтовое отделение, оно находилось чуть ли не в центре рынка. Зайдя внутрь, протянула письма и деньги, работник взял их, шлёпнул по каждому деревянной печатью, бросил в какую-то коробку и скучающим взглядом посмотрел на меня, словно спрашивая «Что-то ещё желаете?». 
 
Пробормотав «спасибо», вышла из здания. 
Через несколько минут я поняла, почему так долго искала аптекарскую лавку, оказывается, они аккуратненько расположились на одной из улочек. Тут были не только аптеки, но и лекарские кабинеты и даже целая больница. 
Я не стала заходить в каждую лавку, подумав, решила найти ту, у которой самая богатая вывеска, кричащее оформление витрины. Состоятельный покупатель предпочитает заходить в дорогую лавку, а значит, в ней должны водиться деньги, и хозяин, возможно, предложит хорошую цену за травы. 
Такая лавка нашлась как раз напротив больницы, осмотревшись, толкнула дверь, колокольчик мелодично прозвенел, оповещая о новом покупателе. 
– Госпожа, чего изволите? – молодой человек, стоящий за прилавком, выжидающе на меня посмотрел. Я была единственным посетителем. 
– Добрый день, уважаемый, я бы хотела поговорить с хозяином по поводу продажи редких трав, – взглядом указала на корзины. 
Молодой человек наклонился вперёд, посмотрел на траву и произнёс: 
– Не такие они уж и редкие, не стоит беспокоить хозяина, я сам посмотрю, и если меня устроит качество сырья, то куплю. 
– Вы считаете, что я бы стала нести редкие травы у всех на виду? Если бы это было так, меня бы остановили ваши соседи ещё в начале улицы. Зовите хозяина, уверена, он будет рад моему визиту. 
– Хорошо, ждите тут, – молодой человек лишь на мгновение скрылся за соседней дверью и тут же вернулся. – Господин Жабин сейчас выйдет, ждите. 
Фамилия владельца аптеки немного смутила, а что, если она повлияла на характер мужчины и он не даст мне хорошей цены? 
– Что вы принесли? Если какую-то ерунду, то вашей ноги больше не будет в моей аптеке, – произнёс невысокий мужчина, пришедший из подсобных помещений. 
На жабу он совершенно не походил, худенький, в круглых очках. 
– У меня несколько видов трав средней цены, – аккуратно выложила свой товар на прилавок, — и одна очень редкая. Думаю, что вы точно ею заинтересуетесь. 
– Альберт, разбери травы и посчитай, а я полюбуюсь редкой, – усмехнулся Жабин, не веря в то, что я могла принести что-то стоящее. 
Молодой человек тут же сделал то, о чём просил господин. Все травы были перенесены на отдельный стол с весами. 
– Вот эта трава, у меня три… 
– Согласен, удивили, – в глазах Жабина появился интерес, он аккуратно дотронулся до предложенного товара. – Альберт, сушильную бумагу, быстро. 
Хороший работник попался хозяину аптеки, всё делал мгновенно, не задавая вопросов и не тормозя. 
– Господин, принесённое сырье взвешено, рассортировано, мы можем заплатить пятьдесят медяков. 
– Хорошо, – Жабин, рассматривая траву, словно и не услышал слов помощника. – Свежие, чистые, без насекомых. Беру. Сколько вы хотите за них? – он поднял на меня глаза. 
– Мне хотелось бы услышать ваше предложение, так как я была в одной лавке и меня не устроила их цена, решила узнать, сколько вы дадите. 
Хозяин аптеки нахмурился. 
– У Журбина были? Что он там может предложить?! – он ждал ответа, но я неопределённо пожала плечами. – Хорошо, сто серебряных. 
– Сколько? 
Мне показалось, или он предложил сто серебряных? Мамочки, только бы в обморок от счастья не упасть. Мне удалось спрятать удивление и нахмуриться. Видя, что я задумалась, он пододвинул к себе травы и произнёс: 
– Сто двадцать, но это последняя цена, и если вы скажете, что Журбин предложил больше, то я не просто не поверю вам, а вызову власти и обвиню за клевету, – ноздри аптекаря раздувались.