(Не)покорная жена (СИ)

– Дело давнее, не на ту сторону встал при разделе власти. 
– И долго тебе ещё так? – кивнула на руки. 
– До особого королевского приказа. Да только последнее время обвалы в шахте часто происходят, могу и не дождаться. 
– Часто бывает королевская амнистия? – спросив, дотронулась до тёмной полосы на его руке. 
– По большим праздникам. И да, заранее скажу, чтобы не спрашивала. Ради детей, перед каждым праздником отправляю прошение, но положительного ответа не получал. 
– А ты не пробовал попросить о переводе с тяжелой работы, пусть хотя бы в поле? Частичная амнистия бывает? 
– О таком не слышал, – пожал плечами Никита. – Хочу тебя огорчить Виктория, но с конём ты попрощаешься. Три серебряных не собрать. Зная мои возможности, даже ростовщик не даст в долг. 
– Подожди нос вешать, идём в дом, – схватив мужчину за руку, потянула за собой. Если бы он сам не встал, то я бы и с места не сдвинула его. – Скажи, дома ты питаешься, как мышь. Тебя в шахте кормят? Такие мышцы, такой рельеф, – последние слова пробормотала себе под нос. 
Никита грустно рассмеялся. 
– Почему ты не знаешь таких элементарных вещей? Или пытаешься подшутить надо мной? Никто меня не кормит, магия бурлит внутри, выхода не находит, преобразовывается в мышцы и питательные вещества. Можно сказать, что я живу на своих резервах. Года два ещё протяну. 
– Ё-маё, как всё запущенно, – вздохнула я и, остановившись, посмотрела на Никиту. Мне стало жалко, и его, и детей, до боли в сердце. – Какой-то замкнутый круг, со всех сторон обложили. Что будет через два года, когда магия закончится? 
– Уйду за грань, – ответил он. 
– А если ты будешь хорошо питаться, то сколько протянешь? – мысли вернулись к дорогим травам. 
– Да как все люди без магии могу протянуть, лет тридцать-пятьдесят. 
– И сколько лет живут маги? – не стоило задавать этот вопрос, Никита резко остановился и дёрнул меня на себя, моё лицо впечаталось в широкую грудь. 
– Отпусти, – зашипела я, дёргаясь. Но куда там, силы неравны. 
Вглядываясь в мои глаза, и не отпуская рук, Никита спросил: 
– Кто ты такая? Откуда? Говори! Иначе… 
– Что иначе? Сдашь судье на расправу? Что ты там себе придумал? – негодовала я. 
– Ты очень странная, задаёшь такие вопросы, ответы на которые знают даже дети. У тебя есть магическое животное необъятной силы. Ты знаешь, сколько в нашем королевстве магических животных такой силы и размера? Есть мыши, кошки, насекомые, знаю семьи, в которых тигры-защитники, соколы и мелкие птицы. Но лошадей?.. Нет, такого я не слышал. А чтобы магическое животное урчало и показывало яркие всполохи магии, единицы. Подобное я видела у королевского сокола разве. 
Видя, что я молчу, он прищурился и произнёс: 
– Неужели тебя прислал король убить меня по-тихому? Травами отравить? Ты что-то подсыпаешь в еду? 
От такого предположения я впала в ступор. 
– С ума сошёл? Умнее мыслей в голову не пришло? Будет его величество такой ерундой заниматься. Не легче тебя в шахте завалить? – от необоснованных обвинений я начала кричать. – Не слишком ли замудрёный план? Или ты ещё скажешь, что я виновата в смерти мужа-старика? Только бы к тебе подобраться? Каким камнем сегодня приложило твою головушку? 
Никита потёр затылок. Похоже, и в самом деле ему сегодня прилетело. 
– Прости, тяжелый день был, сам не понимаю, что несу, – он вновь притронулся к голове. 
И я решилась, мне нужно хоть кому-то довериться или я сойду с ума. Мир чужой, законов не знаю, повязана договором. Сейчас мы с Никитой в одной лодке, вдруг я смогу хоть как-то облегчить его жизнь, собирая травы и продавая их. Вдруг получится откупится от навязанного брака? 
– Хорошо, я расскажу свою историю, но поклянись, что и пальцем меня не тронешь, а главное, не расскажешь о нашем разговоре ни одной живой душе. 
– Клянусь своей заблокированной магией, что не причиню вред Виктории Ламарк, узнав её секрет, – желтые всполохи окутали наши руки и исчезли. 
Получается, что магия заблокирована да не до конца?
   
Глава 13. Тяжёлые воспоминания
 
Рассказ о себе начала чуть ли не с детства, Никита не сразу понял, что речь идёт о другом мире, но когда дошла очередь до дорогой иномарки, под капотом которой умещался не один десяток лошадей, его глаза округлились. 
Он не перебивал, выслушал внимательно, когда я закончила, стало тихо. 
Я приготовилась к чему угодно, но не ожидала, что Никита произнесёт следующие слова: 
– Удивительная история. Получается, что магия притянула тебя в это тело для мести. Не переживай, я тебе помогу, – он улыбнулся. Я впервые видела на его лице такую холодную, не обещающую ничего хорошего улыбку. Хотя улыбки на его лице появлялись редко, только при виде детей. 
Озноб прошёл по телу. 
– Ты мне веришь? – я разжала кулаки, оказывается, пока переживала вновь свои приключения, напряглась словно струна. 
– Такое трудно придумать, да и в твоей речи проскальзывают слова, которые не используются в деревенской, да и в столичной жизни. У меня нет другого выхода, как поверить. Это значит, что твой конь невероятно быстрый и сильный? 
– Возможно, пока не проверяла, – пожала плечами. 
– Хорошо, что на нём нет клейма, если объявится настоящий хозяин тела лошадиного, то предъявить ему нечего будет. 
– Никита, а ты не знаешь, как мне вернуться домой, в свой мир? Может, в столице есть сильные маги? – спросила притихшего мужчину. 
– Могу с уверенностью заявить, что шансов нет, – его сухие безэмоциональные слова убили во мне надежду. – Проводились исследования о перемещении между странами лишь по желанию, но ничего не вышло. У меня есть одно предположение, почему тебя притянуло, желание умирающей девушки было настолько сильно, что магия совершила невозможное. Так что, Виктория, придётся тебе обживаться в этом мире. 
– Утешил, – с грустью посмотрела на собеседника, в душе образовывалась чёрная дыра, куда улетали мои мечты, надежды, семья. – Если мы решили откровенно поговорить, то у меня есть несколько вопросов. Каковы шансы, что ты меня отпустишь? Где твоя жена, мать детей? 
Никита молчал целую минуту, прежде чем заговорить. 
– Пока есть угроза моей жизни под обвалом, не отпущу, – мотнул головой он. – Я вдовец. Жены больше нет. Тяжелая была ночь, – он посмотрел в пустоту, вспоминая прошлое. – Нас предали, меня, короля, семьи, что стояли за ним. 
– За кем? За королём? – нужно было понять, во что меня втянула магия. 
– Да, за королём. После того, как дворец был занят, ко мне прибежала служанка, нашла меня в этом месиве, не побоялась. На моё поместье напали, ворота открыли предатели-слуги, и я, никого не предупредив, увел за собой отряд, но было поздно. Ворвавшись во двор, почувствовал, как меня скрутила сильная боль. Я сразу понял, что это такое. Моя магическая брачная татуировка рассыпалась в прах, на руке алело уродливое пятно. Бандиты даже тела не оставили, выкрали, словно в насмешку. В нашей спальне лежала белая меховая накидка со следами крови, моя жена часто её носила осенью и весной, когда становилось холодно. 
Никита помрачнел. 
– А дети? – мне хотелось дотронуться до его руки, утешить. 
– Дети? – он словно не сразу понял, о чём я спросила, выныривая из воспоминаний. – Няня успела их спрятать в потайную нишу и наложить магический полог тишины. 
– Но если твой король победил в борьбе за трон, почему ты тут? 
– Я оставил его в тяжелый момент, подумал, что все недруги побеждены. Мой уход был роковой ошибкой. Один из них прятался на балках, под потолком. Хороший воин. У него был лишь один шанс, и он им воспользовался, метнул кинжал. Да только не рассчитал, что его величество уже был под защитой родовой королевской магии. Кинжал отлетел от защиты и вернулся к убийце, прикончив того. Его величество приказал повторно обыскать дворец. И в этот момент ему на ухо нашептали, что кое-кого из последователей и практически близких людей не оказалось на месте. Сгоряча, не разбираясь, первым приказом было поймать и допросить предателей, покинувших дворец без разрешения. А дальше ты и сама знаешь, блокировка магии, лишение состояния и ссылка. Но я ни о чём не жалею, даже оправдываться не стал. Да, виноват! Да и разбит был в тот момент, меня лишь мысль о детях держала на ногах.