Под флаг адмирала Макарова (СИ)
— Боже милостивый, это же «Цесаревич»!
— Спаси и сохрани царица небесная…
Кто-то молился, некоторые ругались, но большинство собравшихся на мостике офицеров и матросов подавленно молчали — высокий водяной гейзер у борта флагманского броненосца увидели все. Но больше других был ошарашен Вирениус — такого он представить не мог, чтобы Степан Осипович сам замедлил с выполнением маневра, который приказал выполнять самостоятельно. Видимо, увлекся боем и прозевал момент.
— В последний день марта «Петропавловск», а сейчас до начала мая считанные часы — и вот теперь «Цесаревич». Твою мать! Судьбу ведь не обманешь, у нее свои планы…
Губы еле шевелились, он чувствовал, как немеет язык. Гибель Макарова была недопустимой, он такой мысли до этого даже не допускал. Андрей Андреевич прекрасно осознавал, что в таком случае, он как старший флагман обязан принять все командование на себя, а эта ноша его просто раздавит. И добро бы одного, но он просто погубит эскадру. И тут последовал новый взрыв, на этот раз среди концевых мателотов из отряда Рейценштейна — на секунду все увидели две трубы.
— «Рюрик»⁈
— Похоже на «императора»…
Видение оглушило Андрея Андреевича — потерять второй корабль из десяти было немыслимо — судьба словно подыгрывала японцам. Ведь после дневного боя японские торпеды отыскали два единственных больших и самых сильных в тот момент русских броненосца — «Наварин» и «Сисой Великий», а не попали в броненосец береговой обороны. А сейчас уже неважно в какой корабль попали — они оба старые, не имеют противоторпедной защиты, а потому обречены. Может, до утра доживут, но ход снизится до жалких двух-трех узлов, и японцы утром просто добьют изувеченный корабль. Они ведь не все силы задействовали, старый броненосец есть, полудюжина крейсеров, в том числе троица с чудовищными 320 мм пушками. А еще уйму миноносцев — и те могут под утро атаковать, сбегутся с разных сторон, шакалы.
— Есть, попали! И двумя торпедами сразу! Так этой бл…
Никогда Вирениус не видел таким обычно сдержанного Михеева, запустившего сейчас исключительную по экспрессии матерную руладу. Он сам успел разглядеть на расстоянии силуэт большого трехтрубного корабля и теперь гадал, кого русские миноносцы так ловко поразили. Две торпеды разом это очень много, ведь в каждой по четыре пуда взрывчатки. В это время ни один корабль столько не выдюжит, тем более с одного борта.
— Еще попали!
— И в третий раз…
— Нет, похоже миноносец на собственных торпедах взорвался! Слишком яркий сполох!
— Верно, не подводный взрыв…
На мостике тихо переговаривались офицеры, а Вирениус почувствовал себя скверно — ноги неожиданно стали ватными и подломились — все же возраст серьезный, а организм не слишком здоровый, с исчерпанным ресурсом — успела промелькнуть мысль. И навалилась темнота, густая и непроницаемая, никак не похожая на ночную…
Олха, 2023 год.
Вторая книга дилогии «Две руки потентата»
Такие типовые схемы, только русских кораблей были у всех сигнальщиков Объединенного Флота, а к ним прилагалось еще множество фотографий — Страна Восходящего Солнца имела разветвленную агентурную сеть на Дальнем Востоке, от Порт-Артура до Хабаровска…