Между Сциллой и Харибдой (СИ)
– Мороженное можно давать?
– Не тупи, Барон! Ты хочешь, чтоб он заболел ангиной?!
– Ладно, понял.
– Кусковой сахар ему и пусть грызёт, аки гранит науки.
Согласно кивает головой:
– Оно и, дешевле будет.
Так, так, так…
– Когда это произойдёт – не знаю, но этот самый метод «скоростного извлечения кубических корней» – наш с тобой подопечный обязательно откроет. Естественно, у них с Ниной произойдёт турнир за звание лучшего «ходячего арифмометра» и, на нем – он её «покроет как бык овцу».
– Бугагага!
Отвесив подопечному звонкий подзатыльник, поправляюсь:
– В математическом смысле, Миша – в математическом.
– Я понял… Бугагага!
– Хорош ржать – гастроли цирка ещё не начались. Как только произойдёт «математический прорыв», как хочешь – но влюби их друг в друга и уложи в койку. Сможешь:
Чешет озадаченно голову…
– Шпион с тебя, Миша – как из сала пуля! Ладно, я чуть позже тебе методичку вышлю из Ульяновска.
На первомайские праздники я должен был кое-где побывать, не только в столице своей будущей промышленной «империи».
– Если она всё же спит с этим «импресарио», или ещё каким-то образом – он её возле себя удерживает, устрани эту проблему…
Тот, навострил уши:
– В смысле?
– В смысле – чтоб не мешал.
– Ага, понял.
Грожу пальцем:
– Только без жертв!
– Ага, как скажешь.
– Как только им «захорошеет» – начинай кошмарить эту «сладкую парочку», чтоб ей в Москве места было мало. Но только – технично, Миша, технично! Чтоб они ни о чём не догадались. И как только они «созреют» – вызывай меня. Всё понял, Миша?
– Всё?
– Тебе сколько денег оставить?
– Побольше.
Бурчу, разгружая свой лопатник:
– Хм… Мог бы и в содержанцах у своих «тётенек» походить.
Тот, сделав вид что залихватски закручивает ус:
– Гусары денег не берут!
Иронически гляжу на него, протягивая тощий «пресс» банкнот:
– На вот тебе на первое время пятьсот рублей, «гусар». Комната снята на два месяца вперёд – а на «пансион» и расходы на «операцию», должно хватить.
Рискованно, конечно Барона надолго оставлять без пригляда одного в Москве с её соблазнами, да ещё и с деньгами. Однако, когда-то же надо начинать приучать его к самостоятельности!
И я оказался прав: Миша не подкачал, всё сделал согласно «инструкции» и в начале июня дал телеграмму заранее обусловленного содержания.
* * *Ещё в Ульяновске читаю газеты: гастроли ленинградского цирка в Москве сорваны – на фокусника Кумберлена было совершено злодейское нападение из хулиганских побуждений (ох уж эти хулиганы!) и сейчас он в больничке с сотрясением мозга. Должно быть Мишка-Барон навернул «телепата-гипнотизёра» мешочком с песком по голове.
Хм, гкхм… Моя «школа»!
Надеюсь, без этого обойтись было нельзя.
Приезжаю в Первопрестольную и узнаю свежие новости: Нина Глаголева осталась без работы и искать её, по ходу, не особенно торопится – типичная домохозяйка, удобно устроившаяся за широкой мужниной спиной. Вот только, как только эти двое поженились (что в двадцатые годы было просто сказочно легко – как впрочем и развестись) и успели зачать будущего «бэби» – начались проблемы. Должно быть, их преследует какой-то злой рок.
«Московский механико-электротехнический институт им. М. В. Ломоносова» закрыт (мы с Мишей, здесь не при чём – так и должно было случиться в «реале») и, оставшись без хоть какой-то – хотя бы нищенской стипендии и собственного «угла» в общаге, Володя Сифаров чтоб заработать на жизнь себе и молодой супруге – вынужден подрабатывать где и кем придётся…
Однако и здесь не всё «слава Богу»!
На работу если и берут, то не надолго. А уже заработанные кровные – вечно отнимает по дороге домой всякая-разная шпана.
Наконец, я познакомился с этой парой.
Да, Володя Сифаров, – имеет вид «ботана»!
Но не типичного ботана – выдернутого злым роком прямо из-за школьной парты, а прошедшего после этого суровую «школу жизни», где-нибудь в дальневосточном стройбате – в одном подразделениями с узбеками, киргизами и прочими выходцами из Северного Кавказа.
И с жильём – такая же история!
– Два-три дня и выгоняют без объяснения причин, – жалуется он мне.
– Сволочи! – возмущается Миша.
Смотрю на него:
– Ещё какие «сволочи».
– Вот и я говорю – убивал бы таких!
Ещё проблема: у наших забеременевших избранниц – характер меняется просто разительным образом, по себе это знаю. Глаголева – став в результате законного брака Сифаровой, просто поедом благоверного жрёт – требуя должным образом материально обеспечить грозящее увеличиться семейство.
А тот-то и самого себя прокормить толком самостоятельно не может:
– Хорошо, что Михаил одалживает немного денег… Я как только заработаю – сразу отдам!
Тот, философски-скептически:
– Отдашь – потом снова займёшь… Без проблем, друг!
Володя расчувствовался, чуть ли сопли не распустив:
– Прямо и не знаю, что бы мы с Ниной без тебя делали…
«Возможно – разошлись бы, как в море корабли после первой же встречи», – если верить Мишке, тот «телепат» – был просто какой-то восточный деспот и просто так бы – Нину не отпустил.
Не знаю, что там Барон наговорил им про меня, но смотрят они на меня, как египетские евреи – после египетских же «семи казней», на пророка Моисея.
Нина Глаголева, после замужества – Сифарова, показалась мне какой-то странной. «Приторможенной», что ли…
Впрочем, беременность ей к лицу!
* * *То, да сё – после знакомства и предварительной беседы, наконец, перехожу непосредственно к делу:
– Вы в правду, так быстро считаете – как про то говорят?
Переглянувшись, взявшись за руки, оба отвечают чуть ли не в унисон:
– Можете проверить нас, Серафим!
– Ничего личного, друзья: «доверяй – но проверяй!» – моё жизненное кредо.
Ещё дома, я с помощью компьютера заготовил некий простенький «тест на профпригодность». Достаю его из кармана кожанки и начинаю спрашивать, предварительно успокоив супружескую чету:
– Даже, если вы не пройдёте мою проверку – я вам всё равно предоставлю жильё и работу, пусть и не такое благоустроенное или высокооплачиваемую.
«Ведь мы в ответе за тех – кого женим!».
Первый пункт «теста» был взят мной из «Золотого телёнка»:
– Сколько будет 836 умножить на 423?
– 353628, – отвечал Нина, помедлив самую малость.
…Ну сказать, что эти двое «сверхбыстрых вычислителей» оправдали все мои лучшие ожидания – здорово согрешить против истины. Но и, наихудших опасений – не подтвердилось и самое главное: в этих двоих – реально чувствовался большой потенциал.
Удовлетворённо кивнув после тестирования, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки на груди, приступаю к «вербовке»:
– Тебе, Нина, предлагаю работу в «Вычислительно-информационном центре» при «Особом проектно-техническом бюро № 007» Ульяновского исправительно-трудового лагеря. Однако, тебе надо ещё учиться, учиться и учиться – развивая и совершенствуя свои математические способности… Поэтому – всего лишь с испытательным сроком на один год. Увижу реальный прогресс – продлим контракт ещё на год.
«И так далее, – хотел сказать, да промолчал, – незримый кнут всегда должен незримо присутствовать рядом с виртуальным же пряником».
Покраснев, Нина напомнила мне:
– Извините, но у нас с Володей…
– …Ей скоро рожать, – по-мужски прямолинейно закончил за супругу «без пяти минут» счастливый папаша.
– Я знаю! Однако, я вам обоим буду столько платить – что особой помехой для работы или самосовершенствованию, это не будет. Вам хватит денег на кормилицу, няньку и возможно даже – обслугу.