Между Сциллой и Харибдой (СИ)
Шпитальный выскочил от меня не только покрасневшим, потным и обозлённым – но и целеустремлённым и окрылённым.
По горячим следам, тиснул ему письмецо с ульяновским адресом и телефоном Ульяновского кооператива «Красный рассвет» – где уже достаточно хорошо освоили холодную штамповку.
* * *Этого вроде вразумил и вдохновил на трудовые подвиги, как через день встреча с Дыренковым Николаем Ивановичем – Председателем Совета директоров «Акционерного Обществв Российского Среднего Машиностроения» – АО «Россредмаш».
– Товарищ Шниперсон!
– Тридцать три года, как я – товарищ Шниперсон. Что случилось, то?
– Давид Львович… Беда!
Закрываю глаза:
– Стой, ничего не говорите! Сейчас угадаю, что у Вас за беда стряслась…
Открыв очи, таращусь на него Нострадамусом:
– …Должно быть – затоваривание как у капиталистов на их загнивающем Западе произошло, да?
Не скрывает неподдельного удивления:
– Откуда Вы знаете?
– А мы – ОГПУ: знать всё и про всех – наша прямая профессиональная обязанность!
А чего там знать, то? Мои люди из «Красного рассвета» и «ОПТБ-007» – в цехах и конторах АО «Россредмаш» чаще него самого бывают и обо всём докладывают в режиме «он-лайн»… Ну, или почти.
Скажите – ерунда какая-то… При общем дефиците всего и всея, при просто маниакальном стремлении большевиков механизировать сельское хозяйство – превратив крестьян с их мелкобуржуазным менталитетов в индустриальных рабочих и, вдруг – затоваривание тракторами.
Не может такого быть!
А, вот оказывается – может.
Не получилось у нашего «Мужика», своей низкой себестоимостью побить конкурентов – украинских «Запорожцев» и питерских «Фордзонов». Конечно, если бы в Советской России эпохи НЭПа был нормальный рынок – они бы разорились бы на хер и занялись бы чем-нибудь другим, чем они заниматься умеют.
Однако, как уже кажется говорил – за первых стояла ленинградская партийная «мафия», за вторых – украинская. Для покупки изделий конкурентов – советские финансовые учреждения выдавали государственные кредиты, а наша ульяновская «Красная взаимопомощь» – отпочковавшаяся от «Красного рассвета», ещё не обладала средствами кредитования в таком объёме.
Это обстоятельство субъективного характера, усугублялось объективной особенностью сельского хозяйства: в условиях, когда даже лошадь работает максимум три месяца в году – продажа в кредит, ложится тяжким бременем на бюджет организации-кредитора.
Это мне ещё в прошлом году Дед Мартимьян разжевал-объяснил, а он на этом деле немало собак ещё при прежней власти съел. Жаль только, что слишком поздно – когда план по производству 100 000 тракторов за пять лет, был уже принят ВСНХ. Под эту программу было создано АО «Россредмаш», выделены весьма солидные государственные кредиты.
Не выполнить её – значит, навлечь очень серьёзные последствия…
Нет, реализовать примерно триста тракторов в год – для Дыренкова плёвое дело.
Однако, в этом, в 1925-м году – их должно быть выпущено 5000 штук.
Повторюсь прописью и большими буквами:
ПЯТЬ ТЫСЯЧ!!!
Короче, произошло банальное, капиталистическое «затоваривание».
Однако Дыренков, покрутив головой, меня буквально чуть было не убил:
– Не только затоваривание меня беспокоит, товарищ Шниперсон. Из Харькова запретили запорожскому «Губметаллу» давать нам металл. Приехал в «ВСНХ» разбираться, а мне говорят, что нет нас в планах… Так что нечего тут мол, права качать…
Это было, без всяких преувеличений – как удар под дых!
У меня, аж дыхание перехватило.
– А что говорит по этому поводу товарищ Буханин? – спрашиваю, едва придя в себя, – ведь это он что-то там говорил про «сто тысяч стальных кобыл», подписал документ по созданию «Акционерного общества» и обещал всячески его поддерживать?
Тот, насмешливо:
– Товарищ Бухарин продолжает говорить…
– Понятно.
Обещавший Дыренкову режим наибольшего благоприятствования – оказался тем, кем и был – «Колькой Балаболкиным».
Траурно помолчали, Дыренков затем:
– Так, что будем делать?
Я, как рявкнул:
– СУХАРИ СУШИТЬ!!!
Тот, аж подскочил:
– В СМЫСЛЕ?!
– Во-первых, а всё ли Вы сделали, товарищ Председатель, чтоб снизить себестоимость выпускаемых вашим Акционерным обществом тракторов так – чтоб сельскохозяйственные артели и «ТОЗы», их могли приобрести не прибегая к кредитованию?
– Да, вроде всё…
– Вроде?! Всё?! – достаю из сейфа списочек и начинаю его дрючить попунктно, – а на это что скажите, товарищ Председатель Совета директоров?!
Бедный Николай Иванович, краснел, бледнел и даже покрывался гусиной кожей, но обещал всё исправить в ближайшее же время.
Однако, стоимость и особенно нехватка металла – грозила испортить нам всю обедню… Мой жуликоватый деловой партнёр Ксавер, за счёт которого я выкручивался до сих пор, уже на пределе своих возможностей.
А ведь на следующий год программа выпуска тракторов – 25 000!
ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ ТЫСЯЧ!!!
– А во-вторых, товарищ Дыренков – «под лежащий камень вода не бежит»… Езжайте-ка в самое ближайшее время на Донбасс – договариваться с предприятиями о прямых поставках литейного чугуна и стального проката. И компетентных товарищей из Ульяновска с собой захватить не забудьте.
Тот, вполне резонно:
– С пустыми руками туда не поедешь… Что я им могу предложить взамен?
– В первую очередь – свои же трактора. После этого – услуги «Особого проектно-техническое бюро № 007» по проектированию машин и механизмов, зданий и сооружений. Затем ширпотреб: изделия ульяновских и вообще – нижегородских кустарей: мототелеги, быстросборные домики, краска, пиломатериал… Обратитесь к соседям – в «Красный рассвет», там наверняка ещё что-нибудь подскажут.
Дыренков, внимательно выслушав, тяжело вздыхает:
– Ох, не так будет просто это сделать…
НЭП – весьма противоречив!
Вроде бы официально объявили о «свободе рыночных отношений», но в тоже время – монополизм государственных трестов, бьющих по рукам при любом проявлении инициативы и самостоятельности – не санкционированной сверху.
Тяжело вздыхаю и, я:
– Ох, как не просто… Но обязательно надо!
* * *После этого, от имени Начальника «13-й отдела ОГПУ» Геббельса, вызвал в кабинет руководителя «Могучей кучки» Модеста Карловича. Морально похвалив того и материально поощрив и, вручив конвертики с таковыми же «стимуляторами» для Лерочки, Жоржика и Петюни – озадачил следующей целью:
– А теперь Горбатый! Тьфу ты, мать его ети… Демьян Бедный, извиняюсь, обмолвился.
Тот, удивлённо приподнял веко, но согласно кивнул:
– Давно пора – мразь довольно-таки редкостная.
Здесь всё гораздо сложнее, чем в прошлый раз – когда затевалась компания дискредитации Авербаха и Киршона.
К происхождению и следовательно к биографии того не придерёшься, а имена его сотоварищей по формирующемуся литературному объединению – мне ни о чём не говорят. Поэтому, навряд ли какой компромат отыщется на них в моём «послезнании».
– Модест Карлович… «Работаем» так: великий русский народ, проникшись идеями Маркса и Энгельса, под руководством Ленина и коммунистической партии – объединил вокруг себя другие народы России, сбросил ярмо Самодержавия, победил в Гражданской войне собственную контрреволюцию и отбил интервенцию «четырнадцати языков»…
Подняв палец вверх, патеически-высокопарно:
– …И сделал он это первым(!!!) среди народов всего мира – указав им путь к новой жизни. Так о какой же «отсталости» или «косности» русского народа, может идти речь? Это кого он «убогими» обозвал? Это на чью мельницу этот господин воду льёт?! Да, за такое – надо в рот… Не токмо в жо… Хм, гкхм… Народным судом судить надо – не только запретить печататься!