Между Сциллой и Харибдой (СИ)
Но, увы…
И здесь всё не слава Богу!
Из-за постоянно пасмурно-серого неба, промозгло-сырого климата (впрочем, нередко сменяющегося иссушивавшими суховеями) навоз не сох, а «утилизируясь» естественным путём – годами гнил огромными кучами прям посреди селений, распространяя удушливое зловоние.
* * *И я засучив рукава, взялся за дело!
На бывших вырубках, отдельными посёлками (но обязательно неподалёку от уже существующего крупного селения или торфяных разработок) сперва организовывались весьма малочисленные агропромышленные артели – имеющие мототелеги, трактора и прочее необходимое оборудование. Только обученные по специальной программе специалисты и менеджеры: подсобных или сезонных рабочих – набирали из местных.
После этого заключались договора с крестьянами-частниками и местными подразделениями «Главторфа».
Специально сконструированные сани с железными полозьями, в которых обычно впрягали по два «Мужика» – могли «пярдячим паром», за раз не спеша утащить тонн двадцать-тридцать сыпучих веществ. Холявный навоз – за вывозку которого мужики нередко ещё и, приплачивали и менее холявная торфяная «вскрыша» – за которую приходилось давать взятки должностным лицам, вывозились, перемешивались в бурты и оставлялись «созревать».
Уже была создана и отработана специальная технология и, в созревшие навозные кучи вносились споры грибов. Трюфеля, что-то у нас не задались, шампиньоны – так себе, а вот белые и серые навозники…
Впрочем, про про эту отрасль грибоводства – надо рассказывать отдельно и, обязательно на трезвую голову.
Ну, вы уже в курсе почему, да?
Задумка моя на ближайшее будущее такая:
После съёма с холявного навоза не менее холявного урожая грибов – идущих на переработку в чернила или на производство «Грибного порошка» против диктатуры пролетариата, в эти бурты будут заселяться красные маньчжурские (или маньчжурско-чуйско-владимирские) черви. Пропустив всю органику через свою прямую кишку, те отправляются корм домашней птице. Получившейся гумус – будет разбрасываться по полю, запахиваться плугами, под посадку кукурузы…
БУГАГАГА!!!
Что вы, я не враг своему народу.
Я прекрасно знаю пословицу: «Если хочешь разориться быстро – играй на скачках. Если с удовольствием – заведи любовницу. Ну, а если желаешь предварительно помучиться – займись сельским хозяйством». Поэтому, никакой пшеницы, ржи, гороха или скажем – гречихи. Кроме последней, конечно, всё это в здешнем климате растёт весьма хреново и, здешние хлеборобы – работают по сути «на …овно», потребляя почти всё ими произведённое.
Поэтому – только технические культуры и конкретно…
КОНОПЛЮ!!!
Да, не – я не курю, не подумайте и вам не советую. Хотя…
Если вы – сильно пьющий, так лучше уж курите!
Рисунок 67. Советское правительство хорошо понимало значение каннабиса для трудящихся и награждало ударников труда в этой отрасли специальными почётными значками.
Конопля – при хотя бы малейшей агрокультуре и, хоть какой-то заинтересованности работающих в результатах своего труда – давала просто диковинно-рекордные урожаи.
Ведь, это тот же сорняк!
Она отлично произрастает на местных переувлажнённых пойменных, окультуренных перегнойно-болотных почвах и осушенных торфяниках.
Хотя эпоха расцвета производства конопляного волокна, когда его российский экспорт в звонкой монете превышал такой же от всех других традиционных предметов вывоза [79] – осталась в далёком прошлом вместе с эпохой расцвета парусников, этой культуре отведено очень важное место в советской экономике.
Конечно, конопля перерабатывалась на ста сорока фабриках, в то время как хлопок – на более чем четырёхсот. Но один-единственный существенный нюанс: своего хлопка не хватало и его приходилось ввозить, тратя дефицитную валюту. Да к тому же среднеазиатский хлопок был низкокачественным – грубым и коротко- волоконным.
А русская конопля, наоборот – лучшая в мире!
Она экспортировалось – принося весомую прибыль в вечно пустующую государственную казну.
Кроме экспорта, из волокон конопли для внутреннего потребления изготавливают шпагат, веревки и канаты, брезент, парусину и мешковину, рыболовные сети и пожарные рукава. Из ее семян давили конопляное масло, которое имело самый широкий спектр применения – от кондитерского производства до мыловарения и лакокрасочной промышленности.
Советское правительство, после удаления из него Сталиным наиболее упоротых большевиков, значение этой культуры хорошо понимало и уделяло это отрасли повышенное внимание. В годы первых пятилеток были разработаны и запущены в серийное производство специализированные машины для уборки и переработки конопли. Среди коноплянноводов поощрялось стахановское движение, а лучшие из них – награждались почётными значками, медалями и орденами СССР.
Однако, это всё будет происходить в тридцатые годы. Пока же, в ожидании Мировой революции, топовая верхушка большевиков – ни о каком «каннабисе» и не мечтала.
* * *Кстати, о канабисе…
Весной 1925 года в Чуйскую долину за одноимённым («чуйским», стало быть) дождевым червём, отправилась экспедиция вермикологов. В её составе – кроме самих учёных, курсантов Ульяновской школы вневедомственной милиции – для охраны, наиболее активных, говорливых и общительных (и надоедливых) представителей ульяновской комсомольской организации – для установления связей с местной общественностью, корреспондентов ульяновской газеты «Красный глас» – для освящения события и увековечивания его для истории и, прочих… Находились трое врачей из «Клиники душевных болезней» при Военно-медицинской академии в Ленинграде. Из группы будущего профессора Николая Ивановича Бондарева, который под моим патронажем и финарсированием от «Красного рассвета» – проводит эксперименты по лечению безнадёжного алкоголизма курением марихуаны.
Так сказать – вышибая клин клином!
Первые результаты экмпериментов весьма обнадёживали и эти трое, должны были изучить культуру курения этого наркотика в нашей Средней Азии, сравнить это явление с нашим русским алкоголизмом и определить – какое из этих двух зол злее.
Я, кстати, своей воли не навязывал – как решат, так и будет.
В составе Чуйской научной экспедиции, находился и мой «офицер по особым поручениям» – начинающий, но подающий большие надежды жулик, мошенник и аферист Ипполит Степанович…
Фамилию его не скажу, потому что она у него всякий раз разная.
Уже год, как его знаю, но до сих пор не пойму – почему он, получив от меня какую-нибцдь крупную сумму денег на очередную аферу – «кинув», меня не свалит?
Как-то не удержался и спросил. Так, знаете, что он мне ответил?
– Мне с Вами интересно, Серафим Фёдорович!
– В смысле?
– Вы всегда что-нибудь новенькое придумываете, а я так не могу.
Понятно… Отличный исполнитель, но обладающий крайне скудной фантазией придумать что-нибудь своё. Когда-нибудь, он всё-таки свалит – поднабравшись опыта и постарается прихватить побольше моего добра.
Но это будет потом, а пока:
– Ипполит Степанович! Установите кто из тамошних «сусликов» – самый главный «агроном» в Чуйской долине, материально заинтересуйте, с их помощью наладьте сбор «сырья» и отправку по указанному адресу в Ленинград…
Согласно сведениям, найденным в «послезнании», для приготовления «травки» используют верхушечную часть растения – метёлки, листья, цветы, мелкие стебли. Сборкой «пластилина» – смолки и пыльцы, для производства более сильного наркотика – гашиша, я решил не заморачиваться.
