Между Сциллой и Харибдой (СИ)

Правда «фабрика» – довольно громкий термин для этой пока полукустарной кооперативной мебельной мастерской с самым примитивным оборудованием и десятком работников-дольщиков.
Однако, лиха беда начало!
Фридрих, с видом свидетеля недавнего приземления НЛО или совокупления снежного человека со снежной же бабой:
– А, ЭТО ЧТО?!
Как про что-то обыденное:
– «Минивэн» – семейный автомобиль. Говоря другими словами – небольшой автобус для выездов на природу, в гости или поездок за покупками…
– Для КАЖДОЙ(!!!) семьи?!
Увы, но пока это обыкновенная «Мотыга» – мототелега «УАЗ-404ВД», то есть, с закрытым кузовом и сиденьями. Ну, а там посмотрим.
Смотрю на него недоумённо:
– Я, что? Предложил каждой семье по космической ракете – чтоб на Марс летать на каникулах, что ли?!
– Нет, но…
– Каждая семья при коммунизме будет жить в собственном двухэтажном особняке и иметь как минимум два автомобиля.
Волосы у правоверного столичного комсомольца встали дыбом:
– Кто тебе такое сказал?!
Делаю морду кирпичом:
– Я!!!
– ТЫ?!
– Хахаха! …Что, купился?! В газетах было написано, Федя, в газетах! Если шибко интересует и тебе не в лом, сходи в избу-читальню и полистай подшивку «Нижегородца» за прошлый год.
Для хроноаборигенов, достоверность написанного в газетах – сродни сведениям полученным в «нашей» Википедии моими современниками.
Человечество в целом не меняется – лишь усложняются его «игрушки»!
Между нами: писал это я и писал, разумеется – под одним из своих многочисленных псевдонимов. Статья вызвала острую дискуссию с неким «Товарищем Чё» – в миру больше известным как Кондрат Конофальский (он же Брат-Кондрат) и несусветный срач, сравнимый с подобным же в «наших» соцсетях.
В конце концов – возобладала всё же моя точка зрения!
Большинство респондентов желало жить в собственном доме – а не в бараке, и передвигаться на личном авто – а не на дребезжащем незакреплёнными стёклами «общественном» трамвае.
Таким образом – я формировал общественное мнение и, дискуссия об особняке и личном транспорте – лишь часть этой грандиозной работы, рассчитанной на пять лет.
Фридрих не нашёлся, что ответить на это и, я продолжил чесать ему по ушам дальше:
– Ещё один момент, который надо учитывать: каждый член будущего общества должен знать технику, уметь её эксплуатировать и ремонтировать. А этому лучше всего начинать учить с детства! А кто этому лучше всего научит – как не родной отец?
В этом месте Катя меня поддержала:
– У нас в Ульяновске даже каждый ребёнок знает: работать, воевать и даже отдыхать – будущее поколение строителей коммунизма будет на автомобилях.
Прищурившись одним глазом, как снайпер беря на прицел важную цель, Фридрих задал довольно каверзный вопрос:
– Личных? Я спрашиваю – на личных автомобилях?
Товарищу, видать – очень хорошо мозги в своё время промыли насчёт «частного» и «общественного». С господствующей идеологией шутить нельзя – пока она себя полностью не дезавуировала, поэтому ответим как можно более дипломатично:
– Не обязательно на личных, Фёдор. Воевать, уж точно – будут на казённых машинах, на работу можно ездить на ведомственных – прикреплённых от предприятия, а на отдых куда-нибудь в Крым – на взятых на прокат… Впрочем, вариантов быть может очень много! Её вопросы по автотранспорту будут?
Отведя взгляд несколько в сторону:
– Ну, если так… Нет, мне всё понятно!
Далее…
Некоторые функциональные здания и сооружения в Наукограде предполагаются общими – как для учёных, так и педологов. Магазины, соцкультбыт, фельдшерский пункт, стадион, баня, крытый бассейн…
Фридрих, с крайне заинтересованным видом:
– Ясли, детские сады?
– Зачем? Наши «ячейки общества» будут считаться дошкольными учреждениями. Родителям-педологам – кроме средств на содержание «подопытных»… Извиняюсь – подопечных, будет выплачиваться зарплата и, кроме того – они при желании смогут подрабатывать в лабораториях и цехах Наукограда.
 
В смелых планах, в посёлке сперва начальная, а затем средняя школа – тоже с «дальним прицелом»:
– Кроме официальных педагогов, к обучению ребятишек следует как можно чаще привлекать научных сотрудников. Возможны даже классы с «уклонами» – математическим, химическим, педагогическим, лингвистическо-литературным или положим – физического развития. Общаясь с учёными, наши дети будут быстрее развиваться, а те – присматриваться с ним и подбирать себе учеников.
Катя справедливо замечает, заглядывая мне в глаза:
– У учёных тоже могут быть дети. Не возникнет ли, по твоим словам – «недопонимания» между ними и нашими «подопытными»?
– Совершенно верно, товарищ Олейникова – обязательно возникнет! Однако, согласись: дети учёных несколько отличаются…, - ещё одна щекотливая тема, как бы это сказать поделикатнее, – от среднего уровня… Верно?
Однако, пронесло:
– Поняла, про что ты! Да, согласна: найти общий язык с детьми учёных – им будет проще, чем с нашими ульяновцами.
Кроме того, «посёлок педологов» должен иметь свои – сугубо специфические атрибуты: молочная кухня, медицинский пункт с акушером-гинекологом и врачом-педиатром, детская спортплощадка для каждого возраста…
– И главное – лаборатория, сотрудники которой должны не отвлекаясь ни на что, вести наблюдение за экспериментом – с контрольными записями, фото- и даже кино- документированием.
Засиделись допоздна, опростали ещё один самовар и слопали весь кусковой сахар в доме – пока обсуждали всякие мелкие, но очень важные подробности.
Перед уходом, Катя слегка покраснев, водит пальчиком по генплану:
– Серафим! А в каком домике будем жить мы с Фридрихом?
Тот, бедолага – закашлялся последним куском сахара и хлопая его по спине, я одновременно округлил очи:
– «Жить»?! А вы с Феденькой, будете жить там – где жили: в этом посёлке для вас предусматривается лишь рабочее место – педологическая лаборатория. И на работу будете добираться рейсовой «мотыгой». Ведь вы оба не участники эксперимента – а всего лишь его руководители.
Переглянулись после моих слов и, в этот раз – пунцово покраснели уже оба…
По-моему, он уже готовы к зачатию собственного ребёнка!
* * *
Ну, что сказать?
Что из этой затеи получится – пока не знаю. У «реальных» Никитиных в результате выросли вполне нормальные дети, хотя и не хватающие звёзд с неба – просто немного более умственно и физически развитые, чем их сверстники. Вот и с этими, думаю – в самом скромном случае, произойдёт то же самое.
Уверен только в одном: из-за всяческих «экспериментов» с образованием и общего бардака в стране, мы в 20-е годы имели потерянное поколение. И если верны слова Отто Бисмарка «Войну выигрывает школьный учитель», то разгромное лето 1941 года – лежит в том числе и, на совести советских чинуш от педагогики [6].
Рисунок 3. Класс советской школы 20-х годов.
Кто-то мне возразит: а как же «Ликбез»?
Увы, но обучить уже взрослого человека читать по слогам и кое-как писать – это не значит сделать его грамотным, имеющим хотя бы начальное образование. И собака, которую два зоофила-извращенца из произведения Михаила Булгакова превратили в кошкодава Шарикова – тоже умела читать вывески, хотя и шиворот-навыворот.
 
А вот обыкновенного наводчика артиллерийского орудия, например, из среднего представителя поколения 20-х годов – не сделаешь!
Для этого нужны знания математики – хотя бы в объёме восьмилетней школы. От того-то, это весьма заметное в военно-мемуарной литературе стремление наших артиллеристов – по любому поводу выкатить орудия и стрелять по ворогу прямой наводкой. Стрельба с закрытых позиций требует достаточно сложных расчётов.