Высшая математика (СИ)

Свой взгляд на парня я не подняла, но физически почувствовала, как он напрягся.
— Ты опять? — неопределённо спросил маму, — из-за этого он ушёл? — Матвей махнул головой в сторону, намекая на мужчину с улицы, как я поняла. Зато его мама молчала, всем видом демонстрируя, что не понимает о чём он, — отец не вернётся! Раньше надо было думать, — одновременно с этими словами пальцы парня сжались на моей руке. Кажется, он даже этого не заметил, а я вспомнила некогда брошенные Кириллом слова о семье Матвея. Было неловко оказаться свидетельницей семейной сцены, хоть и такой скупой.
Как только мы вошли в квартиру, мама Матвея сразу же удалилась по своим делам, оставляя нас одних. Я хотела подождать в коридоре, не раздеваясь, но Матвей, успев словить своё обычное настроение, посмеиваясь надо мной, стал снимать куртку сам:
— Твой гарант безопасности в соседней комнате — пошли.
Впрочем, он действительно торопился, быстро сбросал вещи в спортивную сумку, что я едва успела рассмотреть комнату. Постель осталась не заправленной и выглядела так, словно из неё только вылезли. К своему стыду, представила это слишком ярко, потому поспешно отвернулась в другую сторону. На противоположной стене находилась плазма, рядом с которой располагалось светодиодная надпись Play, а под экраном на узкой тумбе, закреплённой к стене, лежала приставка с джойстиками, к которой, видимо, и относилось слово. В непосредственной близости валялись два кресла груши. Вдоль всего окна вместо подоконника размещался стол, на котором в беспорядке лежали учебники и тетрадки, а сбоку раскрытый ноутбук. Шторы, карта мира над кроватью, шкаф, ковёр и даже постельное бельё были чёрного цвета. Но настолько уместно стильно и не перегружено, явно указывая, что к интерьеру приложил руку дизайнер.
— Ну что, не укусил? — хмыкнул Матвей, посматривая на меня, пока застёгивал сумку, демонстрируя, что готов.
— Так мама же дома, так что не засчитывается, — улыбнулась, потому что на самом деле засчитала.
— Значит, нужно повторить, когда мне никуда не надо будет, а мама уедет в командировку.
— А если укусишь? — стало вновь не до смеха, хотя и старалась поддержать беседу в шутливой форме.
Матвей забросил сумку на плечо и шагнул в сторону двери, останавливаясь напротив меня:
— Не укушу, раз пообещал, — и, придвинувшись ближе, интимно прошептал на ухо, — но, просто к сведению, я хорошо кусаюсь…
Поджала губы, скрывая улыбку.
А Матвей подхватил мою руку, скрещивая пальцы, и повёл к входной двери. Мне, как назло, на глаза попалась кровать и в голове возникли непрошеные фантазии после его двусмысленной фразы.
Мы ехали в лифте молча. Посматривала на него, разглядывая. Не могла понять какой он. Слишком сложный. Идеальный, с одной стороны, но местами его поведение вызывало шок. И, несмотря на это, в такие моменты, как сегодня, тянул к себе, словно сладкая пастила. И подчинившись этому порыву, шагнула к нему ближе, прильнув. Удивлённо перевёл на меня взгляд и легко приобнял. Удивление было оправдано, ведь обычно инициатором в наших отношениях был он сам, а я чаще лишь позволяла что-либо с собой делать.
— Это значит, что я окончательно прощён?
— Это значит, что тебе дан ещё один шанс, — хитро улыбнулась, приятно осознавая, как его рука притянула меня ближе.
— Слушай, у тебя сейчас есть планы? — спросил Матвей.
Планы у меня были. Кирилл успел прислать сообщение, что ему нужно тоже встретиться, поэтому без зазрения совести ответила — что планов нет. Матвей по-прежнему оставался единственным сдерживающим фактором для Кирилла. Грех не воспользоваться. Тем более, последовавшее предложение на самом деле приглянулось:
— Хочешь поехать со мной на тренировку?
Матвей играл в футбольной команде молодёжной сборной города центральным нападающим. Мужской частью группы часто обсуждались результаты игр, и по разговорам, я знала, что команда нашего города довольно сильная, но на это мне было раньше все равно. Зато теперь казалось классным.
— Хочу! — с радостью согласилась, — только напишу родителям, что задержусь, — имела в виду Кирилла, естественно. Который, сообщение, что Матвей взял меня на тренировку, встретил молчаливым раздражением. Почему раздражением? А чем же ещё?
 
До вечера от парня номер два больше вестей не появлялось, и я успела порадоваться, но, как и всегда, Кирилл умел опустить настроение. Спасибо, что ограничился сообщением:
«Ну, как игра Матвея? Не обкончалась там от радости, какой у тебя крутой парень?»
Начал с обвинений. На расстоянии чувствовала себя смелее, так что не удержалась от провокации:
«Я успела это сделать до тренировки, когда мы заходили к Матвею домой за вещами!»
Прямо видела, как его взгляд прожигает телефон, стоило дойти сообщению. Ответное "печатает" появилось мгновенно. Но спустя несколько секунд пропало, и абонент вышел из сети. Целый час ждала, что придёт ответ, но его так и не было. Ничего. Вообще. Порывалась написать сама, признаться в провокации, но кто он, чтобы перед ним отчитываться? Решу и правда, пересплю с Матвеем. Что сделает? Сам захотел таких отношений, извращенец чёртов!
Расплата пришла утром. Подобного ещё не было. Кирилл ждал меня на первом этаже в подъезде. Появилась мысль повесить его фото с надписью "не впускайте этого человека в дом". Дальше, по наработанному Кириллом сценарию — затянуть меня обратно в лифт.
— Родители не ушли, — быстро сорвала.
— Подождём! — был неколебим и нажал на кнопку с номером моего этажа. Двери лифта закрылись, но я сдаваться не собиралась:
— Мама…мама сегодня дома.
И, собрав не самую большую смелость, схватила руку парня и отцепила от своей, после чего нажала на кнопку первого этажа. Посмотрел на это, как на шалость ребёнка, ухмыльнувшись, и молча, ведь лифт продолжал ехать вначале по первому адресу.
А когда створки открылись на нужном ему этаже, нажал на кнопку удерживания дверей:
— Выходи!
— Я сказала, мама дома! — почти закричала на него, держалась выбранной стратегии.
— 10 минут назад твоя мама вышла под руку с каким-то мужиком, — голос звучал угрожающе, — если у неё нет любовника, думаю, это был твой отец, — и в заключение зарычал: — выходи и открывай дверь!
— Кирилл, нам в универ надо, сегодня семинар важный по истории! — режим паника активировал доли мозга, выдумывая новые доводы, но пойманная на откровенном вранье сама понимала, такие примитивные вещи не помогут.
— Значит, у нас есть ещё один повод не пойти, — чуть спокойнее ответил, но при этом треснул по кнопке удерживания дверей кулаком, когда они попытались закрыться.
— Ты выходишь, или тебе помочь?
Дёрнулась, отталкивая его, и вышла.
— Открывай! — в противовес моему психу, несмотря на ярость в глазах, спокойно покинул кабину лифта парень.
— Зачем? Что ты хочешь? — развернулась к нему лицом, перегородив дверь от квартиры. Догадывалась, что вбил себе в голову — снова унизительный осмотр. А я дура, что ляпнула эту фигню вчера, будто мне одного раза было недостаточно, — я всё придумала, не было у нас ничего с Матвеем. Мы правда зашли за вещами, но у него дома была мама, — пошла на попятные, лелея надежду, что такого объяснения ему будет достаточно.
Но Кирилл снова лишь усмехнулся:
— И его это должно было остановить? Открывай.
— Я правду говорю!
Не отреагировал. Минуту гипнотизировали друг друга молча.
— Хорошо! Ладно! Плевать! — нервно стала искать ключи среди вещей. Закончить с этим поскорее. В квартире сбросила куртку и рюкзак на пол.
— Руки помой, — грубо объявила, стоя к нему спиной, но чуть не плача на самом деле.
— Помою, в комнату иди, — зато он теперь стал полностью спокоен, и, кажется, доволен.
Резко обернулась. Даже ботинки снимать не собиралась.
— Я и здесь могу! — хотелось испепелить взглядом. А он спокойно снял верхнюю одежду, повесил в шкаф, пренебрежительно глянув на мою, разбросанную.