Философия достоинства, свободы и прав человека

Мужественно и благородно повел себя в вопросе защиты финских евреев и глава Высшего Совета Обороны, маршал Финляндии Карл Густав Маннергейм. Он наотрез отказался даже обсуждать вопрос о депортации финских евреев в лагеря смерти. «Через мой труп!» — заявил он по этому поводу нацистам. Вслед за ним такую же позицию заняло и правительство Финляндии. Громом среди ясного неба прозвучали события, происшедшие 6 ноября 1942 г., когда финская полиция передала гитлеровской Гермаии 27 беженцев-иностранцев, в том числе и 8-х евреев. Случившееся потрясло тогда всё финское общество. Ведь в Финляндии уже знали, какую участь уготовил Гитлер евреям. Узнав об этом инциденте, престарелый маршал выразил резкое недовольство таким произволом, подчеркнув, «что соглашаться с подобным требованием немецкой стороны унизительно для государства». Надо заметить, что за все годы войны ни одна крупная финская газета не позволила себе ни одной антисемитской статьи. В итоге из 2 тысяч евреев, проживавших в Финляндии в те лихие времена, погибло всего 7 человек. Но это были военнослужащие финской армии, которые отдали свою жизнь на поле брани в национальных интересах и ради национальной безопасности Финляндии.
6 декабря 1944 г., в День Независимости, президент и маршал Финляндии барон фон Маннергейм посетил синагогу в Хельсинки, где почтил память еврейских солдат и офицеров, павших в боях за Финляндию. Семь лет спустя, в 1951 г., когда престарелый маршал скончался, еврейская община страны собрала большую сумму денег в Детский фонд Маннергейма в знак благодарности человеку, обеспечившему и защитившему их жизнь, достоинство, свободу и права человека.
Удивительную страницу в историю Испании вписал её каудильо /«вождь, глава»/ Франциско Франко. В Испании времен каудильо, как это ни поразительно, не было ни политики геноцида, ни каких-либо ограничительных мер против евреев. Ссылаясь на указ короля Альфонса XIII Испанского от 1924 г. о предоставлении испанского гражданства всем потомкам евреев-сефардов, изгнанных из страны в XV веке, Испания только в одном 1940-м году приняла и тем самым спасла от верной гибели 40 тысяч евреев, которым удалось пересечь испано-французскую границу (для справки: в 1917 году именно король Альфонс XIII Испанский (1886–1941) оказался одним из немногих европейских монархов, кто официально уведомил Временное правительство России о готовности его страны предоставить убежище царской семье). А весной 1941 г. Франко решительно заявил правительству нацистской Германии, что общины евреев-сефардов в Салониках (Греция), Софии и Пловдиве (Болгария) находятся под покровительством Испании в качестве лиц, чьи предки были в своё время незаконно изгнаны из страны.
Во исполнение этой удивительной внешней политики испанские дипломатические миссии в Румынии, Венгрии, Греции, Вишистской Франции и ряде других стран работали, как говорится, не покладая рук, выдавая паспорта и помогая евреям как можно скорее попасть в Испанию. Тех евреев, кому посчастливилось пересечь испанскую границу, не только уберегли от нацистов, но и позволили за счет государства отбыть в любую страну, готовую их принять. Таковых стран, правда, оказалось, ничтожно мало.
Политика испанского государства в отношении к евреям позволяла буквально вытаскивать людей из концлагерей. Так, например, были освобождены евреи испанского происхождения, содержащиеся в концентрационных лагерях Франции; 1600 человек — из печально известного концлагеря Берген-Бельзена (близ Ганновера в Германии); по некоторым данным, около 3500 человек из Салоник. В итоге фалангистская Испания спасла больше евреев, чем какая-либо другая европейская страна. По данным некоторых историков, убежище в Испании в те годы обрели более 60 тысяч евреев.
Своеобразным продолжением этой стороны франкистского режима стал эпизод так называемого «Ленинградского самолетного дела» в СССР. 15 июня 1970 г. сотрудниками КГБ СССР была предупреждена попытка угона самолета местной авиалинии АН-2 («кукурузника»). По этому делу 15–24 декабря 1970 г. был вынесен суровый приговор народного суда города Ленинграда о применении к двум участникам этого инцидента, евреям по этническому происхождению — Эдуарду Самойловичу Кузнецову и Марку Юльевичу Дымшицу (1927–2015), исключительной меры наказания в виде смертной казни.
 
В то же самое время в Испании к смерти были приговорены террористы-баски, убившие нескольких полицейских. С целью оказать опосредованное влияние на судьбу приговоренных к смерти в СССР двух евреев, премьер-министр Израиля Голда Меир направила к Франко в качестве своего личного посланника разведчика и дипломата Ицхака Рагера (1932–1997) с просьбой, чтобы Франко помиловал упомянутых басков и тем самым подал пример советскому правительству. Франко откликнулся на просьбу и помиловал убийц. Тем самым «кровавый режим» Франко подал заразительный пример милосердия «прогрессивному режиму» из СССР. Об этой истории Рагер поведал за дружеским застольем последнему послу СССР в Израиле Александру Евгеньевичу Бовину (1930–2004), который в свою очередь воскликнул: «Так это был ты! Ну да, нам сообщили, что какой-то израильтянин подбивает Франко… Так это был ты! Я сказал тогда Андропову: «Они нас переиграли. Придётся отменять приговоры, чтобы не обосраться перед всем миром». Так это был ты!». Видимо, Ю.В. Андропов — владыка всемогущего КГБ СССР — несмотря на вездесущесть последнего так и не дознался, кто именно переиграл его в игре, ставкой в которой оказалась жизнь двух его соотечественников. Это и не удивительно, поскольку жизнь людей всегда мало интересовала боссов одной из самых зловещих тайных полиций мира. На преемственность принципов деятельности тайной полиции на всех этапах существования советской державы указал автор книги «История империи ГУЛАГ». В частности, он заметил, что «на самом деле, чрезвычайщина в деятельности госбезопасности — она, я беру на себя смелость это утверждать, продолжалась до самого конца советской власти, только она меняла формы». Под «чрезвычайщиной» здесь следует понимать полное пренебрежение правами человека, которое всякий раз находило своё оправдание в необходимости блюсти интересы правящей партии власти. Но именно подобное отношение к людским судьбам, их достоинству, свободе и правам со стороны всемогущей советской спецслужбы в итоге и стало одной из причин столь стремительного распада могущественной державы.
Но как бы там ни было, пример советскому правительству был подан вовремя. Как иронически поведал в своей книге «Шаг влево, шаг вправо» один из осужденных по этому делу — Э.С. Кузнецов, судьи Верховного суда РСФСР были буквально выдернуты из-за праздничного стола и за несколько часов до наступления нового 1971 г. «государственным преступникам» скоропалительно была изменена мера наказания на 15 лет лишения свободы в лагере особого режима. Таким образом, Франко спас жизнь ещё двум евреям…, но уже советским гражданам.
Отдельную страницу в книге Праведников народов мира занимают некоторые дипломаты, которые в годы Холокоста, работая денно и нощно, спасали людей от запущенной нацистами машины смерти.
Особое место в этом списке принадлежит шведскому дипломату — первому секретарю посольства Швеции в Венгрии — Раулю Валленбергу (1912–1947?), который использовал свой высокий дипломатический статус для спасения значительного числа венгерских евреев, обреченных на поголовное истребление гитлеровскими палачами и их венгерскими пособниками. При этом венгерским фашистам принадлежало особое ноу-хау в убийстве своих еврейских соотечественников: венгры сковывали несчастных наручниками по трое, ставили на краю обрыва над рекой и стреляли в среднего… На фоне этой вакханалии немецко-венгерского сотрудничества и появился в Будапеште новый дипломат.
«Валленберг, — вспоминал второй секретарь посольства Швеции в Венгрии — прибыл в шведскую миссию с необычным для дипломата багажом: два рюкзака, спальный мешок, плащ и револьвер. Но эта экипировка оказалась весьма полезной в последующие месяцы». С этого момента и началась подвижническая, полная опасностей и благородства, неординарная деятельность этого человека. После вторжения гитлеровской Германии в Венгрию 19 марта 1944 г. началась депортация еврейского населения этой страны в концентрационные лагеря. Валленберг кинулся спасать от неминуемой гибели несчастных людей. Он сказал тогда своему коллеге: «Я не смогу возвратиться в Стокгольм без осознания того, что я сделал все, что было в моих силах для спасения как можно большего числа евреев».