Play with fire (СИ)

— Можно посмотреть на тебя?
Разве Намджуну требовалось разрешение? Такие, как он, получали, что захотят, по щелчку пальцев.
Футболка все ещё прикрывала бедра, и Намджун бы не увидел, что под ней.
— Хорошо, — дав согласие, Хёнджин зажмурился.
Намджун заправил волосы за уши, огладил щеки и шею, склонившись.
Хёнджин вдруг осознал, что все это время боялся неизвестности. Подвешенный статус их отношений и неопределённость доводили до стресса не хуже бана и унизительных условий, выставленных компанией. Но ещё больше напрягала назойливая мысль, что он упускает из вида нечто важное.
Открыв глаза, Хёнджин сглотнул и поднял взгляд на Намджуна.
Ему раньше не приходилось целоваться, разглядывая лицо партнёра. Он бы никогда не подумал, что человеком, забравшим его первый взрослый поцелуй, окажется Ким Намджун — даже мечтать о подобном было глупо.
Но это происходило здесь и сейчас.
Расставив колени, Хёнджин притянул на себя. Намджун навалился сверху, придавив к постели. Они терлись друг о друга, Хёнджин приподнимал бедра для более тесного контакта.
Когда улёгся страх, спряталось и смущение. Он толкнул Намджуна на лопатки, рывком забравшись сверху и сжав коленями бока.
— Ого, — улыбнулся Намджун прямо в поцелуй.
Хёнджин слизал его улыбку. Чужие ладони спустились с поясницы на задницу, пальцы замерли в опасной близости. Обернувшись через плечо, Хёнджин уставился на руки Намджуна, и на пробу двинул бёдрами назад, смакуя ощущения. Ничего не поменялось — стыд не накрыл удушливой волной, затаился где-то в глубинах сознания, зато нижнюю часть тела охватила дрожь. Жар расползался от паха к животу, закручиваясь в тугой узел. Хёнджин чувствовал, как крепко стоит член Намджуна, и только тонкая преграда ткани разделяла их тела.
Психанув, Хёнджин дернул руку Намджуна под футболку и застонал в голос, когда пальцы обхватили член, размазав влагу от головки к основанию.
— Тише, — шепнул Намджун, двигая ладонью.
Хёнджин не мог тише. Его гнуло как травинку под порывом ветра, он толкался в кулак, схватившись за спинку кровати.
Намджун надавил на шею, заставив склониться ниже, и впился в губы — поцелуй заглушил очередной высокий стон.
Хёнджин содрогнулся и кончил, распластавшись на широкой груди. Он выпал из реальности, отвлечённый биением чужого сердца.
Намджун все ещё придерживал за шею, поглаживая до плеча и обратно к линии роста волос.
Они только что сделали это. Не переспали в том самом смысле, но переступили через невидимую границу, разделив одну постель.
Какой стыд.
Хёнджин зажмурился от удовольствия. Поглаживания делали приятно, только…
— Подожди! А ты? — Он вскинулся, чуть не зарядив лбом по подбородку Намджуна, а приподнявшись и опустив взгляд, покраснел.
Между ними было липко и мокро.
— Если дашь встать, я схожу в душ. И переоденусь.
Хёнджин перекатился на бок и выпалил раньше, чем подумал.
— Я тоже.
Намджун вопросительно приподнял бровь:
— Со мной?
Ты только что держал мой член, чуть не вырвалось у Хёнджина, а теперь стесняешься вместе идти в душ?
Хорошо или плохо, но хлёсткая фраза прозвучала только в голове. Хёнджин так долго тянул с ответом, что Намджун подал руку и пригласил:
— Пошли.
Хёнджин зажмурился, когда зажегся свет. В спальне было достаточно темно, в ванной же горели лампы. В тусклом освещении было прекрасно видно и раздавшиеся плечи Намджуна, и выемки ключиц, и пятна на пижамных штанах.
Намджун окинул Хёнджина изучающим взглядом, после чего начал раздеваться. Он первым вошёл в душевую кабину, и пока настраивал воду, Хёнджин стянул через голову футболку, забравшись следом.
Несмотря на весьма просторные размеры душевой, при их габаритах пришлось потесниться.
Намджун задел локтем кран, регулирующий воду, и сверху их обдало прохладным водопадом. От неожиданности Хёнджин втянул живот, напрягшись, кожа моментально покрылась мурашками.
Он старался не смотреть вниз, но тщетно. Член у Намджуна даже в расслабленном виде впечатлял.
Заметив его взгляд, Намджун склонился, уперевшись ладонью в стену — Хёнджина поймали в ловушку, не прикоснувшись и зажав с двух сторон.
 
Он затаил дыхание, вжавшись лопатками в плитку, и задрал голову.
От виска к линии челюсти поползли проворные капли, попадавшие сверху в лицо.
— Хочешь, я потру тебе спину? — ляпнул Хёнджин, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.
Намджун засмеялся. Он был так красив в этот момент, все ещё упирался ладонью в стену сбоку от головы Хёнджина, прикрыл глаза и обнажил в улыбке белоснежные зубы. Кадык дёрнулся, на щеках появились милые ямочки — Хёнджин залюбовался.
— А хочешь — я тебе? — вернул вопрос Намджун.
Хёнджин резко опустил голову. На лице вспыхнул румянец, из-за воды сделалось жарко, а бежать было некуда.
Он уже убедился, что лучшая тактика в разговорах с Намджуном — немедленное наступление, поэтому шагнул вперёд, прильнув к груди. Намджун моментально среагировал, придержав за талию.
— Ну давай, — шепнул Хёнджин прямо в губы, дурея от наглости и безнаказанности.
Он резко повернулся спиной и глянул через плечо сквозь полуопущенные ресницы. Несмотря на внутренние переживания и раздрай, образ обольстительного парня давался весьма легко.
Намджун снова усмехнулся и дотянулся до пушистой губки, уместившейся в ладонь, но вместо того, чтобы водить ей по коже, приник сзади и потерся носом о плечо.
— Что ты делаешь? — шёпотом спросил он.
Хёнджин затаил дыхание. Если бы он знал, то сказал бы, не задумываясь.
Ладони Намджуна прошлись от рёбер до бёдер, с одной стороны размазывая мыльную пену, с другой ласково поглаживая. Хёнджин закусил губу, уперевшись локтями в стену и оттопырив зад.
Он сходил с ума весь вечер, хотя не выпил и стакана пива, чтобы происходящее можно было списать на алкоголь, и первым прильнул к Намджуну, ощутив ответное возбуждение. Хёнджин потянул одну из чужих ладоней вперёд (ту, что в мыльной пене), и накрыл пальцами Намджуна свой член, задавая ритм.
— Ого, — улыбнулся Намджун, прихватив губами кожу на шее. — Ты снова…
Да, с едким удовлетворением подумал Хёнджин, и ты тоже!
Намджун прижимался к нему сзади. Больше не пришлось показывать, как надо — тот сам понял, и двигал рукой так, что из горла то и дело вырывались задушенные стоны и хрипы.
Хёнджин подавался то вперёд — в кулак, то назад — вжимаясь ягодицами в крепко стоящий член. Они с Намджуном занимались сексом без проникновения, или как иначе назвать то, что между ними происходило?
Сжав член в кулак, Намджун повернул голову Хёнджина к себе, придержав за горло, и впился требовательным поцелуем в припухшие губы. Приоткрыв рот, Хёнджин застонал, поддаваясь на провокацию, и кончил, вжимаясь в Намджуна. Прижавшись лбом к стене, он задрожал от переполняющих чувств.
Намджун не выпустил из объятий, замер за плечом, позволяя воде смывать белесые капли с руки и ягодиц.
Он выдал Хёнджину новую футболку. Белье или шорты натягивать уже не было сил, поэтому Хёнджин забрался под одеяло, широко зевнув.
Произошедшее стёрло последний рубеж между ними, защитные стены рухнули.
— Обними меня, — затребовал сонный и уставший Хёнджин.
Послышался смешок, горячая ладонь легла поверх футболки.
Вот так. Хорошо.
Засыпая, Хёнджин не думал, что утром вновь заявится совесть, а под осуждающим взглядом Пак Чимина снова сделается неловко.
— Вообще-то хорошо бы закрывать дверь, когда собираетесь… — Чимин попытался изобразить в воздухе, чем же они занимались ночью.
— Вообще-то, я предупреждал, — развёл руками Намджун с удивительно непроницаемым видом. — Надо было верить.
 
Он хорошо отыгрывал образ, подошёл к Хёнджину, ничуть не смутившись присутствия Чимина, и приобнял за талию, поцеловав за ухом. От неожиданности Хёнджин чуть не выронил стакан с водой, спрятавшись за волосами.
— Офигеть, — прокомментировал Чимин. Щеки у него полыхали не меньше, чем у Хёнджина. — Просто офигеть, я до сих пор в шоке.