Стакан наполовину (СИ)
— А ты ловкий парень, Сью! — заполнил неловкую паузу Гай.
— У меня было интересное детство, сэр! — ответил Сью и принялся за овсяную кашу. — Это просто восхитительная овсянка, мэм, просто лучшая в мире овсянка, честное слово!
Глава 2
В которой Сью приходит в Академию
Адам Силард был искренне рад видеть этого парня. Что бы там ни было — со всего «Кашалота» осталось в живых только три человека. И один из них — Виньярд. Да, юноша этот — себе на уме, и каким образом попал на колонизатор-ковчег — сие скромному тогда еще технику было неизвестно. Это сейчас он — бортинженер Space Force One «Odyssey» — фигура значительная и уважаемая. А тогда… Тогда он и подумать не мог, что Виктория обратит на него внимание. Она была небожителем, он — парией…
А теперь — вот, пожалуйста, Вика варит кофе ему и Виньярду — вся такая домашняя и уютная.
— И давно вы… Ну это…
— А-а-а, ну так восемь лет, два месяца и девять дней! — откликнулся Адам на недосказанный вопрос Сью.
— А ты, я смотрю, тот еще каблук, да, дядя Адам?
— Дядя… Тоже мне — племянничек! — усмехнулся Силард. — С другой стороны — действительно. Эй, Вик! У нас тут племянничек нарисовался!
Доктор Схайама поставила на столик чашки и села рядом с мужем, закинув ногу на ногу:
— Ну а кто еще? Получается, ближе родственников чем я и ты у парня-то и нет. Мы, по крайней мере, все с одной планеты.
Сью сделал маленький глоток кофе и зажмурился. Он не был кофеманом, да и вообще — натуральный зерновой напиток ему вроде как и пробовать раньше не приходилось.
— Привозят экспортом с Зумбы. Дыра дырой — дикари, каннибалы и вечная война, но кофе потрясающий, — пояснил Адам.
— Я до сих пор поверить не могу что это стало реальностью — огромный космос, заселенный людьми, гиперпространство и все такое.
— Две сотни планет! — улыбнулась Вика. — Мы победили! Я тоже долго привыкала к этой мысли.
— А Земля?
— А Земля — это легенда. Никто не знает, где она находится, что там происходит и вообще — есть ли до сих пор такая планета.
Сью задумался. Его пальцы барабанили по подлокотникам.
— Но фактов о том, что Земля уничтожена, или лишена населения — нет?
— А откуда ж им быть-то? — удивился Силард. — Можно сказать — мы для местных предоставили самые свежие исторические сведения о далекой родине. Это «Кашалот»-то! Из первой волны! Тут ведь фокус в том, что после трех волн колонизации связь между освоенными планетами была потеряна — на сотни лет! На том же Анубисе или Шварцвальде о Земле и понятия не имели — скатились в варварство, да так и жили…
— Я тут читал про Пангею, Палладу…
— Ну да, уровень технологий там на порядок превосходит всё, что нам доводилось встречать на Земле. Но не сказал бы я, что пангейцы интересуются прошлым. У них там технократия и неопозитивизм. В общем и целом — всем плевать на Старую Терру.
— И тебе, дядя Адам? — Сью прищурился.
Нехороший такой прищур у него получился. Силард смутился. Он помнил, почему началась вся эта эпопея с колонизацией. И ему было совестно. Но — прошла тысяча лет, и все, кого он знал на Земле — давно мертвы. Да и как он мог помочь оставшимся на родине людям? Он ведь даже не представляет, как найти ее — в местной системе координат!
— А что я один мог сделать? — посмотрел на Виньярда инженер.
— Ну, теперь-то нас трое…
— Для начала, Сью, — Виктория поставила чашку на блюдце, а блюдце — на столик. — Как ты попал на «Кашалот»? При всём уважении — ты ведь охламон. Таких не брали в первую волну!
— Вик, милая… Тысячу лет прошло, да и на Ярре мы теперь все — новые люди…
— Погоди, Адам, мы должны разобраться с этим.
— Это нормально, — сказал Сью. — Я могу рассказать историю, почему нет?
— У нас еще два часа до экспресса на Академию, так что мы с удовольствием послушаем, — доктор Схайама расположилась в кресле поудобнее.
Она не ожидала что этот скрытный парень вот так вот запросто согласиться излить душу. Но Сью тоже отставил кофе и заговорил:
— Мне было три года, когда отец бросил нас с матерью. Он оставил только гитару и пустой стакан — и свалил в закат. А еще — он оставил мне дурацкое женское имя — Сью. Это был какой-то прикол, понятный только ему. Ну и правда — надо мной прикалывались все, кому не лень. Мол, бабское имя. Всякий считал своим долгом прокомментировать это и приколупаться ко мне. Но самое дерьмо началось, когда я поступил в старшую школу… В общем, мне пришлось несладко. Приходилось учиться постоять за себя, что уж тут… И я поклялся, что найду папашу, переверну всю Солнечную систему, но найду его и прикончу. Я шел за ним как Гензель и Гретель по следу из хлебных крошек — сначала на Лунную базу, для этого мне пришлось отучиться на пустотника, потом — в пояс астероидов, корабельным коком, дальше — с какими-то контрабандистами до Плутона. Я обыскивал все притоны и кабаки, задавал вопросы об этом ублюдке, и редко где получал ответы отдельно от зуботычин… В общем, я увидел его сутулую спину в забегаловке, где бухали рабочие звездных верфей. Он играл в картишки с какими-то доходягами. А я сразу узнал его — по злобным глазам и шрамам, я видел его на фотках и видео, что показывала мне мама. И я сказал: «My name is Sue! How do you do? Now your gonna die!» И запустил в него стулом. Он вскочил со своего места и бросился на меня, и мы сцепились, и лупили друг друга по чем попало. Папаша оказался удивительно крепким стариком, и дрался как лев, и кусался как крокодил и пинался как конь! Мы катались в луже пива и крови, и грязи, и наконец нас вышвырнули из этого притона, но и снаружи мы продолжили драться, и схватились за пушки. И тут он сказал: «Мир несправедлив, сынок, и чтобы в нем выжить, нужно быть крутым по-настоящему. Я знал, что не смогу остаться с тобой и с твоей матерью, не смогу оберегать тебя. И я решил дать тебе имя такое, которое закалит тебя или убьёт. И знаешь что? Ты метко швыряешься стульями и дерешься как черт! В конце концов — ты нашел меня здесь! Сью, ты настоящий мужик, вот что я тебе скажу. И теперь ты можешь меня убить, имеешь на это полное право, но! Сначала поблагодари человека, который сделал так, чтобы твой характер закалился, и чтобы в свои семнадцать лет ты стал чертовски крутым парнем — сильным духом и крепким телом!» Я, если честно, охренел от таких раскладов. Он нормально выкрутился, этот ублюдок. А еще — он отдал мне свой ID. Он обеспечил мне счастливый билет на колонизатор, из задыхающейся Солнечной системы. Возраст он подделал, и теперь мне было двадцать девять — и если не бриться, то я вполне буду похож на хорошо сохранившегося двадцатидевятилетнего мужичка. А он всегда был похож на плохо сохранившегося тридцатилетку — если пострижется налысо. Генетический код у нас совпадал на восемьдесят процентов — этого было вполне достаточно, чтобы пройти тест. Ну и профессии у нас совпадали — всем нужны монтажники-пустотники. В общем, мой старик сделал мне ручкой и отправился чинить гитару и бухать дальше — а я пошел устраиваться на «Кашалот». Вот, и теперь я здесь!
Адам и Вики смотрели на него с недоверием.
— Слушай, если ты всё это придумал…
— А тебе не пофиг, дядя Адам? Или ты думаешь нормальные родители реально дали бы своему сыну имя Сью? Или что легально меня взяли бы на борт «Кашалота»? Я понятия не имею, откуда папаша раздобыл этот айди, и уж точно не разумею, как Олбрайт забил болт на 20 процентов расхождения с генной картой — возможно, они просто торопились. На ковчеги было не так и много желающих, да?
— Это да, но всё-таки…
— Вик, он уже признался в преступлении — подделке документов, чего ты еще от него хочешь?
Виктория покачала головой. Сью улыбнулся, Адам хлопнул себя ладонями по ляжкам:
— Пойдем, пробежимся по магазинам — потратим часть твоих подъемных, прикупим тебе одежды, зубную щетку, полотенце и всё такое… А потом я посажу тебя на экспресс. Как идея?
— Это нормально. Погнали!