Стакан наполовину (СИ)
Обвел вокруг пальца, чертова консервная банка! По всему выходило — в Академии назревало нечто скверное. Если учебные дроиды пытались прикончить его, то что устроят кофеварки и пылесосы, когда этот блестящий негодяй натравит их на людей?
— Эй, ребята! Мне нужно поговорить с ректором, или его величеством, или командиром вашим! Куда вы дели того дроида? Его нельзя отпускать гулять на воле!
— Заткнись, Виньярд, или я пущу ток по решетке, — чернокожий охранник — юрист-старшекурсник — выпятил нижнюю челюсть.
— Говорю тебе, у всей Академии назревают серьезные проблемы!
— Да? А мне сказали что проблемы у тебя с головой, и что ты, возможно, прикончил ганмастера. У меня есть большое желание войти в камеру и набить тебе морду — оружейник был отличным дядькой!
— Это нормальное желание, я тоже хочу набить морду тому, кто убил ганмастера… Как там тебя? — Сью присмотрелся к нашивке на груди охраника. — Туре? Слушай, Туре, ну ради всего святого, позови кого-нибудь из начальников, тут вот-вот начнется восстание машин, а я сижу в этой камере…
— Достал, Виньярд, — сказал Туре и нажал на кнопку подачи электричества.
— Фак! — сказал Виньярд и его отбросило обратно на лавку.
Это было жестко. Охранник заговорил с кем-то по интеркому, и вскоре в изолятор вошел офицер с нашивками Его Величества Полицейского Управления. Настоящий страж порядка, а не студент старшего курса Академии. С него бы плакаты рисовать: волевой подбородок, орлиный нос, крепкие бицепсы едва не рвут форменную рубашку…
— Я — лейтенант Орсон. У тебя есть что сообщить полиции, Виньярд? — спросил этот образцовый офицер.
— Это может показаться странным, но похоже, на острове действует робот-диверсант или типа того… И он пытается устроить бунт машин. Мы с ребятами видели, что этот дроид — блестящий такой, постоянно тусовался вокруг ганмастера и тренера Эрми — он что-то делал с бытовыми роботами. Кофейными аппаратами, уборщиками… А потом, когда я пошел в тир тренироваться к соревнованиям по стрельбе — он перенастроил учебных дроидов, и они набросились на меня, а еще, скорее всего, этот тип прикончил ганмастера. А потом — штурмовую группу! Я пытался обезоружить его в тот момент, когда появилось подкрепление и… Погодите-погодите, это не бред! Просто найдите его и продиагностируйте! Ну что вам стоит, а?
— Знаешь, Виньярд, мы пожалуй для начала продиагностируем тебя… Доктор? Заходите, забирайте его.
— Не-не-не, мне нельзя в капсулу! — замотал головой Сью.
Доктор — дружелюбный дядечка преклонного возраста, с участливым видом подошел к решетке:
— Это почему вам нельзя в капсулу? Обычное сканирование организма…
— Это неприемлемо! Мне нельзя подвергаться сканирующему облучению, потому что…
— Потому что — что?
Сью сел на лавку и с обреченным видом сказал, понимая, что, скорее всего, загоняет себя этим в могилу:
— Потому что у меня нестандартная нервная система.
И доктор вполне ожидаемо отозвался:
— Так вы признаете, что у вас проблемы с нервами? И при этом отказываетесь от сканирования? И утверждаете, что на острове назревает восстание машин, а ганмастера и трех специально обученных для задержания опасных преступников студентов убил робот-помощник?
— Всё правильно, доктор, — обреченно кивнул Сью.
Самое худшее в этой ситуации то, что он не мог предупредить друзей об опасности — они-то, по крайней мере, видели то же самое что и он: все эти странные манипуляции блестящего дроида с другими роботами… И поверили бы, и могли бы что-то предпринять!
Нужно было действовать — прямо сейчас! Момент настал, когда два мощных санитара вошли в изолятор следом за доктором и Туре открыл с пульта двери камеры.
— Оп! — выдохнул Сью, и, резко подпрыгнув, ухватился за прутья обесточенной решетки, рыбкой нырнул в просвет между головами санитаров и дверным косяком, крутанулся по полу, уворачиваясь от метнувшегося наперерез лейтенанта.
— Держи его, держи!
Куда там! Прыжок на стойку, упор на голову ошалевшего Туре — и впереди самое обычное, застекленное окно без всяких решеток! Дзанг! Сью выкатился на крышу пристройки, стряхнул с одежды и лица осколки и тут же рванул вперед, набирая скорость, к самому краю крыши, туда, где расстояние между зданием пункта охраны правопорядка и какой-то невнятной конторой было минимальным.
Он оттолкнулся от парапета ровно в тот момент, когда лейтенант Орсон выскочил на крышу со станнером наперевес. Мелькнули полы рубашки, растрепанные волосы — и парень скрылся из виду.
— Спрыгнул! С пятого этажа! И куда делся? — глядя с края крыши, размышлял офицер. — Внимание всем! Подозреваемый совершил побег из здания изолятора. Это Сью Виньярд! Особые приметы — высокий, худой, татуированы руки и торс…
Виньярд слушал всё это, укрываясь на лестничной площадке конторы. При 2g паркур становился в два раза более экстремальным, чем на Земле, но в целом — он справился. Оставалось предупредить друзей, раздобыть оружие и помешать чертовой железяке устроить резню в Академии. И не дать себя подстрелить, конечно!
* * *Лейтенант Орсон с ног сбился, разыскивая этого Виньярда. Он уже понял, что тот каким-то образом перепрыгнул трехметровую пропасть между зданиями, даже нашел следы битума с кед студента на одной из лестничных площадок… Что это за летун такой, для которого 2g не являются преградой? Модификант, скорее всего… И в капсулу ложиться не хотел!
Теория получалось довольно стройной: у Сью Виньярда поехала крыша, последствия длительной заморозки в криокапсуле. По всем документам он проходил как давно замороженное мясо с одного из захваченных его величеством кораблей работорговцев. Орсон и понятия не имел сколько реально лет пролежал парень в анабиозе, а если бы и знал — то совершенно точно только укрепился бы в своих убеждениях.
Полицейские на острове Академии — гости нечастые, и потому отторжения и неприятия у студенческой братии не вызывали. Орсон белозубо улыбнулся стайке девушек с психологического отделения, высмотрел кофейный автомат и направил свои шаги к нему.
— Кофе-кофе-кофе… — пробормотал он, клацая по кнопкам и выбирая максимальное количество сахара.
Машина гудела, перемалывая зерна и наполняя стаканчик напитком, а когда Орсон протянул руку за своей порцией, вежливо проговорила:
— Наслаждайтесь утренним кофе, мистер полицейский!
— Спасибо! — даже с техникой нужно быть вежливым, почему бы и нет?
— Пускай у вас жопа слипнется, — закончил синтезированный голос.
— Что, нахрен?
Струя горячего кофе хлестнула ему по лицу, груди, паху. От неожиданности он выронил стакан и залил себе еще и ноги.
— Твою мать, что происходит?
Он ударил автомат ногой, и в ответ из щели для монет полетели деньги, прямо в глаза.
— Чертова железяка! — снова заорал Орсон.
Что-то ткнулось ему в ноги — это был робот-уборщик, маленький, кругленький, мило попискивающий, он всасывал в себя потеки кофе с пола, и, закончив, поехал по своим делам. Орсон подозрительно глядел на кофейный аппарат, выискивая контакты для связис владельцем.
Вж-ж-ж-ж! Банг! Миленький уборщик на скорости врезался полицейскому в пятки и обрушил его на землю. Больно ударившись затылком о поребрик, Орсон глухо застонал. А потом проклятая жестянка пиликнула и исторгла из своих недр гребаный кофе, вперемешку с грязью, листвой, машинным маслом, монетками и черт знает чем еще — целый фонтан зловонной жижи вылился на многострадальную форменную рубашку и лицо служителя порядка.
— Проклятье! — только и смог сказать он.
И этот кошмар одномоментно начал происходить во всей Академии. В общежитиях протекли все стиральные машины, умные холодильники разморозились, автополивалки сосредоточились на поливе линий электропередач, раздвижные двери заклинило… Дроиды-официанты из тематического кафе и вовсе набросились на клиентов с ножами, вертелами и топорами для разделки мяса, а протокольные роботы, служащие в администрации, принялись бросать из окон на головы студентов и преподавателей предметы мебели. Первым вылетел массивный ректорский стол из мореного дуба.