Вернуть Боярство (СИ)

— Бывай, мил человек, — усмехнулся я.
Подъезд у дома был лишь один, так что я уверенным шагом направился к нему. Второй этаж, девятая квартира — адрес я запомнил, а о встрече сегодня мы с ним заранее условились. Я не говорил, что сегодня будет вторая стадия прорыва, но на всякий случай предупредил, что мне может понадобится его помощь. Не самому же мне искать нужную алхимическую лавку, верно?
— Молодой человек, — вынырнула внезапно из-за угла высокая, широкоплечая фигура. — Не уделите ли мне минутку своего...
Он был хорош. Очень быстр и хорош — но я был на стороже, и потому первый удар выстрел из его револьвера попал в выставленный плашмя клинок. Руку чувствительно осушило отдачей, но оружие не подвело, и я остался жив и здоров. Вот только у неизвестного в обойме было ещё не меньше пяти патронов...
  
Глава 15
 
Второй выстрел прошёл над левым плечом — стоять на месте я не стал, сместившись в сторону. Ток пробежал по мышцам, стимулируя их, и я зигзагами рванул на противника. К сожалению, своего огнестрельного оружия я не прихватил, хотя револьвер и полагался для личного пользования каждому курсанту. Подарок от государства, так сказать.
Рука болела, но слушалась, и потому выставив меч острием вперёд, я попытался достать уколом в шею. Но тот оказался на удивление проворен — безо всякого труда он одни лёгким, стремительным движением сделал шаг назад и чуть отклонил корпус, пропуская клинок. Скорость, с которой он это проделал, как минимум не уступала моей собственной, но я ведь чувствовал ауру человека перед собой — он был Подмастерье, не более!
Третий и четвёртый выстрелы вынудили меня смещаться, маневрируя и пытаясь вновь выйти на дистанцию удара. Отлично, осталось уйти лишь от двух пуль!
Пятая вновь была принята на меч. Клинок Простолюдина протестующе загудел, но великолепная сталь не подвела, выдержав удар, и у противника остался последний шанс. Конечно, я был далёк от того, что бы угнаться за скоростью пули и успеть увидеть её траекторию, но никто не мешал мне следить за направлением дула и движением указательного пальца врага, что бы успевать реагировать.
Последний, решающий выстрел. Мы замерли друг на против друга — с начала схватки прошло лишь три секунды, но я уже начал испытывать усталость, ведь действовать приходилось на самом пределе своих физических способностей — молния, конечно, усиливала и ускоряла моё тело, но и цена у этого была соответствующая. А сейчас и вовсе пришлось выкладываться на все триста процентов. Надеюсь, не порвал себе связки или, хуже того, сухожилия.
— Неплохо, — скупо похвалил меня мужчина. — Готов к финалу?
Я не ответил и продолжил напитывать себя и оружие маной. И раз уж вышла короткая передышка, медленно и осторожно плести одно простое, не хитрое заклинание, готовясь активировать его в нужный момент. Что-то серьёзное сплетать пока не спешил — опасался выдать свои приготовления. Кто его знает, насколько чувствителен мой оппонент к чужой магии? Физическими параметрами, более достойными Адепта, а то и Мастера, он уже сумел преподнести сюрприз.
— Молчание — знак согл... — начал было он, но договорить не успел.
Шанс напасть на врага, пока тот болтает, упускать было бы грешно. А в таких вопросах я предпочитаю быть праведником, так что лезвие клинка атакующей птицей рвануло вперёд, метя врагу в середину груди — что бы было сложнее уклониться. Одновременно с этим грохнул последний, шестой выстрел из револьвера, но я начал движение первым, а неизвестный стрелял пусть и с упреждением, да вот малость не угадал.
Дырка в плече малая цена за победу, и я был готов без раздумий её заплатить, но не пришлось. Враг вновь попытался отступить — но как только я начал атаку, я активировал приготовленное заранее заклятие, и прямо за спиной врага, в десятке сантиметров от его ног поднялся двадцатисантиметровый бордюрчик из спрессовавшейся земли.
И он, как я и надеялся (хоть и не верил в такую удачу) споткнулся. Скорости и ловкости ему было не занимать, но вот глаз на затылке или хотя бы на заднице не имелось, так что он рухнул навзничь и я тут же сменил вектор атаки, перенаправив остриё вниз — я-то к подобному был готов, в отличии от врага.
 
Меч Простолюдина, разбрасывая электрические искры, почти долетел до моего визави, но тут случилось неожиданное — врага в один миг накрыло водяным коконом, да такой плотности, что меч завяз, преодолев лишь пару сантиметр жидкой преграды. И никакая предрасположенность электричества к тому, что бы проходить сквозь преграды вроде воды и металла мне ничем не помогла, ибо сейчас я наблюдал часть заклинания уровня Мастера, и мана его создателя не позволила мне провести свою силу через воду, вдруг ставшую диэлектрической.
Водяной кулак отбросил меня в сторону... Вот только как мягко, скорее толкнул, чем ударил.
— Всё, всё, молодой человек! — со смехом заявил незнакомец. — Будем считать, что это ничья!
Теперь, когда он не скрывал ауры, я отчётливо понял, что передо мной полноценный Мастер. Мужчина лет тридцати девяти, ну может сорока, не больше, в простом полувоенном френче, без всяких знаков отличая, с твёрдой щеткой густых, лихо подкрученных кверху усов глядел на меня с любопытством и смешинками в глазах глядел на меня, держа на виду поднятые руки.
— Кто вы такой? — поинтересовался я, не убирая клинка. — И по какому праву вы открыли огонь на поражение по лейтенанту Имперской Стражи? Эй, кто-нибудь! Крикните городового!
— Тихо-тихо, юноша, — хохотнул незнакомец. — Не надо никаких городовых. Тем более, ты должен понимать — они меня не удержат.
— А вот их командиры удержать и даже пленить могут, — раздался голос Антона Солжикова. — Ситцев, ну что ты, твою в бога душу мать, скотоложец усатый, тут устроил?! Какого хера?! А если бы ты его убил?!
Мой клиент торопливо выбежал из подъезда. Штаны и тонкая нательная рубаха, наполовину выбритое лицо с длинной царапиной от дернувшейся во время бритья руки и с саблей в одной руке и здоровенным, явно не стандартным армейским, револьвером в другой.
— Антоша, дружище! — широко развёл руки усач. — Ну что же ты, друг мой, так неприветлив со старым приятелем! Я, вообще-то, ради тебя старался — хотел посмотреть, действительно ли этот юноша чего-то стоит. Вдруг он тебя просто дурит?
— Дыбил! — яростно зарычал Солжиков. — Простите, Аристарх Николаевич, за поведения моего друга! Ну что же мы на улице, господа... Пройдёмте ко мне.
— Этот ваш знакомый пойдёт с нами? — уточнил я, не убирая клинка. А то мало ли?
— Простите ещё раз, Аристарх Николаевич, но это единственный известный мне целитель, и я бы хотел, что бы он присутствовал... на процедуре, — чуть замявшись, всё же настоял он на своём.
Что, всё же заопасался непроверенной процедуры прорыва? Ладно, это вполне объяснимо и ожидаемо. В первый-то раз он кинулся в авантюру с процедурами безоглядно как раз потому, что слишком долго надеялся и ждал возможности прорваться. А моё предложение, прозвучавшее слишком неожиданно, да знание о том, что я из боярского и отчаянная, безумная надежда — ведь встань я и уйди в тот день, второго шанса могло и не быть... Вот и не выдержал тогда соблазна капитан.
А сейчас, видимо, чуть подумав, решил проконсультироваться со специалистом. Мы договаривались встретится сегодня, и хоть речь шла только об осмотре с моей стороны, но пожилой вояка решил подстраховаться. Вот только где он раскопал, во первых, целого Мастера, во вторых — такого ушибленного на голову?
Поднявшись в его квартиру, мы вошли внутрь. Ну что сказать... Четыре комнаты и гостиная, довольно просторно. Мебель простая, без изысков, но добротная. Внутри нас ожидала Антонина Павловна — симпатичная женщина зрелых лет, жена капитана Солжикова.
— Аристарх Николаевич, знакомьтесь — Дмитрий Ситцев, подполковник медицинской службы Имперской Стражи, — представил он своего знакомого. — Дима — Аристарх Николаевич, курсант Имперской Стражи, бывший боярин Шуйский.