Испорченный рыцарь (ЛП)

— Конечно, и не хотите ли вы к нему десертное вино? Я могу порекомендовать…
— Нет, спасибо, я не буду, — говорю я, быстро прерывая его.
Пока он уходит, я пытаюсь незаметно осмотреть окружающее пространство, но едва ли могу разглядеть кого-либо из других посетителей, не говоря уже о ком-то, кого я знаю. И это неспроста — это место явно было спроектировано с учетом конфиденциальности посетителей.
В любой другой день я бы оценила это. Но пока я пытаюсь найти человека, который наблюдает за мной, дразня меня, у меня совсем другое мнение.
— Не могу дождаться, когда выберусь отсюда, — говорит Брэд, опуская глаза к моей груди.
Мои губы раздвигаются, чтобы что-то сказать, но я быстро понимаю, что у меня нет на это ответа. Ну, во всяком случае, ничего такого, что он хотел бы услышать.
— Прошу прощения, — говорю я, желая отвлечься от его пристального взгляда. — Мне нужно зайти в дамскую комнату.
Схватив сумку, я отодвигаю стул и ухожу, даже не оглянувшись на него.
По мере того как я увеличиваю расстояние между нами, я все больше понимаю, что за мной наблюдают. Моя кожа покрывается мурашками, словно от миллиона булавочных уколов, когда я двигаюсь к вывеске туалета в задней части ресторана. Но сколько бы я ни оглядывалась, я не находила его.
Но он здесь. Я знаю, что он здесь.
Мой взгляд падает на одиноко сидящую за барной стойкой женщину в серебристом платье с блестками и туфлях на красной подошве. Ее волосы безупречно уложены, и, несмотря на то что я не вижу ее лица, я просто знаю, что она идеальна.
Возможно, я приложила немало усилий, чтобы хорошо выглядеть сегодня вечером, в основном чтобы скоротать время, но я не могу отделаться от ощущения, что не вписываюсь в обстановку.
Я могу быть одета в дизайнерское платье, как и все остальные посетители, но это не я.
Крошечные порции причудливой, пусть и невероятной еды — это не про меня.
Заметив мое внимание, женщина оглядывается через плечо, но ее глаза так и не находят меня. Вместо этого они находят мужчину, которого я оставила позади.
Меня это устраивает.
Мысль о том, чтобы сбежать через заднюю дверь этого места и оставить их на произвол судьбы, мелькает у меня в голове, пока я иду вперед, и я не могу отрицать, что перспектива сбежать сейчас радует меня больше, чем то, что я вообще сюда пришла.
Нацелившись на дамскую комнату, я отбрасываю мысли обо всех вокруг и сосредотачиваюсь на нескольких минутах одиночества, чтобы попытаться продумать свой следующий шаг.
Брэд хочет от меня большего сегодня вечером, он сделал это более чем очевидным. Но я очень, очень не хочу приглашать его обратно в свою квартиру или позволять ему вести меня в шикарный номер отеля, чтобы воплотить в жизнь все фантазии, которые сейчас крутятся у него в голове.
Протиснувшись в дамскую комнату, я обнаруживаю, что она просто восхитительно пуста. Она огромна и совершенно изобилует темно-фиолетовыми обоями с флокированным покрытием и уменьшенными копиями растений, которые заполняют главный зал ресторана. Есть даже чертов диван. Кому, черт возьми, хочется торчать в туалете дольше, чем нужно, даже если этот туалет такой шикарный?
Женщина, желающая спрятаться от своего кавалера…
Пока я занимаюсь своими делами, на маленькой полочке за туалетом снова жужжит мой телефон. От этого звука сердце подпрыгивает в горле.
Это он. Я знаю, что это он.
Он наверняка видел, как я вошла сюда…
Может, это была плохая идея.
Я заканчиваю работу дрожащими руками, а мысли обо всем, что произошло между нами в среду в той библиотеке, так же отчетливы в моем сознании, как если бы они случились всего несколько часов назад.
К моему облегчению, когда я выхожу и направляюсь к раковинам, главная зона все еще пуста. Я мою и вытираю руки, прежде чем неохотно достаю телефон, но не успеваю разглядеть, кто это, потому что движение в зеркале передо мной заставляет меня поднять голову, и когда мои глаза фокусируются, я вижу темную, сердитую пару, которая смотрит на меня, выходя из другой кабинки, о которой я даже не подозревала, что она занята.
 
Он движется бесшумно, как призрак в ночи, сокращая пространство между нами и заставляя мое сердцебиение участиться до такой степени, что я думаю, не собираюсь ли я потерять сознание.
— Ч-что ты делаешь? — вздыхаю я, когда он оказывается почти на расстоянии прикосновения.
— Я мог бы задать тебе тот же вопрос, Сирена. — Его глубокий голос задевает то место глубоко внутри меня, которое Брэд так и не смог затронуть сегодня своими унылыми историями. Мой низ живота сжимается от желания, напоминая мне обо всем, что я чувствовала во время просмотра этих видео.
Отложив телефон в сторону, я обхватываю пальцами мраморный прилавок, и ногти сгибаются под силой моей хватки. Но пока я заперта в его горячем взгляде, я больше ничего не могу сделать.
Я не могу двигаться. Я не могу думать. Ни одной частью тела, кроме моей распутной киски.
— Тебя не должно быть здесь.
— А ты не должна быть здесь с другим мужчиной, — мгновенно бросает он в ответ.
Моя грудь вздымается, когда я смотрю, как он приближается. Моя кожа покрывается мурашками, кровь начинает кипеть, как будто я стою перед ним обнаженная, готовая к тому, что он возьмет меня.
«Ты должна быть в ярости. Тебе следует разозлиться,» — говорит маленький голосок в моей голове. Но все, на чем я могу сосредоточиться, — это он. На том, что он может предложить. И то, от чего он позволяет мне сбежать.
Я не хочу возвращаться туда. Я не хочу больше никуда идти с Брэдом.
Но я также не должна хотеть иметь ничего общего с этим извращенным ублюдком.
Я действительно никогда не была настолько хорошим судьей в вопросах добра и зла.
— Это просто Брэд, — утверждаю я, как будто от этого станет лучше.
— Мне плевать, даже если это Иисус. Он всю ночь трахал тебя глазами в этом платье, планировал, что будет делать, когда вытащит тебя из него, и трогал тебя.
Его голос глубокий и гравийный, как будто он едва сдерживает себя. Наверное, это должно меня пугать, но я не реагирую на это, так как прилив возбуждения направляется прямо мне между бедер.
— Осторожно, Нико. Ты звучишь ужасно ревниво.
Из его горла вырывается громкое рычание, и он внезапно подается вперед.
Он оказывается на мне едва ли раньше, чем я успеваю заметить его движение. Его огромная рука обхватывает мое горло, притягивая меня обратно к своему сильному, мускулистому телу, а другая рука сжимает мое бедро, гарантируя, что я никуда не денусь.
Его грудь прижимается к моей спине, а его учащенное дыхание щекочет мою шею, отчего каждый сантиметр моей кожи покрывается мурашками.
— Никому больше не позволено прикасаться к моим игрушкам, Брианна, — угрожающе произносит он.
— Пошел ты, Нико. Я не принадлежу тебе. И никогда не принадлежала и не буду принадлежать. Я всего лишь дешевая шлюха…
Весь воздух вырывается из моих легких, когда я ударяюсь спиной о стену рядом со мной.
Его рука снова обхватывает мое горло, а затем он максимально использует мои губы, прижимаясь к ним своими.
Я хватаюсь за его плечи, толкаю в грудь — все, что угодно, лишь бы оттолкнуть его, потому что голова подсказывает, что именно это я и должна делать.
Но ничто его не останавливает, и его язык продолжает лизать мой рот, а его хватка на моем бедре становится все более жесткой, когда он начинает перекрывать мне доступ воздуха рукой, обхватывающей мое горло.
В прошлом мне доводилось немного играть с дыханием, но никто еще не был достаточно смел, чтобы зайти так далеко, как Нико. Это чертовски умопомрачительно.
— Прекрати сопротивляться, Брианна, — предупреждает он в поцелуе.
— Пошел ты, — шиплю я.
— Да, Сирена. Вот в чем, блядь, суть.
Его пальцы сжимаются, отчего в моих глазах вспыхивают огоньки. Но это дает желаемый эффект, потому что если совместить это с тем, что я закидываю ногу на его талию, чтобы почувствовать его возбуждение, то я, блядь, просто слетаю с катушек.