Испорченный рыцарь (ЛП)

В спешке я убегаю в ванную. Оглядываясь назад, я, вероятно, должна была собрать свою одежду и бежать к входной двери. К черту мою наготу или его сперму, стекающую по моим бедрам. Большинство людей, которые могут наткнуться на меня, уже видели все это.
Черт возьми, я действительно грязная шлюха.
Ну и ладно. Могло быть и хуже.
Я могла бы хранить целибат и остаться разочарованной. Или застрять с каким-нибудь скучным ублюдком с крошечным пенисом, который даже не может встать.
Я закрываю за собой дверь ванной комнаты с драматическим ревом гнева, на случай, если Нико еще не понял, что он сводит меня с ума в любую минуту, когда его член не находится внутри меня.
Я на секунду игнорирую унитаз, предпочитая стакан, стоящий у раковины, — отчаянное желание выпить сильнее, чем необходимость привести себя в порядок.
Я наполняю его холодной водой и только подношу к губам, как дверь с грохотом ударяется о стену, и вся эта чертова штуковина выскальзывает из моей руки, разбиваясь о мои ноги.
— Какого черта ты…
— Не двигайся, — рявкает Нико, как и подобает властному мудаку.
Посмотрев на осколки стекла, я решаю, что, наверное, стоит его послушать.
Но он, блядь, не обращая на это внимания, направляется ко мне.
— Руки на раковину, сирена. — Когда я не выполняю приказ, он запускает пальцы в мои волосы и направляет мое лицо так, что мне ничего не остается, как уставиться в зеркало перед собой и прямо ему в глаза. — Делай, что тебе говорят, мать твою.
— Н-но стекло.
Вскрик срывается с моих губ, когда я внезапно наклоняюсь вперед. Мои руки взлетают, чтобы спасти меня, прежде чем я врежусь в раковину.
— Могла бы просто сделать так, как я предложил, — бормочет Нико позади меня, прежде чем его пальцы скользят по моим бедрам, по тому беспорядку, в котором он меня оставил, и он неодобрительно кивает. — Какое расточительство, — порицает он, прежде чем его пальцы пронзают меня, проталкивая его сперму внутрь.
— Блядь, — рявкаю я, мои мышцы сжимаются на его пальцах, когда он выгибает их так, как надо.
Он толкает меня ниже, и я прижимаюсь щекой к прохладному фарфору раковины.
— Нико, что ты… Черт, — шиплю я, когда головка его члена прижимается к моему входу.
— Прошлая ночь, — рычит он, дразня меня только кончиком. — Мне нужно, чтобы ты забыла обо всем, что произошло.
— Почему? — Я задыхаюсь, когда он внезапно подается вперед, заполняя меня до отказа.
Он дергает меня за волосы, оттаскивает от раковины и заставляет снова встать лицом к зеркалу.
Его глаза дико смотрят на меня через плечо, мышцы напряжены, и он сдерживается, чтобы не трахнуть меня как дикарь.
— Потому что я, блядь, так сказал, а моя маленькая грязная шлюшка любит делать то, что ей говорят. — Он вырывается и снова подается вперед. — Правда? — Толчок. — Сирена.
— Нико, — кричу я, не в силах ничего сделать, кроме как стоять и смотреть ему в глаза, пока он пытается вытрясти из меня воспоминания о прошлой ночи. — Это не… Хорошо. Как хочешь.
Его глаза загораются удовлетворением, а ноздри раздуваются, когда он продолжает пытаться сдерживать себя.
— Что я хочу… — Он внезапно обрывает себя, его хватка на моих волосах и на моем бедре усиливается. — Я хочу, чтобы ты выкрикивала мое имя, снова, и снова, и снова, и снова, и снова. А потом, когда ты уже не сможешь больше кончать или принимать мою сперму? Тогда ты сможешь уйти.
— По мне, так это просто охуенная сделка, — признаюсь я, бросая ему молчаливый вызов одними лишь глазами.
— И как только вы выйдете, мы закончили, мисс Эндрюс.
Я скриплю зубами от того, что он снова использует мое преподавательское имя, но, как бы мне ни хотелось спорить, я знаю, что он прав. Просто я сейчас слишком пьяна, чтобы понять, что уйти и никогда больше не делать этого — единственный способ справиться с ситуацией.
***
Как он и обещал, Нико трахал меня со всех сторон после того, как вынес меня из ванной, следя за тем, чтобы хотя бы один из нас не встал на стекло. С другой стороны, он залил кровью весь ковер и, я уверена, кровать, но из-за темных простыней этого было не видно и их легко было отодвинуть в сторону, так как он продолжал обрабатывать меня так тщательно, что, когда он наконец отключился, я не была уверена, что все еще контролирую свои конечности.
 
— О, черт, — шиплю я и, пытаясь встать, сразу же тянусь к прикроватной тумбочке.
Что именно этот ублюдок сделал с моими коленями?
Я опускаю взгляд вниз, чтобы убедиться, что они все еще на месте, и с облегчением обнаруживаю, что они на месте. А вот от чего я не в восторге, так это от следов укусов и засосов, которые покрывают почти каждый сантиметр моего тела.
Оглянувшись через плечо, я понимаю, что Нико все еще в отключке, и наконец нахожу в себе силы подняться на ноги и собрать брошенную одежду.
Я нахожу обрывки кружева, которые когда-то были моими трусиками, и уже почти запихиваю их в карман джинсов, чтобы затем выбросить в мусорное ведро. Но в последний момент передумываю и оставляю их на память о своем визите, положив на подушку, с которой только что подняла голову.
Собрав в кучу одежду и свесив туфли с пальцев, я направляюсь к двери. На самом деле, мне нужно в душ. То, что творится у меня между бедер, просто отвратительно. Но в основном мне просто нужно выбраться отсюда.
Позорная прогулка из квартиры Нико Чирилло две ночи подряд, шлюха.
Я качаю головой от собственных мыслей.
Уйти сейчас, когда он спит, проще. Представляю, как бы он отреагировал, если бы я свернулась калачиком рядом с ним, когда он проснется утром или, скорее всего, завтра в обед, после того как он выпил столько алкоголя и как мы с ним разошлись.
Усталость тянет каждую мышцу моего тела, когда я двигаюсь к двери.
В последний момент я останавливаюсь и оглядываюсь назад.
И тут же жалею об этом.
Нико лежит в отключке, закинув одну руку за голову, а другую положив на живот. Одна его нога запуталась в простыне, а другая свободна, и мне все прекрасно видно.
— Будь ты проклят за то, что ты так чертовски красив, — тихо пробормотала я, прежде чем отвести взгляд и оставить его спать.
Натягивая на себя одежду, я стараюсь не думать о том, что моя измученная киска трется о шершавые джинсы, когда я засовываю ноги в туфли. Сделав глубокий успокаивающий вдох, я открываю входную дверь и выхожу, позволяя ей тихо закрыться за мной.
К счастью, как и следовало ожидать, поскольку сейчас глубокая ночь, в здании тихо и безлюдно.
Спустившись на лифте, я достаю из сумки телефон и, в отличие от прошлого раза, открываю приложение Uber и начинаю заказывать себе машину.
Только вот эта чертова штуковина отказывается подтвердить поездку, потому что моя банковская карта была отклонена.
— Черт, — шиплю я, пробую Apple Pay и обнаруживаю то же самое. — Нет, нет, нет.
Раздается звон лифта, двери открываются. Я выбегаю в вестибюль, голова кружится.
Я не могу идти домой отсюда пешком. Даже если бы не было темноты и на мне были бы трусики, это все равно слишком далеко. Особенно в этих туфлях.
Я выхожу в темноту, надеясь, что свежий воздух поможет мне прояснить мысли.
Не помогло.
Глядя на возвышающееся передо мной внушительное здание, я подумываю о том, чтобы вернуться и разбудить Джоди и Тоби. Я могла бы переночевать в их свободной комнате, и они даже подбросили бы меня утром.
Но мысль об этом, о том, что у меня не будет другого выбора, кроме как признаться в том, почему я все еще здесь, вселяет в меня ужас.
На самом деле я не уехала, а провела ночь, трахаясь с одним из своих студентов.
Мой желудок переворачивается, и мне ничего не остается, как повернуться и уткнуться в куст рядом со мной.
Но именно в тот момент, когда я выплевываю остатки сегодняшнего алкоголя, меня осеняет идея.
Открыв сумочку, я достаю кредитную карточку Нико.
Мне было неприятно пользоваться ею вчера. Наверное, я всегда буду жалеть об этом и никогда не смогу забыть, ведь мне нужно будет надеть в школу одежду, купленную на нее. Если только я не хочу выглядеть как модель из Primark. В любом другом месте меня бы это ничуть не беспокоило. Но там, где я знаю людей, с которыми мне понадобится вся броня, которую я смогу найти, чтобы справиться с Нико? Да, это было необходимо.