Подари мне счастье (СИ)

В общем, когда начались проблемы, я пыталась прийти в себя и отойти от усталости. Амулет, блокирующий ментал резко нагрелся, а я закрутила головой. Над водой раздалось тихое женское пение, некоторые матросы дернулись и словно подались в сторону борта.
Я с кряхтением поднялась и подошла ближе. А там разгоралась страсть, иначе и не скажешь. Девушки, прекрасные и полностью обнаженные танцевали на остовах зданий нечто невообразимое. Они были даже красивее эльфиек. Я огляделась и поняла, что большую часть экипажа шоу не оставило равнодушными и хотела что-то сказать, но не успела.
— А ну хорош глазеть, — рыкнул Эрик так, что его услышали все, — многих из вас ждут жены на берегу и нечего зариться на этих морских дьяволиц! Да и вообще, у нас тоже есть та еще красавица, — хмыкнув и подкручивая ус, добавил этот пройдоха, намекая на меня.
А на палубе грохнул смех, матросы отмирали и начинали заниматься делом, да нет-нет, но поглядывали в сторону танцовщиц. Но что-то было не так. Поняла я это только когда не смогла найти Муррана, а потом…
Потом я посмотрела в сторону танцующих и увидела одного из матросов с соседнего корабля.
— Все в центр палубы! Живо! — Рявкнула не хуже Якоба.
Попыталась магией вытащить бедолагу, но не выходило, из глаз текли слезы. На мои плечи легли теплые руки мага и в этот раз я не стала его отталкивать. На моих глазах испили матроса, который поддался то ли чарам, то ли внешнему виду красавиц, которые целовали его и ласкали, отнимая жизнь, по капле иссушая до тех пор, пока он не осыпался пеплом.
Лекарь нашелся сам, услышав мои слова, больше похожие на приказ, он вылетел на палубу, держа какие-то настойки. Видимо, за ними он спускался в каюту и я выдохнула. Когда поняли в чем дело, мы с Дрейком разделились. Мне было страшно его отпускать, хотя и не хотела себе в этом признаваться. Но он, словно почувствовав это, улыбнулся и сказал, что все будет хорошо. Я не поверила, но все же…
Мы с ним менялись местами каждые десять минут. Он накладывал на наших все новые защитные заклинания, а я в это время накладывала на их матросов новые поддерживающие рассудок плетения. Потом мы менялись. И все равно нет-нет да и находился матрос, который срывался в объятья танцующей смерти.
Когда выходили из этого круга, я оглянулась назад. За кораблем плыли призраки погибших, они цеплялись за корму, но дух бесплотен и не может причинить вреда миру живых. С губ сорвалось:
— Вот город Дит, и в нем заключены
Безрадостные люди, сонм печальный*.
Здесь мы оставили тринадцать товарищей. Всех тех, кого не ждали любимые и тех, кто не любил. Всех их забрали сирены древнего города Дит.
*строки из пьесы Данте, правда, там были фурии, а не сирены)
Глава 30
Я сидела на палубе и думала. Вот зачем мы полезли искать этот остров? Нужен он им? Неужели он дороже жизней? Где-то на грани послышался пренебрежительный смешок. Остров?
— А ты не фыркай, жизнь важнее, чем клочок суши, — пробормотала я и поняла, что остров, кажется, обиделся.
— Ты что-то сказала? — спросил подошедший Мурран и подсел ко мне.
— Да это я так, — не говорить же ему, что это я острову ответила, запичкает своими снадобьями еще.
— Не грусти, — по своему понял друг мое молчание, — мы все знали, на что шли.
— Погибшие может и были готовы к своей смерти, а вот я к их — нет, — пробурчала я.
— Ты не выносишь смерть? — мне показалось, или он удивился?
— Не то, чтобы не выношу, скорее ценю жизнь, — ответила на этот довольно-таки философский вопрос.
Мурран задумчиво кивнул, принимая такой ответ. Какое-то время ы молчали и каждый думал о своем.
— Слушай, Кая, — начал друг и неловко замялся, я улыбнулась, не помню, чтобы он так мялся, — Что у вас с Дрейком, — улыбка увяла сама собой.
— Ничего, — сказала и украдкой вздохнула.
— Но почему? — удивился Мур и посмотрел на меня, — Между вами же только искры не летают. Да и ты смотришь на него вполне однозначно, как и он…
— Хватит, — перебила его, — Не надо, — уже тише, — Без тебя тошно. Не могу я быть с ним. Я люблю другого, — удивленные брови Муррана говорили, что он в шоке и вообще, как так, я хмыкнула, — Не знаю, как так вышло, это странно и непонятно. Но люблю я и правда другого, — вспомнила Икара и тепло затопило меня полностью, — но когда вижу Дрейка все словно замирает. Я ничего не понимаю, как можно любить двоих человек? — призналась и самой себе и другу, который смотрел на меня очень странным взглядом.
 
— Кая, хорошая ж ты моя, — на последнем слове Мур словно запнулся, но я решила не обращать внимания. — Расскажи-ка своему лучшему другу, — последнее слова он явно выделил, а я неопределенно пожала плечом, никто и не спорит, что он лучший друг, — А как зовут того не очень умного человека, которого ты любишь?
— Почему не умного? — возмутилась я такому описанию.
— Потому что ты тут, а его я не вижу, — и снова эти странные интонации, я огляделась, но никого не увидела.
— Он… — я прикусила губу, рассказать? — Я не знаю, где он. Он меня бросил, — на глаза навернулись слезы.
— А зовут твоего потеряшку как? — настаивал друг и я обиженно засопела, мне тут плохо, а он продолжает ковырять старые раны.
— Икар, — буркнула я и оказалась в чьих-то крепких и сильных объятьях, а рядом услышала довольный смешок друга.
Глава 31
Икар де Луа
Я сидел рядом с впередсмотрящим, облокотившись о мачту. Места для маневра было достаточно, но Карл явно нервничал из-за такого соседства. Но мне было все равно. Отсюда открывался прекрасный обзор на все происходящее, а главное, никто не обращал на меня внимания. Особенно одна маленькая фигурка, которая снова сливала ману в накопители. Ее запас и правда потрясает воображение. У него дно-то хоть есть?
Мое внимание привлек впередсмотрящий, который с намеком указывал куда-то вниз. Я посмотрел и с удивлением узнал в юноше, который пытался залезть на мачту, лекаря Якоба, который непозволительно много времени проводит с Каей. Ему-то что нужно? Я легко спустился и прислонился спиной к мачте, вопросительно уставившись на нескладного мальчишку, который даже подняться в воронье гнездо не смог.
Он не смутился и прямо встретил мой взгляд, я же слегка удивился. И все-таки, что ему понадобилось? Он оглянулся на хохочущий ветер и глазами нашел Каю, которая была погружена в дело с головой. Даже кончик языка от усердия виднелся, я улыбнулся, это выглядело очень мило. Перевел взгляд на лекаря, который ехидно улыбался и меня это отчего-то взбесило. Я нахмурился.
— Давай отойдем, — предложил тот, — Поговорить нужно, — и снова посмотрел на Каю.
Я нахмурился сильнее, но уверенно повел его в свою каюту, где разместился в кресле, оставляя ему выбор между стулом, соломенным матрасом и постоять. Он выбрал стул. Я не стал ничего говорить, да и что тут скажешь? Я даже не предполагал, зачем он явился.
— Это по поводу Каи, — он нервно начал, ну, это я и так понял, иначе бы не стал с ним даже говорить, — Для меня Кая друг, — нервно выдохнул лекарь, Мур, как назвала его Кая, костяшки сжатых пальцев побелели, — Правда друг! — вскинулся малец, — Она мучается, — уже спокойнее, — И я не понимаю, как ей помочь. Зачем ты с ней так?
Я вскинулся и по каюте пронесся ураган, магия выплеснулась сама из-за резкого недовольства. Она мучается из-за меня?! Да я прибью этого нахала!
— Из-за тебя! — не отступил этот безбашенный, которому невдомек было, что злить и так злого мага — себе дороже. — Она только оттаивать начала, а потом явился ты и все испортил! — зло зыркнул этот юнец, а я постарался взять себя под контроль.
— Что ты имеешь ввиду? — впервые вставил я свой вопрос в монолог лекаря.
— Она бежала от жениха, который заручился поддержкой короля. Больше она ничего не сказала. Первое время она вела себя как запуганный ребенок, а потом стала более бойкой. Даже улыбаться начала! А потом явился ты и все испортил! — зашипел на меня этот малец и как только смелости хватает?