Спорим, ты меня любишь? (СИ)

Маруся скрупулезно составляла словарь и мы уже довольно сносно общались благодаря переводчику, а не только ментально.
— Дочь Жизни хочет отдать своё сердце мужчине? — В проницательности этим улыбчивым кошечкам было не отказать и я не стала отнекиваться.
Да, я уже давно это сделала.
— Это правильное решение.
Обе тетушки разулыбались так, словно это было их личным достижением, а одна хитро подмигнула и легким жестом указала на мой живот.
— Очень правильное решение.
Как…
— Вы видите?!
— Мы не так могущественны, как Дочь Жизни, но озеро благосклонно к нам, — промурлыкала Мео-ру. — Мы чувствуем жизнь, а этим утром в тебе её стало больше, Ссан-рра. Это великое счастье для всех нас. Ты принесла в наш дом радость, ты вернула нашим братьям и сестрам здоровье, ты подарила всем нам надежду и веру в завтрашний день. Ты — истинная Дочь Жизни. Твой мужчина — великий воин. Вам суждено быть вместе и это правильно. Мы будем счастливы рассказать тебе всё, что ты пожелаешь.
В этот момент я была мелочно рада, что Кайреду пришлось отойти на перевязку и он не видит предательских слез, навернувшихся на мои глаза. Я и слёзы? Ха! Только если злости, но никак не умиления!
Но всё меняется…
Сумев справиться с эмоциями, хлестнувшими через край, я благодарно приняла из рук Мао-ру местный фруктовый отвар, и мы продолжили разговор. Ри-рру любили праздники и умели их проводить. Шикарные застолья, цветочные гирлянды и иные украшения, яркие наряды, красочные обряды… Маруся только и успевала, что записывать, сосредоточенно сопя из моего коммуникатора.
Вернулся Кайред, невозмутимо сел рядом и начал бессовестно подслушивать. Все без исключения ри-рру после его вчерашней победы над бод-лодом прониклись к нему искренним уважением и теперь в их глазах он был действительно достоин сидеть рядом со мной.
К вечеру мы успели обсудить практически всё, что я планировала. Теперь следовало упорядочить информацию, проанализировать и при необходимости дополнить, но уже сейчас у меня было столько аналитической работы, что хватит не на одну неделю.
Я узнала даже о взаимоотношениях ри-рру и позабытого нами в суете иных дел Шшу-оша. Оказалось, что кремнид для котиков нечто вроде священного камня, помогающего разобраться в себе. Вытаскивая на поверхность не только всё самое тёмное, но и сокровенное, он пользовался большой популярностью у спорщиков и влюбленных, тех, кто в ссоре и тех, кто просто в себе запутался.
Узнав это, я разрешила аборигенам навещать Шшу-оша в любое время, но предупредила команду, что им это делать без веской причины не стоит — нет у нас ни местного иммунитета, ни местного менталитета, так что последствия могут быть непредсказуемы.
О той подозрительной слизи я тоже всё выяснила и пришла просто в неописуемый восторг. Оказалось, что слизь — вовсе не слизь, а биобульон, содержащий в себе неразумного симбионта, способствующего развитию ментальных способностей.
Да-да! Тот самый пресловутый орган, назначение которого мы никак не могли понять. Нейронная клетка, произрастающая в глубинных пещерах под городом. Ри-рру подсаживали её своим детям практически сразу после рождения, благодаря чему чувствовали не только друг друга, но и хищников, добычу и прочие, немаловажные вещи.
Меня пытались «накормить» им исключительно в благих целях, чтобы установить ментальный контакт, но я и без симбионта отлично справилась, проявив себя истинной Дочерью Жизни.
Никао щедро открывалась мне с самых непредсказуемых сторон…
Пациентов мы начали выписывать уже на третий день. Глафира, которую ри-рру всё ещё сторонились, но уже не так явно, с восторгом перенимала опыт местных целителей и регулярно нахваливала то одну бурую кашицу из листьев лу-руха, которая сбивала жар в считанные минуты, то другую вонючую мазь из корней шур-куна, способствующую просто бешеной регенерации, так что от пациентов её было просто не оторвать. Хорошо, что эльфарианка не забывала и о профессиональной этике, не мучая подопечных сверх нормы, и койки пустели прямо на глазах. Уверена, тому способствовала и личность медика: пациенты предпочитали поскорее выздороветь сами, лишь бы не обращать на себя внимание пугающей их эльфарианки.
 
Мы выписали и Ниа-ру с малышами, и её мужа. Рассыпавшись в благодарностях, семья убыла в город, где им была обещана помощь родственниц, ведь сразу три котенка — это большая редкость. Вручили спасенного от отравления двухгодовалого малыша счастливой мамочке. Провели лучевую терапию мозга бабулечке с деменцией и медикаментозно стабилизировали её состояние на приемлемом уровне.
Даже Лил-ру покинула саркофаг… Но в отправке в город именно её возникли некоторые сложности. Меня и остальную команду девушка дичилась, согласившись лишь на беседу с тётушкой Мао-ру, а уже та, после некоторых раздумий приоткрыла мне завесу тайны перевоплощения Лил-ру.
Кошечка просто… влюбилась.
В тот самый день, когда мы с Кайредом помогали его кузену и пилоту обрести зверя. Подглядывая за нами почти с самого начала, Лил-ру видела и то, как лигры стали людьми. Юная и недостаточно благоразумная, она решила во что бы то ни стало стать для своего избранника идеальной парой и не придумала ничего другого, как прийти к озеру.
Не зря старейшины строго-настрого запрещали молодежи проходить первое посвящение раньше определенного возраста. Выбирать профессию, путь, получать «особые», тайные знания. Тогда и психика становится крепче, и гормоны уже не беснуются… Да, были случаи непослушания, но большинство из них заканчивались печально, и это становилось жестким уроком для остальных, лучше всяких запретов остужая самые горячие головы.
Лил-ру была первой на памяти Мао-ру, которая просила у озера не сил и знаний, а нового тела. И если бы не мы, всё закончилось бы печально, однако…
— И кто её избранник? — уточнила напряженно. Потому что, если Кай, я лично сотру память этой глупой девице и превращу обратно в кошку без права нового оборота.
Этот лигр только мой!
— Достойный воин, — чинно кивнула тётушка. — Вы зовёте его Джей-коб.
— Кто?!
Я решила, что мне послышалось. Показалось. В конце концов тетушка обозналась! Но… Джейкоб?! Достойный?!
— Джей-коб Войс, — тщательно выговаривая все буквы, повторила женщина и Лил-ру, всё это время скромной тенью сидящая рядом с ней, вскинула на меня свои огромные глазищи. — Ваш пиу-лот.
— Космос милостивый! — только и смогла, что шокировано пробормотать и прикусила язык, чтобы промолчать всё остальное. — Но почему он?! Почему не Оливер?
— Очень странный выбор, — поддакнула Маруся, не стесняющаяся присутствовать с нами незримо.
Это ещё Холта рядом не было!
Интуитивно чувствуя, что беседа перешла в напряженную стадию, Лил-ру что-то жалобно мяукнула и, взглядом попросив разрешения, подставила лоб под мои пальцы. Не размениваясь на слова, девушка накинулась на меня шквалом образов и эмоций. Восторг, щемящая нежность, снова восторг, нетерпимый жар во всём теле, нервная дрожь, дикая жажда обладания и единения… И в центре он. Нелепый. Угловатый. Откровенно неказистый лигр по имени Джейкоб.
— Мда… — протянула скептично. — Что-то мне всё это не нравится. Маруся, где сейчас лейтенант Войс?
— Командор, Оливер Холт и Джейкоб Войс на вечерней тренировке, — почти без задержки отчиталась искин. — Осваивают зверя.
— Отлично! Идёмте.
Шел пятый день, как у нас гостила делегация ри-рру, состав которой периодически менялся, уже вчера Глафира сняла с Кайреда швы, восторгаясь бешеной регенерации оборотня, так что сегодня мужчины с полным правом в течение всего дня занимались усиленными физическими нагрузками. Причём не только экипаж, но и аборигены, то ли красуясь друг перед другом, то ли перенимая опыт, то ли готовясь к нашей с Каем свадьбе, которая назначена на завтра, и будет праздноваться в том числе боями и танцами. Я глянула на это с утра, оценив мощь и зрелищность, после чего с головой окунулась в собственную работу.