Один в поле... (СИ)
Но по дороге парень, поначалу державшийся молодцом, и, даже, умудрявшийся поддерживать сестренку, постепенно скис. Начал спотыкаться, а потом и вовсе свалился и встать уже не смог… Ну это-то понятно как раз. Поначалу на адреналине одном шел, после драки-то. А потом сильный откат наступил. Да и кровотечение было. Вот и ослабел внезапно. Девчушка, понятное дело, перепугалась и рванула что есть мочи за помощью. Ботинки потеряла по дороге. Они большие, все время сваливались, и, в конце концов, она припустила босиком…
— А почему в Левашово в другой дом не зашли? Поселок же большой? — задумчиво поинтересовалась у девочки Настя, поя ее горячим чаем.
— Большой, — согласилась та, — но большинство домов в нем без печей. Там газовые котлы стояли почти у всех. Печей мало. А без печей, какая особо 'азница в го'оде, в ква'тире, или в поселке в особняке. Все 'авно холодно.
— Ну все равно — есть же дома с печами? Пусть немного, но есть.
— Есть. Но они все заняты. Ге'цог со своей б'игадой все занял.
— Что за Герцог? — заинтересовался я, продолжая промывать порезы и перевязывать мальчика.
— Ну Ге'цог… Большой па'ень. Вз'ослый уже. Ста'ше тебя даже. К'утой. Гово'ят он даже судимый был.
— Понятно. Урка малолетний. «Королек» местный. И большая у него «бригада»?
— Очень. П'авда таких вз'ослых немного, человек семь-восемь всего, зато вот Даниных 'овесников очень много. Несколько десятков. Они все подходящие дома в поселке позанимали. И Ленька-Саму'ай тоже с ними был, но им там тесно, да и гоняют их там ста'шие… И, потому когда Мик с Дэном появились, он с ними 'ешил наш дом заб'ать. У нас-то печи не было, только камин. Поэтому Ге'цогу наш дом неинте'есен был. А Ленька 'ешил заб'ать.
— Понятно… А еще какие-нибудь "бригады" знаешь? Ну, конкурентов Герцогу.
— В Отко'мочном тоже много на'оду. Там поселок не меньше Левашово. Дома, п'авда, поп'още, де'евенские такие. Зато печь в каждом доме! И какую-никакую скотину там де'жат. Ленька их КолхозАнами называл.
— Интересно. А кто там главный?
— Я не знаю…
— Гвоздь там главный, — тихим шепотом подал голос очнувшийся мальчишка. Говорят он ещё хуже Герцога.
— Ясно. А еще кто где?
— В Карчевской роще большая община. Там женщина реально взрослая выжила. Ей лет двадцать, не меньше. Варвара ее зовут. Общину создала. Они на однёрку первыми успели и стволами разжились.
— Однёрку?
— Ну Однёра… Колония там дальше за Корчевкой была. И Сизо там же. Понятно охрана, вышки, автоматы… Вот Варвара первой туда успела. Герцог с ней связываться побоится. Народу у Варвары не больше, но зато куда как хорошо вооружены. А у Герцога пяток ружей, да пара пистолетов на всю толпу.
— А почему туда не пошли? Если она адекватная-то?
— Далеко. Не дойти нам было. Сюда-то вон дойти не смог, а туда раза в три дальше. Если не в четыре.
— Понятно. А ещё кто где?
— Паша-Север Северный же поселок под себя подминает. Он сам-то тоже из Зазика, но он со своими ребятами, первым успел Первомайский райотдел полиции, в шестом микрике обнести. Тоже стволами разжился. И в Северный двинул. Там же частные дома. С печным отоплением в основном. Сейчас самое востребованное… К нему многие из Заозерного примкнули. Но он с Герцогом пока не конфликтовал, ему в Северном забот хватает, он местных там щемит. Подвигает, так сказать. Да и вообще из Зазика все стремятся уйти. В Левашово, в Откормочный, в Карчевку, в Северный… Во все стороны расползаются.
— Угу. А еще что-нибудь знаешь?
— За центр города или Энергетики ничего не скажу. Не слышал. А вот за Рябково слухи какие-то жуткие ходят…
— А именно?
— Это только слухи. Но, говорят, там несколько взрослых выжило. Цыгане. Но они то ли в вампиров превратились, то ещё что, но они на детей охотятся и кровь из них пьют!
— Прям так вот и пьют?
— Что слышал, то и говорю. Точно никто ничего не знает. Только слухи. Но что-то там нехорошее творится точно.
— Занятно, — протянул я. — Ну спасибо за политинформацию. Какие-никакие новости. А то мы тут сидим в лесу как бирюки, ничего не знаем. А в мире-то вон что творится оказывается! Движняк идет, — с горечью закончил я. Мда, мое решение пересидеть смутные времена подальше от города ещё больше окрепло. Нет, понятно, что рано или поздно беспредел на улицах закончится. Анклавы притрутся друг к другу. И, если найдется сильный лидер, то может и объединит их все. Но пока это золотое время не настало, лучше не высовываться…
Свою кровать я великодушно уступил раненому мальчишке и его сестре. А сам полез на печь. Еву вновь попытался отправить к Насте, но опять обломался. "Хочу с тобой!" и сразу слезы. Пришлось брать и её. А на печи оказалось внезапно довольно удобно. Тепло и уютно. Немножко твердовато правда, но, вроде как, на твердом спать даже полезно. Так что всё пучком. Хотя, что там уже спать-то осталось уже? Светать скоро будет. Утро.
Но хоть пару часов перехватить надо. В левую подмышку сопит мгновенно вырубившаяся малявка, а под правой примостилась Аська. Слегка погладил её и с удовольствием послушал в ответ мурчанье. Люблю кошек. И эти хвостатые, как правило, платят мне тем же. С Рыжим котенком Насти я тоже задружился. Но тот, конечно же, спит со своей хозяйкой. Мелкий он еще. Не запрыгнет он на печь. Так постепенно под уютное мурлыканье я всё-таки и уснул.
Утром ни об каком сборе трупов речи и не шло. Не к спеху. Это — может подождать. Куда важнее было где-то разместить новоприбывших. Переночевать пустили, отогрели, накормили… Все так. Но дальше-то что с ним? Ютиться всем в одной комнате? Да уже, как Настя появилась у нас и так тесновато стало. А тут и еще двое новых внезапно. Нет, это — не вариант. Дом, поначалу показавшийся мне таким просторным, внезапно оказался до обидного мал. Так что нужно отселять. Рыжики вон живут отдельно, и ничего. Не бастуют. Кстати, Антон с пониманием отнесся к ситуации и не стал требовать немедленного выезда за его родителями. Наоборот, согласился помочь с размещением новеньких. Благо домов жилых пока было всё же больше чем жильцов.
Новеньким я решил выделить «Кошкин дом». Ну, то есть тот дом с которого я Аську притащил тогда. Дом теплый. печь есть. Вся мебель в наличии. Стекло только я разбил когда залезал. Вот им мы и займемся. А потом протопить, убраться и можно пускать новых жильцов.
К моему удивлению работать над восстановлением «Кошкиного дома» пожелали все. Мы со старшим Рыжиком занялись окном. Настя с новенькой девочкой, назвавшейся Аней, затопили печь и затеяли генеральную уборку. Вымести битые стекла и налетевший в разбитое окно снег. Разобрать тряпки в шкафу, перемыть посуду и так далее. Даже раненный Данил поднялся и тоже изъявил желание поучаствовать. Ну прогонять парнишку, конечно же, не стали — всё-таки ему тут и жить с сестренкой, но поработать толком ему так и не дали. Пусть отлеживается. Конечно, у него там ничего особого опасного, вроде, и не было, но зачем рисковать?
А с окном у меня вышел, выражаясь молодежным языком «эпик фэйл». То бишь — провал, фиаско, неудача. Я ж говорил, что стекло не чувствую? Нет, наружное стекло, которое я выставил и оставил целым я вставил влет. Потому то и в доме сразу потеплело и девчонки смогли заняться уборкой. Но вот второе, внутреннее, которое я тогда разбил… Запасного стекла здесь под рукой не было. Возможно что просто не нашел. Пришлось искать его где? Правильно, снять с соседнего домика, не предназначенного для зимнего проживания. Благо что тут почти все такие.
Но снять-то, как раз, и не проблема. Проблема оказалась в том, что размеры стекла не совпадали. Снятое оказалось заметно больше чем было нужно в раму. Нужно резать. Отмерил, поработал стеклорезом… Но когда попытался отломить по пропилу — стекло треснуло совершенно непредсказуемым образом. Сука! Столько возни и всё насмарку. Пришлось вынимать ещё одно окно окно из соседского домика. Повторять все заново и… Снова оно ломается не по месту распила! Аааа… Я же говорил, что совершенно не чувствую стекла? Дерево — да! Железо — более-менее. Но стекло — вообще никак.