Рождение Тени (СИ)
— Ладно, — вздохнул я, — Давайте, тогда на площадку пройдем, Рюу-сан.
— Давай, — кивнул дед.
Мы вышли на середину песочной площадки. Я попрыгал на носочках, выставив руки перед собой.
— Вы готовы, Рюу-сан?
— Да. Начинай, — кивнул старик. Он расслаблено стоял напротив меня с опущенными руками.
— Буду работать быстро, но силу постараюсь сдерживать.
Прыгаю к деду. Резко пробиваю двойку руками, завершая комбинацию боковым ударом ноги. Но деда на месте уже не было. Я заметил только стремительное, размазанное в воздухе движение силуэта, метнувшегося за спину, и получил чувствительный тычок подушечками пальцев в затылок.
— Считай, что я тебя уже убил, — довольно усмехнулся старый, поглаживая пятерней белую бороду.
«Блин, разбудите меня кто-нибудь. Дед — настоящий шаолиньский старец из китайских боевиков. Так двигаться невозможно. Даже глаз еле уловил», — я застыл, пораженный скоростью старика.
— Понравилось? — усмехнулся Рюу, — Продолжим? Или хватит на первый раз?
— Понравилось, — я почувствовал азарт.
«Неужели не получится, хоть раз достать этого старого живчика? Будем пробовать!»
— Конечно, продолжим, — я сжал руки в кулаки, и попрыгал, подготавливаясь к следующей атаке.
— Хорошо, — благосклонно кивнул дед — Можешь нападать.
Теперь я двигался, не торопясь, подкрадываясь к старику, челночными движениями и раздергивая его имитацией джеба. Рюу молча наблюдал за мной, не реагируя на финты. Он как будто мысли читал и заранее предугадывал все обманки.
Пробил лоу по бедру деда и опять попал в воздух. По инерции пришлось поворачиваться за ударом и получать очередной шлепок пальцами по затылку.
— Продолжаем? — лаконично уточнил старик.
— Да, — так же коротко ответил я.
Теперь я решил попробовать достать противника по-другому. Ударил боковой удар ногой и, продолжая движение, влепил бек-фист, а потом ещё один маваши-гери и нырок в ноги. От первого удара старик ушел наклоном корпуса, под второй подсел, пропуская кулак над собой, а от третьего просто отпрыгнул. Когда я пошел вниз, пытаясь подхватить ладонями колени, его уже там не было. Вернувшись в стойку, услышал, как тихо хлопнул воздух, отправляя мне в лицо свежую волну. В нескольких сантиметрах у горла неподвижно замерла грязная стопа в рваном тапке, возникшая из ниоткуда.
— Ты опять убит, — улыбнулся Рюу. Подержав пару секунд ногу возле моей шеи для наглядности, он убрал её плавным кошачьим движением.
— Всё, хватит, — я поднял руки. — Сдаюсь.
Глава 9
Масару неторопливо прогуливался по парку фамильного поместья. Когда появлялось свободное время, глава семьи Мори обожал бродить по вымощенной серым камнем дорожке, слушая щебетание птиц, вдыхая свежий пьянящий воздух зеленого сада. Каждая деталь территории поместья была продумана до мелочей так, чтобы услаждать взор владельца. План придомовой территории был разработан Мицуо Исикава — самым известным японским специалистом, входящим в десятку лучших мировых ландшафтных дизайнеров. После недельных консультаций с Масару, маэстро не только создал грандиозный проект, отвечающий всем желаниям заказчика, но и лично присутствовал на каждом этапе работ, скрупулезно контролируя действия мастеров. Свою работу Исикава оценил в 150 миллионов йен. Ещё четыреста миллионов пришлось отдать знаменитому итальянскому архитектору Морретти и японскому — Кавамуре. Строительство особняков и работы по благоустройству велись два года и обошлись Масару в 3 миллиарда йен, но результат получился впечатляющим.
Если подняться на высоту птичьего полета, можно было увидеть, как зеленый парк подходил к идеально ровному кругу, у границ которого были расположены два особняка напротив друг друга. Границы окружающей их территории причудливо переплетались в виде двух слившихся противоположных начал — «Инь» и Янь'. Символизирующий «свет» — «Янь», трехэтажный белоснежный дом в европейском стиле с большими верандами и панорамными окнами, протянулся на несколько десятков метров. Под ним раскинулся, переливаясь изумрудной гладью огромный бассейн с каналами, круглыми искусственными островками и мостиками. Территория вокруг особняка и бассейна, обозначенная бежевой плиткой, плавно переходила в извилистые дорожки, мощенные белым кирпичом, вдоль которых тянулась цепочка уличных фонарей.
«Инь» был представлен трехэтажным домом с башенками, объединившим японские и буддийские мотивы. От традиционного японского жилья «минки» ему досталась раздвижная легкая наружная стена-вход, большая веранда, свободное открытое пространство и скрипучие деревянные полы. С древних времен такой настил подбирали специально, чтобы предупредить хозяев о проникновении в дом воров или наемных убийц. Трапециевидные крыши с башенками-пристройками, копирующие буддистские храмы, гармонично завершали образ особняка.
Дом стоял на отдельной платформе из каменных плит. Вокруг него раскинулся пруд, с неторопливо покачивающимися на темно-зеленой воде лилиями и кувшинками. Рядом находились искусственные холмики с журчащими ручьями, садовые тропинки, посыпанные гравием и дорожки с замысловатыми рисунками и узорами, выложенными из разноцветной морской гальки. На фоне цветущей зелени они смотрелись ярко и необычно.
Японский дом и пруд окружали небольшие декоративные елочки, аккуратно подстриженные круглые кусты, сакуры, распустившие нежные розовые лепестки, цветочные клумбы с розами, камелиями и ярко-красными ликорисами. Ухоженная придомовая территория незаметно переходила в зеленую стену парка. Величественные сахалинские пихты и аянские ели, распушили колючие ветви. Глицинии, раскинувшие водопады веток с розовыми, белыми и сиреневыми цветами, благоухали нежным и сладким ароматом. Изумрудные, аккуратно постриженные шары кипарисовиков гармонично сочетались с сочно-зелеными криптомериями. Все растения оставались цветущими круглый год, благодаря магам семьи Мори, следящим за состоянием сада.
Парк заканчивался зелеными холмами, переходящими в небольшую уютную бухту с раскинувшимся внизу пляжем из мелкого белого песка в окружении тропических пальм и лазурной глади океана.
Чтобы обеспечить безопасность семьи Мори, начальник СБ Изао Хори предпринял ряд мер. Вся территория поместья была огорожена трехметровым забором, контролировалась стационарными и передвижными средствами видеонаблюдения. Компактные камеры, поворачиваемые с пульта управления охраны под различными углами, контролировали периметр. Над поместьем летали дроны, транслирующие картинки с камер. Ночью на территории несла дежурство боевая робототехника, ощетинившаяся орудиями и пулеметами. Она была оснащена интеллектуальными видеосистемами, распознающими даже миниатюрные подозрительные предметы, фиксировала каждое движение датчиками, и поддерживала постоянную связь с дежурным на центральном пульте охраны.
Днем обходы совершали вооруженные сотрудники службы безопасности, бдительно следящие, чтобы никто из посторонних лиц не нарушал границы территории. В поместье всегда присутствовал маг, готовый к отражению атаки врагов, а чуть дальше бухты с пляжем, в маленьком рукотворном заливе, укрытом стеной зелени, находился причал с домиком СБ и парочкой катеров, регулярно патрулирующих водные границы.
Здесь Масару всегда мог расслабиться и отдохнуть, наслаждаясь каждой минутой, проведенной среди цветущего зеленого сада. По приезду домой он избавлялся от неудобного классического костюма и туфель, и переодевался в традиционную японскую одежду. Масару обожал гулять по парку, облачившись в темное кимоно, перевязанное хлопковым белым оби и широкие штаны-хакама. Тонкие шелковые одеяния приятно холодили кожу, не стесняли движений, были удобными и легкими. Глава семьи Мори часами неторопливо бродил по каменным дорожкам, возле японского домика, сидел на деревянных скамеечках, слушая щебетание птиц и вдыхая свежий лесной воздух.
Сегодня, полноценно отдохнуть Масару не удалось.
К отдыхающему на скамеечке главе, почтительно склонив голову, приблизился начальник службы безопасности.