Рождение Тени (СИ)
— Проходите. На корабле вас встретят, — в голосе стюарда чувствовался еле заметный холодок.
Я кивнул, схватил чемодан и пошёл вверх по трапу. Ребята двинулись за мной. Михаил на прощание окинул хмурым взглядом смуглого, развернувшегося к следующим пассажирам.
— Чего, ты так на него сурово посмотрел? Не понравился? — ухмыльнулся Саня, таща в руках две громадные спортивные сумки.
— Нет, — буркнул Миша. — Мы для них — пыль под ногами. Зато миллионерам готовы зад лизать.
— Это естественно, — вздохнул я. — Весь сервис категории «лакшери» заточен на обслуживание денежных мешков. На «Голден Палас» другие не попадают. Самый дешевый билет в кругосветный круиз — 16 тысяч евро. И за эти деньги — маленькая каюта без окна, похожая на собачью будку. А за средние апартаменты придется платить 25–30 тысяч, номер класса люкс — 40–70 штук, королевский — 100 тысяч. Вот и прикинь, к каким клиентам здесь привыкли. Средний официант в ресторане ежедневно 500–600 баксов чаевых получает, минимум. На эту вакансию очередь на годы вперед. В казино десятки и сотни тысяч долларов проигрываются, а иногда и миллионы.
На палубе нас уже ждал высокий и плечистый мужчина в голубом поло и бежевых брюках.
— Привет, ребята, меня зовут Майкл. Я буду вашим куратором и переводчиком. Занимаюсь расселением бойцов и решением их вопросов. Если что-то понадобится, всегда обращайтесь ко мне, — неожиданно пророкотал он бархатным басом.
— Вы говорите по-русски? — приятно изумился я, пожимая огромную крепкую ладонь.
— Не только, — усмехнулся Майк. — Вообще-то мой прадед сбежал из России в Америку после революции, так что русский для меня не чужой язык. Меня до сих пор дед Мишей называет. Пришлось пару лет поработать в представительстве «Шелл» в Москве. Там я отточил свое владение русским на практике. Ещё я разговариваю на немецком и французском. Естественно, на английском тоже.
Парни поздоровались с Майком. Саша с приветливой улыбкой, Михаил по-прежнему с хмурым выражением лица.
— Пойдемте, покажу вашу каюту, — предложил куратор. — Она находится в служебном секторе.
— Пойдемте, — кивнул я. — Показывайте, куда.
Майк быстро повел нас по палубе, затем мы спускались и поднимались вверх и вниз по лабиринтам лестниц, надстройкам, узеньким площадкам, пока, наконец, не попали в маленький коридор с несколькими белыми дверцами кают по бокам.
— Здесь у нас живут бойцы, — улыбнулся американец. — Ваш, номер 2.
— А что Алекс Смит, Эрнандес, Наронг, Карвальо или Черная Пантера тоже здесь могут быть? — поинтересовался Саша.
— Нет, конечно, — сверкнул белоснежной улыбкой Майк. — У нас таких кают для бойцов много. Но тех, кого ты перечислил, селят отдельно. Они — звезды.
— Понятно. Они звезды, а мы так, погулять вышли, — пробурчал Миша. — Посмотрим, как они себя в клетке покажут.
— Хорошо покажут, не волнуйся, — легонько толкаю ворчуна в спину. — За них не беспокойся. О себе думай.
Михаил повернулся. Я спокойно встретил его взгляд. Через минуту парень вздохнул:
— Извини, тренер, переборщил.
— Так парни, — вмешался Майк, — ключи сейчас передам, на тумбочке телефон внутренней связи. Всегда можете вызвать меня, если какие-то проблемы. Помните, заходить на пассажирскую часть лайнера без сопровождающего запрещается. Сейчас передохните пару часов, потом я приду и отведу вас на обед. Завтра сходим в тренировочный зал, можете разогреться, поработать немного. Вечером определятся первые пары и начнутся бои в клетке. Они будут проходить в двух казино: «Лас Вегас» и «Ямайка». Выступления Александра и Михаила, ориентировочно, назначены на завтра часов в 11–12 ночи, когда в казино будет полно народу. Соперников я ещё не знаю. Они определятся через три часа в жеребьевке. Пока отдыхайте, обустраивайтесь. Пойдем на обед, я вам все подробно расскажу и отвечу на возникшие вопросы.
— Договорились, Майкл, или вас лучше Мишей называть? — улыбнулся я.
— Как хотите, — сверкнул ответной улыбкой американец. — Мне все равно.
— Тогда Майкл, чтобы не перепутать. Миша у нас уже есть, — определился я.
— Окей, — кивнул янки. — До обеда.
Он передал мне ключи, и удалился быстрым пружинистым шагом, мягко ступая по красной ковровой дорожке.
Каюта оказалась небольшой. Помещение с двумя двухъярусными койками, маленьким стальным откидным столом на боковой стенке, рядом с мутным иллюминатором, пара стульев и телевизор, подвешенный к потолку на регулируемом кронштейне. В углу рядом с ним маленькая тумбочка с внутренним телефоном. Уголок напротив огорожен мутным стеклом, сквозь которое просматривается маленький квадратный душ, унитаз и умывальник.
— Мда, чисто, но бедно, — протянул Саша, окидывая помещение критическим взором. — А вообще на зону похоже. На ВИП-камеру какую-нибудь для авторитетов.
— Буржуи, что с них взять, — буркнул Миша, бросив сумки на пороге и падая на койку. — Мы для них не люди.
— Миш, а чего, ты, собственно, хотел? — вкрадчиво поинтересовался я. — Апартаменты «люкс»? Так они сотню тысяч баксов стоят. И снимают их миллионеры. А ты наемный работник. 25 тысяч, за выступления гарантированы. Командировочные — 300 баксов в неделю платят, страховка есть, кормят бесплатно. Каюта маленькая, но со всеми удобствами. Чего тебя не устраивает? Тебе здесь всю жизнь сидеть не предлагают. Отработаем турнир и свалим.
— Не люблю буржуев, — буркнул Михаил, отведя глаза. — Они с золотой ложкой во рту рождаются. А я в детдоме пожрать нормально не всегда мог.
— О, Миша, как у тебя полыхнуло, — я с сочувствием посмотрел на воспитанника. — Ты только здесь Великую Октябрьскую Революцию не устраивай. А то нас быстро в океан на корм к акулам выбросят. Всех троих. И ни секунду колебаться не будут. Видел, какие рожи у службы безопасности? Мы как раз, когда на служебную территорию шли, через их пост проходили. Головорезы настоящие. Так что ты свое мировоззрение особо не показывай, революционер доморощенный.
— Да, Миха у нас такой, — хохотнул Саня. — Че Гевара нашего времени. Но без бороды и берета. Зато с острым чувством социальной несправедливости. Чем ближе буржуйские рожи, тем он злее. Непонятно, как ещё со мной общается, я ведь тоже из состоятельной семьи.
— Ты нормальный, — буркнул бывший детдомовец. — И бабки свои честно зарабатываешь. А эти…
— Так, Миша, стоп, перестань. Лучше на бой настройся. Тебе вот о чем надо думать, а не о нелюбимых тобой буржуях.
— Так я и настраиваюсь, — хмуро глянул Михаил. — Они хотят получить мясорубку? Получат! Хрен меня кто-то из этих лощеных чемпиончиков положит. Я за эти бабки всех порву. Жить нормально хочу, в своей квартире. Надоело по углам мыкаться.
— Миша, дорогой, ты хоть бои с Наронгом смотрел? Или тренировки Эрнандеса видел? — Саня с сочувствием посмотрел на друга. — Не говори гоп, пока не перепрыгнешь.
— Так, парни, хватит трепаться, — прерываю разговор я. — Верю, Михаил сможет их удивить. И давайте отдохнём немного, мы с дороги, а через два часа на обед.
* * *Толпа неистовствовала, подбадривая бойцов в клетке, надрывными выкриками на английском.
Шел третий заключительный раунд Сашиного боя.
— Бей его, сукин сын, я на тебя пять тысяч поставила, — орала, брызгая слюной, толстая холеная тетка в вечернем платье.
— Мочи белоснежку ногой, вот так! — надрывался смуглый красавчик в смокинге.
— Убей черномазого! Разорви его! — визжала молодая девица в белоснежной блузке с глубоким вырезом. На надутой силиконовой груди девчонки ослепительно сверкало бриллиантовое колье. Девка продолжала вопить о грязном ниггере, которого необходимо уложить, но подошедшие двое верзил в черных футболках с надписями «секьюрити» на широких спинах, сделали замечание, и она замолкла.
В клетке, блестящий от пота негр с чудовищно раздутой мускулатурой, пытался войти в клинч с Александром, хватая его за запястья и локти. Мой боец уперся головой в грудь противника, вырвал руку из захвата, смачно пробил мощный апперкот в печень. Чавкающий звук удара, с которым кулак в ммашной перчатке врубился в тело, перекрыл даже гомон зрителей.