Лилия Для Повелителя (СИ)

Я судорожно сжала кулаки. Предательское сердце отказывалось верить услышанному. Пусть в войне виноват отец Эйтона. Он не несет ответственности за поступки своей семьи. Но то, что, возможно, на Эйтоне лежит вина за смерть моих родителей… Это я бы не смогла простить. Светлые Боги! Только не он, пожалуйста! Только не он…
Словно наяву я вдруг увидела вокруг светло-розовые стены явно девчачьей комнаты, разбросанную и сломанную мебель. И долговязую фигуру среди всего этого. Еще не мужчина, парень. В порванной рубашке, босоногий. Весь в крови. Пара прядей непослушных черных волос упала на лоб. На смуглом лице выделяются ярко-синие глаза. До боли знакомые. Но взгляд их злой, ожесточенный. И как-будто затравленный.
Я мотнула головой, отгоняя наваждение. Неужели это воспоминание? Мне было четыре тогда. От шока из-за пережитого или из-за печати, блокирующей мою силу, я не помнила ничего о своей жизни до того страшного события, сделавшего меня сиротой. И теперь память начинает пробуждаться?
— Пойдем со мной, — бросил Артур, бесцеремонно врываясь в мои мысли.
— Куда? — я непонимающе посмотрела на него. Перед внутренним взором все еще стоял юный Эйтон, я не сомневалась, что это был именно он. И сфокусировать взгляд мне удалось не сразу.
— Увидишь, — не стал вдаваться в объяснения «дядюшка». — Но после увиденного твое благодушное отношение к Повелителю изменится.
Когда мы оказались у дверей, ведущих в лазарет, я удивленно вскинула брови, но промолчала. Сорелл уверенно прошел мимо зала с койками для больных и привел меня к почти незаметной двери, осторожно открыл ее, словно не хотел, чтобы нас услышали. И я увидела небольшую лестницу ведущую вниз. А внизу — темное помещение, больше напоминающее подвал, чем комнату при лазарете. Дернув за руку, Артур затащил меня за угол и, приложив палец к губам, велел молчать. А сам спустился.
Я стояла в небольшой нише, прижавшись к стене и могла видеть все происходящее. В подвальной комнатке вокруг стола расположилась группа демонов и магов в черных мантиях. Среди них возвышались Эйтон и Айрон.
Повелитель что-то негромко сказал, и все тут же расступились, пропуская его к столу. Теперь и я смогла увидеть, что там находилось. Точнее кто. С трудом сдержав испуганный вскрик, я зажала рот рукой.
То, что я приняла за стол, оказалось алтарем из темного камня. И на нем прикованный цепями лежал молодой мужчина, немногим старше меня. Меня затошнило, когда я поняла, что знаю его. Пленником оказался светлый маг, один из людей Маеллина. Я не помнила его имени, но сталкивалась с ним несколько раз.
Светлые Боги! Эйтон же не собирается убить его?
— Теперь твой обет молчания больше не действует, — лениво протянул Повелитель. Он говорил негромко, и мне пришлось перейти на магический слух, чтобы не упустить ни слова. Благо, заклинание было простеньким и не энергоемким. Если не стараться специально, то и не заметишь слабых волн от магии.
— Что… что вы со мной сделали? — испуганно прохрипел парень, задергавшись в удерживающих его путах. Цепи натянулись и полыхнули багровым. Пленник закричал. И от его полного боли крика внутри меня все перевернулось. И я сильнее прижалась к стене, чтобы не упасть. К горлу подступала тошнота, колени дрожали. В тот момент я, действительно, осознала, что война, унесшая жизни моих родителей и других обитателей Аллирии, еще не закончилась. Она никогда не кончалась, питаясь жаждой мести и редкими жертвами.
— Не дергайся, иначе будет больно, — заметил очевидное Эйтон. Но пленник уже затих. И теперь испуганно и тихо лежал, боясь пошевелиться. — Отвечаю на твой вопрос. Нам пришлось убить тебя, чтобы заклятие перестало действовать. Но, как видишь, я вернул тебе жизнь. И хочу получить ответы на свои вопросы.
— Ты некромант? — донесся до меня неверящий шелестящий шепот.
— Я демон. Мы все немного некроманты, — в голосе Эйтона мне почудилась ирония. Айрон рядом усмехнулся шутке брата. — Итак… Как я сказал, у меня есть к тебе несколько вопросов. Ответишь и, возможно, я сохраню тебе жизнь. Кто вас послал? Назови имя. Где вы скрываетесь? И почему мы не можем вас обнаружить?
 
— Я не буду отвечать Хаосову отродью! — выплюнул парень, отвернувшись.
В толпе раздались смешки. Будто темных смешила подобная смелость, граничащая с глупостью. Эйтон лишь в немом удивлении приподнял одну бровь.
— Это ты зря, приятель, — протянул он. — Вы проникли на мою территорию, перепугали мой народ. Держу пари, не появись мы вовремя, несколько имен из следующей переписи населения пришлось бы вычеркнуть. Не так ли? Чего вы добивались, поджигая и грабя дома мирных жителей?
— Мы лишь поступили так же, как и вы, чертовы демоны! Мы мстим за тех, кого вы убили.
— Думаешь, твои дружки будут мстить за тебя? — вмешался Айрон. — Они сбежали и бросили тебя одного. Тебе лучше отвечать, когда Повелитель спрашивает.
И тут я с ужасом заметила, как Тьма, окружающая фигуру Эйтона, тонким щупальцем потянулась к пленнику, обвила шею… Парень захрипел и закашлялся, беспомощно молотя скованными руками в попытке дотянуться до шеи и сорвать призрачную удавку. Цепи тут же отозвались на движение, причиняя ему новую боль.
— Хва… хватит… — тихо хрипел он, — пож… пож… ста… Я… скажу…
Тьма исчезла, повинуясь молчаливому приказу Повелителя. И он выжидающе посмотрел на пленника.
— Воды, — тихо попросил тот. Эйтон разрешающе махнул рукой, и один из магов, поднес ко рту парня наполненный водой кубок, к которому бедняга жадно приник.
— Я жду, — напомнил Повелитель, уже знакомым мне жестом скрестив руки на груди.
— Его имя Валей Маеллин, — обреченно прошептал светлый. — Он высший маг. И вроде даже был правой рукой главного дворцового мага Аллирии. Точно не знаю. Я был мал, когда… когда вы напали на нас.
— Мы напали?! Мы?! — выкрикнул Айрон, подавшись вперед и сжимая кулаки. Но Эйтон остановил его, предупреждающе опустив руку ему на плечо. Демон недовольно взглянул на брата, но кулаки разжал и сделал шаг назад. — Какого черта ты меня останавливаешь? Не помнишь, что именно тебе больше всех досталось тогда? И на что пришлось пойти отцу, чтобы вытащить нас?!
— Я ничего не забываю, брат, — голос Эйтона звучал спокойно и равнодушно, но я видела, что тени вокруг него сгущаются, становятся плотнее. — Но пока не время. Говори дальше, — велел он пленнику. — Где мне найти этого Маеллина?
Пленный испуганно замотал головой. А я почувствовала, как мое сердце делает кульбит и заходится в сумасшедшем ритме. Сейчас он все расскажет. А там… там бабушка Энни! И Валей, и учителя, с которыми у меня сложились хорошие отношения. Там люди, которым я пообещала помочь!
— Можешь молчать, — усмехнулся демон. — Я догадываюсь, что вы прятались где-то в Нейтральных землях, так? Лишь те места глушат магию так, что ее тяжело обнаружить.
— Вокруг нашего логова сильная защита! — вскричал пленник, невольно подтверждая догадку демона. — Вам не пройти через нее!
Действительно, попасть в замок Валея можно было только порталом, зная точные координаты. Или с помощью портального камня, на котором эти координаты были установлены. Я мысленно воззвала к Светлым Богам, чтобы у паренька не оказалось при себе камня.
— Что задумал Маеллин? — как-будто не слыша, продолжил допрос Эйтон. Голос его был спокойным и холодным. Без капли иронии и добродушия. Сейчас я увидела истинного Повелителя.
— Н-не з-знаю, — заикаясь, пробормотал пленник.
— Лжешь, — отрезал демон. — А я очень не люблю, когда мне лгут.
Тени снова медленно поползли в сторону парня, и я напряглась. Мне стоило огромных усилий остаться на месте и не броситься к Эйтону с мольбами прекратить пытки. Но тогда бы я только выдала себя. И я лишь зажмурилась, с силой сжимая кулаки, когда черные щупальца теней снова обхватили горло мага, и он закричал от испуга и боли.
Крик прекратился, и я рискнула открыть глаза. Пленник тяжело дышал, судорожно хватая ртом воздух. Эйтон же выглядел по-прежнему невозмутимо. И это пугало. Как можно оставаться спокойным, причиняя кому-то боль? Глупое сердце отказывалось верить, что все это творит мужчина, в чьих нежных руках я засыпала по ночам.