Лилия Для Повелителя (СИ)
— Ты так рано проснулась? — спросила, целуя в теплую морщинистую щеку. Бабушка закашлялась, и мое сердце болезненно сжалось.
— Как ты? Почему так поздно пришла? — голос ее прозвучал тихо, она с трудом приподнялась, опираясь на спинку кровати. Я поправила подушку. Даже двигалась и вставала бабуля с трудом. Но умудрялась переодеваться и ухаживать за собой практически без моей помощи. А в редкие моменты, когда болезнь ненадолго отступала, готовила мои любимые блюда.
— Решила немного подзаработать, — приврала я, стараясь не смотреть ей в глаза.
Я пришла ночью, потому что провела пару часов в жарких объятиях жениха. Я была уверена, что после всего произошедшего, могу его так называть. Стоило лишь вспомнить о его губах и руках в запретных местах, меня бросило в жар. Было стыдно. И, не смотря на уверения Оливера, снова больно. Но он был нежным, шептал ласковые слова. Может, со мной что-то не так?
— Не работала бы так много, — бабуля покачала головой. — Совсем лицо серое стало. Может, поискать тебе другую работу?
— Хозяин Джо хорошо платит и не требует документы, — у нас даже справки с фамилией не было. — Ты не думай об этом, я скоро соберу достаточно денег, чтобы оплатить услуги лучшего лекаря! И он поставит тебя на ноги.
Не знаю, кого бабушка боялась, но проходить перепись и регистрироваться она категорически отказывалась. Так и жили, снимая домик у хозяина, которому плевать было, кому сдавать. Лишь бы платили. Да и мало желающих было на такую развалюху. Я на бабулю Энни не давила. Мало ли причуд у стариков. В конце концов, моих родителей убили. И она боялась, что преступники придут и за нами. Но кому нужны наши скромные персоны?
— Так и будет, — устало прошелестела бабушка.
— Я сейчас что-нибудь приготовлю и покормлю тебя, — улыбнулась в ответ. Энни пока спала возле кухни. Оттуда шло тепло, так необходимое ей сейчас. И лестница была для нее непреодолимым препятствием. Если убрать занавески, то она могла наблюдать, как я кашеварю, стираю или топлю печь. Я всегда старалась говорить с ней. И, слушая редкие ответы или свистящее дыхание, радовалась. Дышит, кашляет. Значит, жива.
Это был один из редких выходных, но и в эти дни я подрабатывала. Чаще всего в лавке господина Брейда. Но не в тот день. Мы ждали лекаря, который был здесь проездом из самой столицы! Чудо, что он согласился осмотреть бабулю. И чудом этим я обязана Монике. Заглянув на днях в нашу таверну, он стал одним из ее пленников. Мне даже представить стыдно, как она с ним договорилась. Но он согласился прийти к нам в дом. Не бесплатно, но за сумму гораздо меньшую, чем я бы заплатила в ином случае.
Накормив бабулю, умылась и решила пока сбегать купить дров. До прихода лекаря должна успеть. Печь с утра не топлена. Отстраненно заметила, что обувь совсем сносилась, и надо бы поднажать и прикупить ботинки. Ведь скоро зима.
— Я быстро! — крикнула уже у двери.
Я уже возвращалась домой, довольно улыбаясь и таща за собой скудную вязанку дров. Дровосек, господин Маккей, пытался обмануть, стребовав больше обычного. Но я торговаться давно приучилась! Только так можно выжить. До дома оставалось несколько миль, как я заметила мужчин в форме гвардии Короны. Откуда столько гвардейцев здесь, в нашем захолустье?
— Ясных дней, мисс. Все у вас порядке? — вдруг спросил один из них.
Я непроизвольно попятилась. Не приведи Светлые Боги, потребует документы!
— Ясных дней, господин, — поприветствовала в ответ, стараясь не отводить взгляд. — Благодарю за беспокойство, жаловаться мне не на что.
И отвернулась, желая скорее скрыться.
— Куда вы направляетесь? Позвольте проводить вас, — ровняется со мной гвардеец. — Это крайне опасный район. Особенно для юной девушки вроде вас.
Я мысленно усмехнулась. Как же мне, живущей здесь почти пятнадцать лет, не знать этого! Но Боги миловали, и пока мне не пришлось стать жертвой воров. Или, не приведи случай, насильников!
Я молча направилась в сторону дома, но ответ парню, кажется, и не требовался. Он так же, не говоря ни слова, пошел рядом со мной. Я не противилась. Документы он не просил. А рядом с ним меня не остановят другие.
— Простите мое любопытство, господин, — разорвала я тишину, — но что вы здесь делаете? Я впервые вижу столько гвардейцев нашей священной Короны.
Парень улыбнулся:
— Королевские маги засекли вспышку несанкционированного колдовства в этих землях. Нас отправили разобраться и найти преступника. Вы не замечали ничего и никого подозрительного?
Я поспешно замотала головой, чувствуя, как сердце, сделав кульбит, словно подпрыгнуло к горлу. Маги? Здесь? В Эзлоре все обладающие силой были обязаны служить Короне. Не было ни одного мага, о котором королю бы не было известно. Иначе — смертная казнь. И тем, кто скрыл свою сущность. И тем, кто знал и умолчал.
— Нет. Я много времени провожу на работе, поэтому я ничего не замечала. Но помогут вам Светлые Боги во всем разобраться, благородный господин!
— А где вы работаете? — вдруг спросил, прищурив глаза, парень.
Я резко остановилась и до боли прикусила губу, раздумывая над ответом.
— Вам обязательно это знать? — меня трясло от страха. И, кажется, я даже не соображала, что несу. В голове билась только одна мысль. Если меня заберут в острог, я не смогу открыть дверь лекарю. И бабуля останется совсем одна! — Поймите, моя бабушка больна. Можно я пойду домой, к ней?
— Не бойтесь, мы здесь не для того, чтобы ловить хорошеньких девушек без документов, — мягко заметил парень. Я застыла: неужели на моем лице написаны все мои мысли? — Мне просто стало интересно. Но, раз вы не хотите говорить, не надо. Не хочу вас пугать. Итак как мышонок испуганный себя ведете, — он усмехнулся.
Подмигнув, он развернулся и ушел вниз по улице. Я выдохнула. Слава Светлым Богам!
— Ясных дней вам и удачи в поисках! — крикнула ему вслед. Он обернулся и махнул мне рукой.
На душе было тепло и светло. Удивительно, что есть мужчины, которые могут просто проводить девушку без грязных домогательств. В нашем городишке таких днем с огнем не сыщешь. Сплошные проблемы с воспитанием. Да и вообще со всем проблемы… Только Оливер…Только ему я могла верить.
Часть 2
Я сидела на кухне и ждала. Лекарь осматривал бабушку Энни в комнате. Тиканье старых настенных часов, казавшееся сейчас как никогда громким, сливалось с гулкими ударами сердца.
Лекарь возник на пороге, высокий и худощавый. На вид я бы не дала ему больше тридцати лет, но волосы уже были щедро припорошены сединой. Отстраненно вспомнила, что слышала про магов: магия отнимает жизненную силу. Значит, таким образом это выражается? Поздоровавшись, он сразу попросил проводить его к пациентке. И велел мне ждать за дверью.
Казалось, прошла целая вечность прежде чем лекарь, наконец, вышел из спальни. Я вскочила и терпеливо ждала, что он скажет. От волнения вспотели ладони, и я незаметно обтерла их о ткань платья.
— Мне жаль, но я ничем не могу помочь, — голос его звучал спокойно и равнодушно. — Ей сможет помочь только магический артефакт и маг, который сумеет его использовать.
Он говорил что-то еще, но я едва слышала, в ушах шумело, а сердце болезненно сжималось.
— Чем она больна? — выдохнула тихо, не обращая внимания, что слезы отчаяния и безысходности покатились по щекам. Никто из местных лекарей за три года так и не смог ответить на этот вопрос. Все они лишь беспомощно разводили руками и давали микстуры, способные на время облегчить кашель и боль.
Мне было пятнадцать, когда бабушка резко заболела и постепенно слегла. Тогда наша жизнь рухнула. И мне пришлось стиснуть зубы и повзрослеть. Но я продолжала надеяться. Сейчас же мужчина напротив с равнодушными глазами, видевшими, пожалуй, множество больных и умирающих, лишал меня последних осколков той надежды…
— Чахотка, я полагаю, — он пожал плечами, протирая очки белоснежным платком. — Я оставлю травы и напишу, как правильно их нужно заваривать. Это облегчит ее состояние. Но болезнь глубоко поразила легкие. В лучшем случае у нее остался месяц, если вы не найдете мага-артефактора, конечно же.