Я требую развод (СИ)

Я прекрасно понимаю, что разговаривать с этим идиотом просто бесполезно. Он все переводит в шутку, и даже не пытается меня услышать. Мы женаты с ним всего каких-то пару месяцев, и все это время я просто схожу с ума. А впереди Новый год, и наши семьи соберутся вместе, где мне придется улыбаться, делая вид, что все хорошо.
А после стоит поговорить с папой еще раз. Я даже готова поехать в закрытое учебное заведение, лишь бы не видеть мерзкую рожу своего муженька. Мне до чертиков надоели его выходки. И еще больше бесит моя реакция на его похождения.
Я, черт возьми, ревную.
И совсем не понимаю почему… Как можно ненавидеть человека и при этом хотеть, чтобы он принадлежал лишь тебе одной? Когда я вижу, как эти безмозглые курицы на него вешаются, то готова вцепится им в глотки. И только чувство собственного достоинства сдерживает меня на месте.
Никому и никогда не позволю увидеть свою слабость. Или свои слезы. А с тех как я вышла замуж, плачу я очень часто. И это меня бесит не меньше остального. Но самое ужасное, что я даже поговорить ни с кем не могу.
— Мы не закончили… — летит мне в спину, когда я почти достигла своей комнаты. Неужели мой муженек захотел поговорить? Сомневаюсь. Скорее всего, просто высказаться по поводу моего поведения. Или просто узнать пароль на телефоне.
Я очень жалею, что вообще взяла его в руки. Такой грязной я себя никогда не чувствовала. Я не хотела залазить в его переписки, но стоило мне только разблокировать экран, как сообщения полились рекой. Нажав на одно, я не смогла остановиться.
Боже, сколько баб ему писали… А сколько обнаженных тел я увидела… Девушки совсем себя не уважают, если пишут и шлют ему такое. На многие он даже не ответил, но это их не остановило. А тем, кому ответил…
На меня словно вылили целое ведро дерьма..
Соколовский, оказывается, умеет быть очень милым. И даже внимательным. а еще мой муж перетрах*л почти всех девушек из своего универа. А еще половину из моего. И не только. И почти все… даже не почти, а все писали, какой он великолепный любовник.
Им повезло больше, они ведь не были ему женой, с которой не стоило даже заморачиваться.
Ненавижу его..
— Соколовский, если тебе так неймется, иди подрочи. — захлопываю дверь перед его носом.
Я, конечно, знаю, что она его не удержит. Тут даже замка нет. Но видеть его ошалело-недовольное лицо…
Бросаю сумку на стул и принимаюсь раздеваться. Я хочу помыться и поскорее смыть с себя все то дерьмо, что меня окружает. Дверь, как я и ожидала, распахивается с громким ударом об стену, и на пороге появляется Виктор. Он что-то хочет сказать, но тут же замолкает, увидев меня в одном нижнем белье.
Какой же он все-таки предсказуемый. Я уже даже представляю, какие мысли сейчас возникли в его голове. Он смотрит на меня и облизывается, как кот, что наконец-то добрался до сметаны. Это так фу-у-у.
— Я тебя сюда не приглашала. Будь добр закрыть дверь с той стороны, и в следующий раз не забудь постучаться.
Подхожу к шкафу и беру полотенце, после топаю в ванную комнату, так и ни разу на него не посмотрев. Просто не могу. Я лгу сама себе, говоря, что мне без разницы. Его горячий взгляд сверлит мне спину, и моя кровь закипает. Сердце начинает биться все быстрее.
Я ненавижу его, но мое тело… Оно желает сейчас оказаться в его руках и проверить на себе, правда ли то, что говорят о нем другие… Убедиться, что я не прокаженная… И просто так бывает лишь в первый раз…
Но я никогда не паду так низко.
Закрываюсь в ванной и включаю холодную воду.
  
Глава 38
 
Когда я вышла из душа, в комнате никого уже не было. Даже удивительно, что Соколовский не стал ломиться в ванную, требуя, чтобы я открыла дверь. Или не пускал свои пошлые шуточки. И даже не намекал на секс, требуя исполнения супружеских обязанностей.
Надо же было вообще такое заявить. Как только язык поворачивается такое говорить, после того как всю ночь развлекался в компании каких-то баб и заявился домой под утро с огромным засосом. А еще эти переписки… Даже думать об этом не хочется. На душе до сих пор так мерзко и противно.
 
Залезаю в шкаф и достаю оттуда свою одежду. Мне нужны вещи на завтра, чтобы было в чем пойти в универ. И на сегодняшний вечер. Мы со Светкой снова идем в клуб. Я до сих пор не понимаю, как она сумела меня уговорить. И после я останусь ночевать у нее. Видеть муженька нет никакого желания. Да и в голове еще свежи воспоминания, как закончился прошлый мой поход по ночным заведениям.
Поэтому, приготовив одежду, я хватаю сумку и начинаю пихать туда свои конспекты. Развлекаться — это, конечно, круто. Но и забывать, что завтра на учебу, тоже не стоит. Не знаю, как Светка, но я собираюсь еще немного позаниматься перед тем, как мы отправимся искать приключения на свои задницы. А то, что мы их найдем, я даже не сомневаюсь. Подруга их притягивает к себе словно магнитом.
Но самое главное, я согласилась на это все только потому, что хочу отвлечься. Не думать о том, что мой брак — это полная чаша дерьма. А мой муж — самый отвратный бабник на свете, который только и думает о сексе и куда бы пристроить свой член.
Думая об этом, понимаю, что снова завожусь. Меня начинает трясти от злости. Хочется прямо сейчас пойти и как следует отдубасить этого придурка. Руки так и чешутся. А еще лучше было бы отрезать к чертям его причиндалы. Думаю, после этого он бы поумнел.
Да, я очень кровожадна. И такой меня сделал мой муженек.
Все.
Хватит.
Выкидываю его из головы и еду развлекаться.
Еще примерно около часа верчусь перед зеркалом, никак не в силах определиться с окончательным нарядом. Светка настаивает на чем-нибудь коротком, но как-то не уверена. Выбор стоит между джинсами и шортами. Пока еще не сильно холодно, можно и покрасоваться в них, но опять же на улице декабрь. И попу морозить не хочется.
Останавливаюсь на джинсах.
Потом начинаю краситься. и вот минут через сорок я полностью готова. Хватаю свою сумочку и выхожу из комнаты. В квартире тихо, и Соколовского нигде не видать. Ушел? Вполне вероятно. И я даже знаю куда. Опять побежал искать утешения в объятиях очередной с*чки.
И почему только меня это так задевает?
Быстро одеваюсь и покидаю квартиру, громко хлопнув дверью напоследок. Если он все же дома, что маловероятно, пускай слышит, что я ушла. И пускай бесится, не зная, куда именно, и почему я не вернулась домой.
Хотя о чем это я? Ему абсолютно пофиг на меня.
К Светке попадаю примерно через полчаса. Пробок практически не было, и так как я остаюсь у нее, решила поехать на своей машинке. Мама разрешила забрать ее после того, как мы вместе готовили ужин для этого засранца. Правда, знала бы она, чем это все закончилось… Надеюсь, и у Лешки хватит ума много не болтать при своих предках. Не хватало мне еще, чтобы родители снова лезли в нашу жизнь, особенно пока папа в командировке.
Пока Светка наводит марафет, а делает это она два часа, не меньше. Я сажусь за учебники. Точнее, пытаюсь это сделать, но голова забита совсем не тем, чем хочется. И я уже несколько раз перечитываю один и тот же абзац, пытаясь понять о чем речь. Бесполезное занятие. Ничего не выходит. С психом закрываю книгу, потом тетрадь и забрасываю все обратно в сумку.
— Что с тобой, Соколовская? — интересуется подруга.
— Не называй меня так. — огрызаюсь я в ответ. — Я Макарова.
— С мужем поругалась что ли? — в ее голосе столько удивления. Она даже повернулась ко мне, забыв докрасить глаз. — Или, может, Витюша тебя плохо удовлетворяет?
Хотела бы я ей сказать все, что думаю о пресловутом Витюше, да не могу. Уже завтра об этом будет знать весь универ. И народ начнет надо мной смеяться, а я этого допустить не могу. Репутация превыше всего.
— С чего ты взяла? Разве можно такое говорить о Соколовском? — изображаю милую улыбку, а самой хочется блевать.