Токсичный ручей (ЛП)

Мой телефон вибрирует на приборной панели, отвлекая мое внимание от дома. Я молюсь, чтобы это была моя мама, но на экране мелькает имя Лу-Лу.
Я не разговаривала с ней с вечера вечеринки. Я отправила быстрые односложные ответы с помощью текстовых сообщений, но это все. Я была слишком занята, оплакивая смерть моего отца и погружаясь в жалость к себе, чтобы предложить что-то еще.
Однако прямо сейчас я могла бы воспользоваться ее дерзостью, чтобы завести себя.
Проводя пальцем по экрану, я отвечаю на ее звонок и сразу же переключаю ее на громкую связь.
— Привет, Лу, — бормочу я и слышу, как она ахает от удивления, что я ответила.
— Не говори мне — привет, Лу, как будто ты не избегала моих звонков, — ворчит она, и я качаю головой.
— Ты бы предпочла, чтобы я сказала: "какого черта тебе нужно, Лу?" Мой отец умер, а я вдруг сижу на побережье Калифорнии, и моя жизнь буквально переворачивается с ног на голову?
Мой сарказм встречает абсолютная тишина, и я мгновенно чувствую себя стервой.
— Я пыталась позвонить и поддержать тебя по поводу твоего отца, Иден, и именно из-за этого я не буду обращать внимания на твое отношение. Но какого черта ты делаешь в Калифорнии? Я подумала, что ты, возможно, оценишь вечеринку и немного алкоголя. Это поможет тебе забыть обо всех заботах на минуту, но я не могу предложить этого, если ты так далеко.
Вытаскивая невидимые ворсинки из своей толстовки с капюшоном, я сожалею о выборе одежды моей матерью этим утром, не желая ничего больше, чем иметь возможность сделать именно это с ней.
— Честно говоря, я даже сама не знаю, Лу. Кажется, в моей жизни есть многое, о чем я не подозреваю, — бормочу я, не находя облегчения в разговоре с кем-либо.
— Так что, ты теперь не вернешься домой? — спрашивает она, и я слышу смех на заднем плане. Вероятно, ее брат и его банда снова устраивают беспорядки, их обычные подшучивания доносятся по телефону.
— Я не думаю, что Уайт-Ривер когда-либо по-настоящему был моим домом, — признаюсь я, откидывая голову на подголовник и делая глубокий вдох. Лу-Лу живет в одном доме с самого рождения. Она не понимает нормальности переезда, возобновления жизни. Я понимаю. — И теперь я, по-видимому, нахожусь в своем новом временном доме на обозримое будущее.
— Что, черт возьми, произошло, Иден? — Ее выбор ругательств почти вызывает улыбку на моих губах, но вид того, как кто-то открывает входную дверь моего нового дома, привлекает мое внимание.
— Не знаю, Лу, но я постараюсь держать тебя в курсе. Я скоро позвоню.
Завершая разговор, я наблюдаю, как парень постарше, примерно возраста моих родителей, подходит к концу подъездной дорожки и смотрит прямо на мой внедорожник. Уперев руки в бедра, он смотрит вниз, на свои ноги, словно собираясь с духом, проводит пальцем по лицу, прежде чем кивнуть головой. Одним быстрым движением он машет рукой в моем направлении, поощряя меня двигаться вперед.
Откуда, черт возьми, он знает, что я здесь? Или кто я такая?
Отсюда я вижу напряжение на его лице, и именно этот взгляд заставляет меня ползти вперед и заезжать на подъездную дорожку, как он указывает.
Мое сердце бешено колотится в груди, а ладони потеют, когда я чувствую, как он смотрит на меня сверху вниз, ожидая, когда я выйду из внедорожника. Я делаю глубокий вдох и делаю непроницаемое лицо, не желая, чтобы кто-нибудь видел мои эмоции.
Открыв дверь, я медленно выхожу из машины, оставляя дверь открытой, и подхожу к капоту, глядя на парня, стоящего с другой стороны. Его глаза опухли, а лицо покраснело, когда он пытается взглянуть на меня. На висках у него седые волосы, которые переходят в отросшую бороду. Его голубые глаза выглядят печальнее моих, и я не думала, что это возможно.
Он плакал?
Прочищая горло, он смотрит вдаль. — Вы, должно быть, Иден. Я, я, Ричард.
Я не знаю, через что проходит этот человек, но я чувствую его боль отсюда.
— Да, это я, — бормочу я, нервно заламывая руки перед собой. — Почему я здесь? — Спрашиваю я, не желая тратить время на светскую беседу.
 
Его темно-синие глаза впиваются в мои, когда он потирает затылок. — Потому что они так считают. Не позволяй фальшивым предлогам этого города обмануть тебя, Иден. Каким бы красивым это ни выглядело на первый взгляд, оно прогнило насквозь. Мы все марионетки в их больших играх, и они получают удовольствие, играя нашими жизнями. — Повернувшись, он идет обратно к входной двери, останавливаясь перед тем, как снова войти внутрь. — Чувствуй себя как дома. Твоя комната — третья дверь направо на верхнем этаже.
С этими словами он ушел, а я осталась у своего внедорожника в еще большем замешательстве, чем раньше.
Он что, просто ждет, что я туда войду? Он даже не позволил мне спросить, знал ли он что-нибудь о смерти моего отца. Черт. Он имеет к этому какое-то отношение? Черт. Я чувствую приближение мигрени. Думаю, я все еще в шоке от событий прошлой недели, поэтому не знаю, как с этим справиться. Мой разум перегружен и рушится одновременно.
К горлу подкатывает тошнота, когда я осознаю, насколько я на самом деле одинока. Я никому не могу доверять.
— Мисс Иден?
Поворачиваю голову обратно к двери, вижу еще одного мужчину, вежливо стоящего, заложив руки за спину. Он похож на прислугу, одет в кремовый футболку-поло и шорты-чинос.
— Э-э-э, это я, — говорю я, и он кивает головой с грустной улыбкой, которую я просто не могу понять.
— Мисс, я Стивенс. Если вы хотите пройти в свою комнату, следуя указаниям мистера Ричарда, мы в кратчайшие сроки доставим вам все ваши вещи.
Бросив взгляд на свои вещи во внедорожнике, я обдумываю варианты. Куда еще мне пойти? Я же не могу вернуться в Уайт-Ривер, чтобы быть со своей мамой. Я даже не знаю, где она.
Покорно вздохнув, я беру свой телефон и направляюсь к двери.
Наконец-то я могу лучше рассмотреть стоящий передо мной дом: его плавные линии и в целом жемчужно-белые наружные стены украшены стеклянными окнами до пола, позволяющие заглянуть внутрь официального дома. Подъездная дорожка продолжает спускаться к пляжу. Вдоль дороги между небольшими кустарниками, посаженными вдоль всего склона сбоку от дома, расположены светильники.
Шум волн, разбивающихся вдалеке, по другую сторону дома, — вот что привлекает меня ближе. Морской бриз треплет мои волосы, пока я потею под толстовкой. Проходя через вход с двойными дверями, я с трудом удерживаю челюсть от удара об пол, когда вижу, что он ведет прямо в огромное открытое пространство.
Противоположная стена из чистого стекла, откуда открывается потрясающий вид на океан с огромным бассейном и лужайкой между ними. Весь первый этаж имеет открытую планировку, слева от меня две лестницы, ведущие вверх и вниз. Открытое пространство превращено в огромную берлогу, большую часть пространства занимает самый большой диван, который я когда-либо видела, а на стене висит самый потрясающий телевизор для просмотра футбола.
Высокий шкаф отделяет гостиную от обеденной зоны, где установлен изящный деревянный обеденный гарнитур на двенадцать персон, а с другой стороны от него расположена кухня в стиле хай-тек. Этот разделитель заполнен бутылками с алкоголем? Да, пожалуйста.
Это ультрасовременное здание, но при этом создается впечатление, что здесь никто не живет. Здесь чертовски чисто.
— Наверху лестницы, третья дверь справа, — зовет Стивенс, напоминая мне, куда я должна идти, и я слабо улыбаюсь, прежде чем следовать его указаниям, когда он указывает направление, в котором мне следует идти.
Обхватив себя руками, я замечаю, что Ричарда нигде не видно, но снаружи доносится сильный шум, но я никого не вижу.
Поднимаясь по стеклянной лестнице, я добираюсь до верха и отсчитываю три двери. Медленными шагами я останавливаюсь перед деревянной дверью и толкаю ее кончиком пальца.
Дверь не издает ни единого скрипа, когда я широко распахиваю ее и медленно вхожу внутрь. Я судорожно хватаю ртом воздух, оглядывая комнату передо мной. Кровать с балдахином стоит в центре стены рядом со мной, выходя прямо за другую полностью стеклянную стену, которая ведет на балкон с собственным внутренним двориком и шезлонгами.