Безжалостный наследник

Господи, она была безупречна.
Ее идеальные груди парили под водой. Теперь я слишком хорошо знал, насколько они идеальные. Вся она небритая и совершенная. Ее сладкая киска была глубоко под водой. Грир крутилась в горячей ванне, пытаясь устроиться поудобнее, и от того, как с ее белокурых волос по спине стекала вода, мне захотелось накрутить их на кулак и войти в нее сзади. Она была чертовски красива. Совершенная и идеальная.
Грир тут же вскочила, крутанулась на месте, и я усмехнулся.
– Болит? – поинтересовался я.
Она явно испытала дискомфорт, когда погрузилась в воду и когда откинулась на спинку ванны. Пожав плечами, Грир окинула взглядом мою потную фигуру, промокшую майку, а затем спустилась к моему более чем готовому члену.
Думаю, он немного возбудился при виде ее киски и упругой попки, когда Грир погружала их в ванну. Я оттолкнулся от стены.
– Тебе больно? Прошлой ночью мы не так уж усердствовали.
Я мог бы трахнуть ее гораздо жестче, заполнять собой без остатка до самого утра, но решил, что потеряю себя. Мысленно эта девушка давно трахала меня двадцать четыре на семь, и прошлая ночь не стала исключением.
– Даже не знаю, – сказала Грир, прежде чем развернуться ко мне спиной. Застенчивая и кроткая она обхватила себя за ноги, уставившись в окно на лес, и мне потребовалось около двух секунд, чтобы понять, о чем она говорит. Я сказал, что мы не так уж сильно старались, и она сказала, что не знает.
– Твою мать.
Проклятие слетело с моих губ, когда я взъерошил волосы, и Грир смотрела на меня через плечо, пока я пересекал комнату.
– Подвинься. Я залезаю.
Ее глаза сразу же широко раскрылись, теперь она была такой чертовски застенчивой.
Она прикрыла себя руками.
– Мне действительно больно.
– Знаю. – Я ухватился за ванну, садясь на корточки. – Обещаю, никакого секса. Я просто помогу тебе помыться.
Если бы знал, что к этой девушке раньше никто не прикасался, не был бы таким жестоким. Мы все равно были бы вместе, но не так.
Грир взмахнула светлыми ресницами. Я не был уверен, что она мне полностью доверяет. И винить ее было бы глупо. В прошлом я не раз давал ей повод усомниться во мне. Но в конце концов Грир все же перебралась на другую сторону ванны. Она была внушительных размеров, чтобы я мог без труда в ней поместиться. И, хотя я не часто принимал ее, после долгой изнурительной тренировки это было особенно приятно. Установка джакузи чертовски тряслась, и я включил ее, заставив Грир немного отпрыгнуть от стенок ванны. Я разделся догола. Глазки Грир заблестели, как будто она только что впервые увидела член, и я про себя выругался, что не заметил раньше, что она была девственницей. Я убедил себя, что когда ласкал ее пальцами, не почувствовал никакого сопротивления. Видимо, раньше Грир сама доставляла себе удовольствие. Потому что прошлой ночью вообще не была напряжена.
Я залез в ванну, и только после этого она повернулась, тепло хорошо подействовало на мои нывшие мышцы. В зале я натрудил их до предела.
– Иди сюда. Я помою тебя.
Робкая, она прильнула ко мне, отпустив руки только после того, как погрузилась в воду. Даже сквозь пузырьки я все еще мог видеть ее сиськи. Грир нахмурилась.
– Почему ты этого хочешь? Тебе не все равно? Тебя даже не было здесь, когда я проснулась.
Мне было не все равно. Грир волновала меня больше, чем она могла себе представить, эта девушка, так глубоко засевшая в моих мыслях.
– Просто позволь мне, хорошо? Я легонько. Будет не больно.
Я знал, как позаботиться о девушке. Мог сделать ей хорошо, если то было нужно. И с ней мне хотелось попробовать быть именно таким. Именно сейчас, именно с ней.
– Ты должна была сказать мне, – слегка упрекнул я, доставая мочалку и опуская ее в воду, чтобы как следует намочить. Я притянул Грир к себе. – Я был бы с тобой другим. Более нежным.
Вот… так, моя рука подталкивала ее ноги, пока она не раздвинула их, позволила мне просунуться между ними. Я касался ее промежности мягко, скользяще. Грир ахнула, ощутив, как я ласкаю ее киску, но не отстранилась. Во всяком случае, она хотела, чтобы я был ближе. Она обхватила мои плечи руками, когда я осторожно провел полотенцем по ее телу и слегка вошел внутрь.
 
– Приятно? – Она быстро кивнула. Мой член затвердел, когда тряпка покинула руку и пальцы коснулись ее промежности. Грир держалась за меня изо всех сил, пока я это делал, и, обняв, она полностью забралась ко мне на колени. Я утонул в море светлых волос, когда она прижала меня к себе и уткнулась лицом мне в шею.
В моей груди разнесся громовой раскат.
– Ты испытываешь меня, Грир.
– Испытываю тебя?
Я кивнул, позволяя своему пальцу скользнуть к ее попке. Руки Грир обнимали меня, словно любимую игрушку, ее попка приподнималась над моим пальцем. Я ухмыльнулся.
– Думаю, там с тобой тоже никогда не играли?
– Нет. – У нее вырвался вздох, когда она отстранилась, уставившись на меня с притворным ужасом.
Усмехаясь, я убрал пальцы и прижал ее к себе.
– Я не стану этого делать, если ты не готова. Тебя нужно немного растянуть. Может, воспользуемся игрушками?
Ее девственная попка не вместила бы мой член, и, успокоившись, она, казалось, почувствовала облегчение.
– Ну, я никогда этого не делала. Ничего подобного. – Ее лицо залилось краской, и, закатив глаза, она смотрела на что угодно, только не на меня. – И почему я должна была сказать тебе? Как будто ты был бы более нежным.
– Был бы, – ответил я, кивая.
– А как же. Ты же ведь всегда был таким, да? – Грир вырвалась из моих объятий, собираясь выйти из ванны, но я потянул ее за руку. Она вернулась, и я притянул ее к себе, снова посадив на колени.
Я сложил пальцы у нее на затылке, идеальный румянец залил ее щеки.
– Я ведь так и сказал, да? Все было бы по-другому. Мне, черт возьми, не зачем лгать. – Я мог быть кем угодно: грубияном, даже засранцем, но если что-то говорил, то это было всерьез. Я провел костяшками пальцев по ее щеке. – С тобой все по-другому.
Хотя я не знал почему. Эта девушка продолжала заставлять меня делать глупости, даже лгать собственному дедушке. Прежде ничего подобного не случалось. Мы были близки, и необходимость во вранье отсутствовала. Мы с дедом ничего не скрывали друг от друга. Но когда Грир вляпалась в эту историю с Брайсом, у меня не осталось выбора. За последнее время я переосмыслил многое, как сейчас, когда держал ее в своих руках.
Руки Грир обвились вокруг меня, она пристально смотрела на меня. Играла с волосами у меня на затылке, и я клянусь богом, что почувствовал мурашки даже на пальцах ног.
– Так вот почему ты отвез меня к своей маме? – Эти слова ошеломили меня, пригвоздив меня к ванне.
Мой рот приоткрылся.
– Я сказал тебе почему. Чтобы помочь тебе с заданием.
Она сказала, что провалится из-за меня, из-за наших перепалок. Меня не должно было это волновать, но я натворил достаточно, чтобы хотя бы попытаться помочь. Ее пальцы снова заиграли с моими волосами, и я чуть не всадил в Грир член.
Еще сложнее стало сдержаться, когда она поцеловала меня.
Ее губы накрыли мой рот, как тогда в клубе, и она снова ошеломила меня. Я не был готов к этому. Жизнь не готовила меня к Грир. Позволив ей целовать себя, я развернул ее, прижимая к ванне. Вода плескалась вокруг нас, струи били прямо в ее попку, и Грир извивалась, прижимаясь ко мне своей идеальной киской.
– Грир, – прорычал я, поглаживая ее затылок. – Если ты не прекратишь, я не могу обещать, что секса не будет.
В ответ она лишь потерлась о меня. Мой член стоял как стальной. И если бы где-то в доме не хлопнула дверь, я определенно трахнул бы эту девчонку в своей ванне. За стуком последовал топот этажом ниже, и, замерев, Грир вцепилась в меня.
– Ты сказал, что здесь никого не будет.
Так и должно было быть, и, начав вставать, я снова опустился при звуке своего имени. Я узнал этот голос.
– Он здесь. Я точно знаю. Его машина на стоянке, – крикнула Десембер, невеста приятеля. – Найт Рид, я знаю, что ты здесь, и ты полный осел. Я знаю, что ты наорал на бедную девочку тут, в братстве. Тащи сюда свою задницу и наори на меня, почему бы и нет?