Агентство "Иллюзия". Возлюбленная для бастарда (СИ)

О чем думают люди, желающие повергнуть мир в кромешный мрак?
– О господстве, дорогая. О мировом господстве! – раздалось от входной двери. Вероятно, задумавшись, я начала рассуждать вслух, и ответ для меня стал неожиданностью. Я вздрогнула повторно. В этот раз от неожиданности и оттого, как часто и радостно застучало мое сердце.
Подняла взгляд и на какое-то мгновение просто потеряла ощущение времени и пространства. Проклятье, как он вообще умудряется выглядеть всегда идеально? Белоснежная рубашка, идеально сидящие синие брюки, даже тонкая прядь светлых волос, спадающая на лицо, – идеальна. И эта насмешливая улыбка… Как-то неловко находиться в его обществе в теплом халате, с чашкой чая и в крошках от сдобы.
Следует, наверное, признать, что я абсолютно точно влюбилась в мистера Бенджамина Стейна. Хоть и считала, что выше всех этих чувств, умею их контролировать и никогда в своей жизни не поддамся этому иррациональному порыву. Но… кого я обманываю?
Стейн прочно засел в моих мыслях, моем сердце. И это ужасно. Потому что все, что нас может связывать и сейчас, и в будущем – контракт. Который рано или поздно закончится. И даже если мы в дальнейшем и сможем… видеться… То ни к чему хорошему это не приведет. Я не прощу себе статус любовницы, он не сможет на мне жениться. Не захочет, скорее всего. Вон какую авантюру провернул, лишь бы не позволить затащить себя под венец. Сомневаюсь, что что-либо существенно изменилось со дня подписания нами контракта.
А значит, у этих чувств попросту нет будущего.
– Не понимаю, как можно желать господства над трупами и тварями из тьмы, – несколько растеряв доброе расположение духа, высказалась я и сделала еще глоток уже порядком остывшего чая.
– Люди в принципе не очень логичны в своих поступках и желаниях, – резонно заметил Стейн, приблизившись к столику, наполнил еще одну чашку чаем и присел на кровать рядом, взяв булочку из моей тарелки. – Порой они совершают что-то, даже не представляя масштабы последствий. К примеру, Черное Сердце уже давным-давно желает свергнуть короля, считая, что вся власть и сила получены королевской семьей из-за доступа к артефакту. А значит, для начала нужно уничтожить Сердце.
– А это не так? – тоже махнув на смущение, я взяла еще одну булочку и продолжила свой не самый полезный, но очень приятный завтрак. – Сила королевской семьи не связана с артефактом?
– Так! – не стал отпираться высочество. – Но напустить голод тьмы на людей, чтобы избавиться от монарха… дурь. Не выживет никто, дорогая моя Линда. К тому же никто не знает, что эта связь – не только привилегии, но и обязанности.
– Поддержка Сердца – одно из них?
– Угу, – кивнул высочество, прожевывая булочку и запивая ее чаем. – Чем больше возможностей, тем больше… опасность. Сила артефакта может и поглотить того, кто ее использует. К слову, первым, кого поглотило Сердце, был его создатель.
– О!.. – только и выдохнула я.
И в этот момент до меня дошло очевидное. Если артефакту понадобиться мощь – он возьмет… Стейна.
В памяти всплыли злые слова короля о том, что Стейна едва не поглотил артефакт. Слова Бенджи о том, что он единственный, кто умеет ходить по Граням. И теперь резкими мазками наконец-то прорисовывалась вся картина. Весьма неутешительная.
– Если так пойдет и дальше, то… – онемевшими губами начала я и… не смогла закончить мысль.
Руки задрожали так, что я едва не расплескала остатки чая, и Стейн осторожно забрал чашку. После поставил обе чашечки на прикроватную тумбочку, но руки так и не выпустил.
– Смотри на это с другой стороны. Контракт ты закроешь куда раньше, а оплата будет, как за все шесть месяцев работы, – с улыбкой произнес Стейн. – Избавишься от меня окончательно…
Лучше бы молчал. Потому как мне очень захотелось отвесить ему оплеуху. Даже дернулась, хоть и безуспешно.
– Всегда есть альтернатива, – безрезультатно попытавшись выдернуть руки из его захвата, прошипела я. – И необязательно раньше времени себя хоронить.
– Я рассматриваю варианты, Линда, – проговорил он, и неожиданно поцеловал мою руку.
 
– То есть… – не сразу совладав с голосом, начала я, перевела дыхание и продолжила уже куда спокойней: – варианты все же есть.
– Как сказать… Ты расколотила артефакт, похоронив тем самым саму возможность найти эти самые варианты.
Я нахмурилась. Артефакт, который я неосмотрительно разбила в день нашего знакомства, за что мистер Стейн угрожал меня убить. К слову, при свидетелях. Результатом его работы была сорванная с меня иллюзия… и что еще?
– Что он должен был сделать? – спросила я, взглянув в глаза Стейна.
– Найти одну очень значимую вещь.
– Осколок… – догадалась я, сопоставив туманные ответы Стейна с прямолинейными высказываниями его величества. – Ты искал осколок. Потому сто раз спрашивал на допросе, все ли вещи я предъявила для осмотра? Он указал на меня?! – Стейн кивнул, внимательно следя за моими рассуждениями. – Ну, хорошо хоть, не раздел.
Мне невольно вспомнился человек в черном и его слова о том, что у меня то, чего не хватает. Он был уверен, что осколок – у меня. И если это так… то вполне вероятно, что и способность ходить по Граням тоже из-за осколка. Вот только остается открытым вопрос: как я могу обладать чем-то, даже не подозревая об этом?!
– Вообще-то я собирался, – не испытывая ни малейшего стыда, признался бастард, возвращая мое внимание беседе.
– И что же тебя остановило, дорогой? – вспыхнув вполне справедливым и закономерным возмущением, поинтересовалась я.
– Если бы его при тебе не оказалось, то… я больше не смог бы даже подойти к тебе.
Ах, вот оно что. И я не удержалась от ехидного замечания:
– Вот и ответ на вопрос, почему выбор пал на меня. И дело не в профессионализме. Так?
Стейн посмотрел на меня внимательно, серьезно, как-то так, что я передумала возмущаться.
– Дело не в профессионализме, это точно. И не только в осколке. И даже не в том, что я всеми силами пытаюсь избежать брака, – заговорил он тихо, но оттого более проникновенно. – Дело в том, что я оказался заинтригован с того единственного мгновения, когда с тебя слетела иллюзия и я увидел тебя настоящую. Пообщавшись с тобой в казематах, я был поражен. А когда ты уходила из королевских казематов с высоко поднятой головой и даже не оглядываясь, я мог думать только об одном, – я окончательно перестала дышать, замерев и отмеряя удары сердца… и приближение его губ. И понимая, что не хочу больше сопротивляться. – Я думал, что ты… невероятна.
Допустим, услышать я желала бы несколько иные слова. Но и эти сойдут. Я верила в его слова. Настолько, что не пыталась даже сопротивляться, когда его губы коснулись моих. Сначала осторожно, словно пробуя их на вкус, словно он спрашивал разрешения и ожидал сопротивления. Зря, сопротивляться я не собиралась.
И поцелуй стал смелее, неистовей, немного жестче. Мне никогда ранее не приходилось испытывать ничего подобного. Ни с кем.
Мои пальцы сжались на его плечах, сминая белоснежную рубашку. И я упивалась новыми чувствами, отдаваясь этому поцелую полностью, выпивая его до последней капли. До головокружения, до сбившегося дыхания…
До абсолютного понимания, что я не позволю этому человеку пожертвовать собой. Даже если для этого придется встретиться лично с Многоликим и спросить у него, где этот чертов осколок. Я найду недостающую часть.
И даже когда Стейн отстранился, разорвав поцелуй, я не решалась открыть глаза. Не потому, что мне было стыдно. Нет, я старалась запомнить ощущения, потому что более подобной слабости я себе не позволю.
– Сейчас ты должна съязвить и сказать, что это был самый дорогой поцелуй в моей жизнь, – хмыкнул Стейн и едва касаясь провел костяшками пальцев по моей пылающей щеке.
– Непременно, дорогой, – хмыкнула я, не скрывая улыбки. – Счет будет внушительный. Даже не сомневайся.
– Ну, раз мы все решили, тогда одевайся и бежим отсюда, пока ее величество королева-мать не узнала, что мы оказались в этих стенах и до сих пор не явились пред ее светлые очи выразить свое почтение, – улыбнувшись, велел его высочество, рывком поднимаясь с кровати. – Она убеждена, что слишком мало общалась с тобой в прошлый раз и встречу необходимо повторить.