Пленница Волчьего Пламени (СИ)

— Что ты делаешь?! За что хочешь убить мою Виреллу?! Кто ты такой, зачем ты в нашем доме? Что тебе сделала моя дочь?
Мужчина вздрогнул. Убивать на глазах у матери — такого он не мог. Хотя все внутри звенело и вопило, каждый клочок кожи, мышц и костей требовал — убей проклятое отродье, убей!
— Где ее отец? — хрипло выдавил он, не опуская меч.
— Он мертв! В чем бы он ни провинился перед тобой, Вирелла не виновата! Она даже никогда не видела его!
— Когда и как он умер?
Мать не успела ответить. Вместо ее голоса зазвучал другой, тоже женский.
— Она сказала — мертв, а не умер. Она не знала его живым. Зачала от покойника!
Стремительно развернувшись, чужак увидел вторую женщину — ровесницу первой. Рядом с ней — раба-охранника. Тот обнажил меч, но страх во взгляде выдавал, что раб отнюдь не рвется в бой с разъяренным пришельцем.
— Замолчи, злыдня! — выкрикнула мать. — Тебе лишь бы опорочить меня и мою дочь!
— От тебя и твоей дочери в нашем доме одни проблемы! — огрызнулась вторая. — Сколько раз я твердила Толвару, чтобы выгнал вас! Этот, — она ткнула пальцем в сторону чужака, — явился из-за нее! И что теперь с нами со всеми будет?!
Чужак мысленно выругался. И наконец опустил меч. Разум начал возобладать над непреодолимым инстинктом, который вел его все это время. Чего только не было в его жизни, но он еще ни разу не встревал в свару двух озлобленных баб, когда шел вершить месть!
— Ничего с вами не будет, — буркнул он. — Если перестанете кричать и спокойно ответите на мои вопросы.
— Я расскажу все, что ты хочешь, — быстро ответила мать. — Только не убивай Виреллу.
— Как ты встретила ее отца?
Вместо ответа женщина бросилась к двери, толкнула вторую назад в коридор и захлопнула дверь.
— Позволь говорить не при Фетме. Эта мерзавка ненавидит меня и Виреллу. Все время настраивает мужа — моего брата — против нас. Хорошо, что Толвар чтит богов и не оставит нас без крыши над головой.
— Рассказывай уже! — нетерпеливо потребовал чужак.
— Это случилось семнадцать лет назад, — начала мать. — Я была совсем молоденькой, как сейчас Ви… Пошла на озеро искупаться… И вдруг услышала в кустах стон. Мне бы подобрать подол и бежать обратно в город, как если бы стая волков гналась следом… Но я была молода, глупа и любопытна. И сердобольна. Заглянула в кусты — а там мужчина! С огромной раной в груди… и совсем обнаженный. Я не целитель, не понимала, что его уже нельзя было спасти. Я вообще не знала, что делать с такими страшными ранами. Но мне стало безумно жаль его. Я оторвала ткань от подола, подошла к нему, чтобы перевязать рану… А он набросился на меня! Как будто и не был ранен, или не чуял боли.
Мужчина хмыкнул. Ну конечно. Как будто его влек непреодолимый инстинкт, что сильнее боли…
— Он опрокинул меня на землю… подмял под себя. Я кричала и вырывалась, но не могла совладать с ним даже раненым. А потом он…
Женщина запнулась. У нее сперло дыхание. Похоже, чувства переполняли ее даже сейчас, когда она просто рассказывала о случившемся много лет назад…
— Что он? — спросил темноволосый, уже зная ответ.
  
Глава 3
 
— Он превратился в волка! — выдохнула женщина. — И он… он…
— Овладел тобой в волчьем обличье?
— Да… Я была девственницей. В тот миг я чуяла, словно во мне самой остается громадная рана. Думала, он разорвет меня пополам… Но он выпустил меня, скатился на землю... и… и…
— Издох, — закончил он вместо нее.
— Верно. А я встала и побрела в город. Вся в крови, своей и его. Я была не в себе. Бродила по улицам и не могла даже отыскать свой дом. Меня отвели к целителям. И я рассказала все, что произошло. Стража отправилась на берег и действительно нашли труп огромного волка.
— Что с ним сделали?! — встревоженно спросил чужак.
— Не знаю. Это последнее, что меня волновало. Моя жизнь с того дня превратилась в ад. Никто не женился бы на обесчещенной — да еще волком-оборотнем! А потом я обнаружила, что понесла. Родители выгнали меня из дома. Если бы не милость брата, я погибла бы в лесу. Он всегда любил меня и не мог позволить умереть. Он очень добр к нам с Виреллой, не то что его жена…
 
Мужчина вновь обернулся к кровати, где лежала рыжеволосая девушка. Выродок, смесок, полукровка. Ее судьба — быть отверженной как среди людей, так и среди оборотней. Нигде ей не будет места. К тому же волчья кровь будет неуклонно и мучительно убивать ее.
Стоит ли поддаваться бесполезному милосердию или лучше последовать инстинкту, сделать то, зачем он пришел? Тогда он обретет покой… на время. А она — навсегда.
Голос женщины вторгся в его раздумья.
— Скажи… ты знаешь, что с ней? Третьего дня она слегла и не встает. Целители не могут найти причину ее хвори.
От двери вдруг снова прозвучал голос Фетмы:
— А что тут знать? Проклятый папаша позвал с собой! Отродье мертвеца долго с живыми не останется! Пускай идет — там ей и место.
— Это ты проклята, злоязычная! — выкрикнула в ответ мать Виреллы.
На этот раз темноволосый сам метнулся к двери и вытолкал сварливую бабу взашей. Не хватало еще ему бабских разборок.
— Когда у твоей дочери в последний раз случились женские дни? — задал он вопрос матери.
Та покраснела.
— Пару недель назад.
— Тогда все ясно. Ее тело требует оборота, — ответил он матери. — Ее лихорадит, оттого что волчья кровь не находит выхода.
— Оборота?! Моя Ви должна… должна обратиться волком?!
— Нет. Полукровка никогда не сможет обратиться. Волчья кровь требует того, что человечье тело не может исполнить.
— И что с ней будет?!
— Раз в месяц, в середине ее женского цикла, на нее будет находить подобная хворь. Это время, когда человечьи женщины способны к зачатию. То же с волчьими самками. Твоя дочь созрела. Самка в ней требует дать ей самца, совокупиться в истинном обличье и дать потомство. Вот только истинное обличье ей недоступно.
— И сколько это будет длиться?!
— Сколько вынесет ее организм. Рано или поздно она умрет от истощения.
Мать всхлипнула.
— Скажи, господин… Ты знаешь, как помочь моей Ви?! Ты ведь такой же.
— Как она? К счастью, нет.
— Как он. Ее отец. Я видела огонь в твоих глазах. Его глаза тоже полыхали красным, когда он… когда он…
— Изнасиловал тебя, — вновь чужак закончил фразу за нее. — Верно. Наши глаза краснеют, когда мы движемся к заветной цели. Породить потомство или уничтожить врага. Твой волк не чуял боли рядом с тобой, потому что его вел самый могучий инстинкт — передать свое семя. Он не мог надеяться, что его умирающего найдет невинная дева. И не упустил такой подарок богов. Ну а какую жизнь проживет его смесок — об этом инстинкт не заботится.
— За что ты ненавидел его? Ты ведь пришел убить Ви из-за него? Что он сделал тебе?
Оборотень сузил глаза.
— Человеку ни к чему лезть в наши дела.
— Я бы и не лезла! Но ты явился в наш дом, занес меч над моей дочерью! Хочешь убить ее за грехи отца, а она ничего не знает о них, и о нем самом! И я тоже не знаю! Будь справедлив и милосерден!
— Убить твою дочь и будет милосердием. Ты слышала, какая жизнь ей предстоит? Она не обретет ни мужа, ни детей, ибо у смесков не бывает потомства. А через несколько лет ежемесячные хвори сведут ее в могилу. Ты хочешь ей такой жизни?
Женщина разрыдалась.
— Молю тебя… скажи, как помочь моей Ви. Я сделаю все, клянусь! Что в моих силах и вне их. Должно же быть средство. Должно!
Она подняла на него заплаканные глаза. Увидела, как странная тень пробежала по его лицу. Подскочила и вцепилась ему в ворот.
— Я вижу по твоему взгляду, ей можно помочь! Скажи, как?! Как спасти мою дочь?!
  
Глава 4
 
Он отцепил женщину от воротника, отстранил от себя.
— Волчья кровь и волчье семя. Больше ничто не может ее спасти.
— Объясни… — недоуменно попросила женщина.