Клуб «tenebris» (СИ)

- С днём рождения, папа, - пожал ему руку и позволил похлопать себя по плечу. – Красивая вечеринка.
- Это Юлия всё устроила, - небрежно бросил он, обводя широким жестом пространство. – Ты уже знаком с Николаем и его дочерью, Ноной. Девочке скучно среди нас, стариков. Развлеки её, потанцуй, угости вином.
    Нона радостно вышла вперёд, расправила плечи и с довольной улыбкой повисла у меня на руке, впившись острыми ногтями в предплечье. Отец взглядом напомнил о моём положении и дёрнул бровями в сторону столов с закусками. Качнул головой, но решил не спорить в такой день и при гостях. Про попытки повесить на меня обнюхавшуюся суку ещё скажу, когда останемся с ним наедине.
- Папа сказал, что у него с Вадимом общее дело, и поэтому мы будем часто видеться, - защебетала Нона, растягивая вульгарные чебуреки до ушей. – Я буду очень рада познакомится с тобой ближе и лучше узнать. Можем после банкета продолжить свидание в ночном клубе.
- Нон, без обид, но у нас не свидание, - обрубил её трёп. – Сейчас я тебя покормлю, напою и верну обратно папочке.
- Но папа сказал…
- Мне всё равно, что сказал твой папа, - рыкнул на неё. – У меня есть девушка, поэтому случайные связи не интересны.
    Кажется, Нона отказывалась понимать мои слова, пытаясь ещё что-то сказать, но положение спас Арсений, присоединившись к нам и затянув тупой разговор о погоде, модных клубах и знаменитых брендах. Михалёва почувствовала себя как рыба в воде, оживилась, восторженно делилась своими познаниями, но радость её была недолгой. Женские темы закончились также внезапно, как начались. Очень быстро мы перешли на финансовые вопросы, затем на Юркины проблемы, отстранив Нону и полностью игнорируя её. Та потопталась немного, опрокинула в себя пару бокалов вина и испарилась в поисках компании поинтереснее.
- Отец подсобил? – поинтересовался Арсений, как только Нона покинула нас.
- Мечтает породниться с Михалёвым, - вздохнул. – Как понимаешь, за мой счёт.
- Нууу… Она, вроде, ничего. Губы, грудь, задница… Дура, правда, но это хорошо. Будет занята шопингом и не станет лезть в личную жизнь.
- Ты серьёзно? – окатил его недовольным взглядом. – Вокруг много таких же. Ощущение, что попал в общество сиамских близнецов. Могу подсказать твоей маме пару подходящих вариантов.
- Сдурел? – поперхнулся виноградом Сеня. – Только попробуй. За мной не заржавеет. Быстро завтра найду для твоей куклы хозяина ночи.
- Боюсь, от твоего клуба останутся тогда только рожки и ножки, - гневно кинул ответку, раздражаясь, представив Леру в объятиях какого-то козла.
    Балаган постепенно перетёк во второй зал с накрытыми столами. Гости занял места, а я предпочёл стол родителей Арсения, не желая сидеть в обществе прилипчивой Ноны. Отец бросал в мою сторону недовольные взгляды, теребил галстук и, скорее всего, оправдывался перед Николаем. Страшно представить, что он ему наобещал, ещё страшнее подумать, чем придётся расплатиться за его обещания.
- Глеб! – поймал меня на выходе он. – Я хочу, чтобы ты пригласил Нону в клуб и показал всю свою харизму.
- Она не в моём вкусе, отец, - жёстко поставил его в известность и развернулся к двери.
- Михалёв нужен мне, - вцепился в рукав пиджака. – Тебе придётся присмотреться к ней получше и найти привлекательные стороны.
- В Ноне нет привлекательных сторон. Силиконовая дура, подсевшая на дурь.
- Даже силиконовая дура, подсевшая на дурь, лучше, чем та простушка от Верхова с которой ты развлекаешься, - прошипел отец. – Я молчу, не лезу, жду, пока ты наиграешься, но долго терпеть твою придурь не собираюсь. Лучше тебе закончить цирк поскорее. Надеюсь, не надо напоминать о нашей договорённости. Юрию несладко в изоляторе, но может стать значительно хуже. Не все сидят в одиночных камерах.
- Я всё помню, отец, но жениться на бляди с обколотыми венами ты меня не заставишь.
    Из ресторана вылетел пулей, не слушая гневный монолог отца, продолжающего указывать, как я должен жить. Разговор с ним, словно кидание гороха в стену. Слова вылетают, бьются о каменную поверхность и рикошетят обратно, лишний раз убеждая в повёрнутости отца на властном контроле. Он плюёт на желания и мнения других, прёт напролом к своей цели, перешагивая через трупы и подминая головы несогласных. Став одним из влиятельных адвокатов, отец потянулся поближе к власти, и продаст за место всю семью. Можно ли остановить несущейся на полной скорости товарник? Сомневаюсь.  Без жертв здесь не обойтись.
 
Глава 27
    Всё, как в ту первую ночь. Чёрное платье, чёрная маска, чёрные стены, пол, потолок, белые листы договора, красная помада. Я сидела у бара, цедила розовый коктейль, косилась на набедренную повязку бармена и подглядывала за развивающимися событиями в зале.
    Вот танцует парочка, отличающаяся от привычных стандартов. Она весом под сто сорок килограмм и ростом с немаленького мужчину, он субтильный, низенький дрыщ, с трудом достающий ей до плеча. Его руки жадно обнимают доставшееся добро, шарят по спине, сползают к ягодицам и смачно тонут в них. Надолго их не хватило. Спустя десять минут она тащила его уединиться.
    На диванчике ещё интереснее экземпляры. Она, она и ещё раз она. Там уже дошло до расстёгивания одежды и беспорядочного сплетения тел. Дамы до комнат вообще не дошли, кивнули официантке, и та задвинула занавеску. Звуки, долетающие до меня, отчётливо дорисовывали картинки о происходящем за плотной тканью.
- Позволите составить вам компанию, - отвлёк от второго коктейля знакомый, мужской голос.
    Медленно перевела взгляд на севшего рядом и расползлась в счастливой улыбке. Мой Глеб Казарцев собственной персоной сидел рядом и проигрывал нашу первую встречу.
- Дресс-код прошёл? – слегка приподнял уголки губ в улыбке. – Теперь можно угостить леди выпивкой?
- Выпивка за счёт заведения, - вспомнила наш диалог и озвучила фразу из прошлого. – Еда, кстати, тоже.
- Так может мне удастся удивить девушку чем-нибудь другим? – ничуть не смутился мужчина, коснулся руки и провёл до плеча, поддевая тонкую лямку. – Потанцуем?
    Казарцев провёл меня на середину танцпола, прижал к себе, расположив по-хозяйски руки на спине, захватив всю территорию от шейного позвонка до копчика, и плавно закружил под слёзное завывание певицы, сидящей на возвышенности. По оголённой коже понеслись мурашки, реагируя на его жар, окутывающий меня.
- Зачем ты сюда пришла? – прошептал, склонившись к уху и опаляя горячим дыханием.
- Мне обещали незабываемую ночь, - поделилась с ним вибрацией в голосе, замечая учащённую истерию венки на шее и ощущая животом готовность заполнить меня до предела.
- Я хочу сделать твою ночь незабываемой, - провёл рукой вдоль позвоночника, спускаясь дальше и заставляя сокращаться и пульсировать между ног.
- Что ты здесь делаешь? – прошептала, исследуя пуговицы расстёгнутой рубашки.
- Не смог оставить тебя без сюрприза, - прижал сильнее, отрывая от пола. – Предлагаю переместиться в комнату. Какой у тебя номер?
- Комната номер семь, - сдалась под напором похоти и желания.
- Хороший выбор, куколка, - толкнулся бёдрами, показывая степень своей заинтересованности, а заинтересованность потёрлась внушительной твёрдостью.
    Глеб подхватил меня на руки и понёс в коридор, скрывающий в темноте приватные помещения. Комната утопала в свечах, стоящих на полках, тумбочках и полах. В полумраке приглушённо плясали тени, разлетающиеся от неровных сгустков огня.
- Это и есть твой сюрприз? – заворожённо произнесла, сползая с рук.
- Нет. Сюрприз там, - указал на цепи с наручниками, свисающие с потолка. – Хочу сделать с тобой много всего нового и интересного.
    От его хриплого, вибрирующего голоса возбуждение достигло предельной высшей точки. Казалось, скажи Глеб ещё что-нибудь, и я кончу только от этого. Он стянул лямки, освобождая от платья, зацепил трусики, резко дёрнул в сторону, разрывая чёрное кружево, и подтолкнул меня к наручникам.