Бесноватый Цесаревич-2 (СИ)

В небольшом помещении, которое я ранее не использовал, был организован кабинет. Стол, несколько стульев и кресел. Павел сидел в кресле, перед ним лежали листы с какими-то записями, ещё на столе было вино и пара бокалов. Император, как всегда, был в мундире и при орденах, на голове парик.
-Проходи сын, садись. Нам есть о чём поговорить.
Сел на стул и начал ждать продолжения.
-Мы все очень переживали, когда узнали об этом вопиющем случае с нападением. Хорошо, что всё закончилось благополучно. Александр Семёнович[4] докладывал недавно, что поиски злоумышленников ведутся, и они не уйдут от возмездия.
Я усмехнулся про себя. Бегать по лесам может любой дурак, а искать нужно заказчиков и они наверняка в столице. Сомневаюсь я в способностях Семёнова копать так глубоко, судя по слухам о его персоне. Это вам не Шешковский, но не будем о грустном. Павел тем временем продолжил.
-Должен сказать, что меня радует твоё рвение на службе. Подполковник фон Миллер написал мне, что ты не только своим примером заражаешь сослуживцев, но и придумал какие-то новые задумки для подготовки солдат. На обратном пути я обязательно ознакомлюсь с вашими новинками, и если они покажутся мне полезными, обязательно обяжу использовать их и другим полкам.
Фон Миллер не только хороший служака, но и дипломат. И меня похвалил и может отличиться, в случае если Императору понравится организация службы полка. Я и не подозревал, что он отчитывается лично перед Павлом. Император, наконец, приступил к сути.
-Меня очень радует твоя забота о развитии русской промышленности и военных заводов. Мы внимательно выслушали доклад Александра о создании единого центра, который будет осуществлять работу всех казённых заводов. Данное предложение поддержали не только главы военной и адмиралтейской коллегии, но и глава Берг-коллегии[5].
У меня аж потеплело внутри. Рад был за проект и что Александр полностью поддержал мою идею. Но думаю, похвалы скоро закончатся. И я не ошибся.
-Только объясни мне сын, зачем писать директору[6] Академии наук - "кто не с нами, тот против нас"? – Павел задал вопрос строгим тоном, но глаза его смеялись.
-Мы запланировали очень важную экспедицию на Урал под руководством минералога Краузе. Было необходимо согласовать некоторые моменты с Академией, получить карты, разрешение и желательно двух специалистов по минералам в качестве членов экспедиции. И Краузе натолкнулся на полнейшее непонимание, а, скорее всего, сознательное противодействие со стороны всех отделов Академии, куда он обратился. Вот и пришлось написать письмо Бакунину.
И как, помогло? - спрашивает Павел с улыбкой.
-Да, выдали все бумаги, и нашли нужных людей на следующий день, - отвечаю также с улыбкой,- После того как Краузе повторно доехал до Академии и передал письмо секретарю Бакунина там начался форменный переполох. Чуть ли не на следующий день нашли карты и специалистов. Спрашивается, почему нельзя просто заниматься своей работой, за которую вам платят деньги?
-Хорошо, здесь я тебя даже поддерживаю. Сын, ты знаешь, что я благосклонно отношусь к твоим благотворительным делам. Ваш фонд -это замечательная идея. И даже школа для детей слуг, которые вызывают смешки в обществе, по моему мнению, хорошая придумка. Но объясни мне, что это за проект по созданию крестьянской республики? В своём ли ты уме?
Сначала я не понял о чём речь. Но судя по строгому взгляду Павла-это не розыгрыш. Потом вспомнил разговор, проходивший во время посещения Александра. Я там рассуждал о создании коллективных крестьянских хозяйств. И там высказался, что через несколько лет данные коммуны начнут разорять небольшие помещичьи хозяйства. А ещё лет через десять в нескольких губерниях будет сплошная монополия таких коммун и крупных латифундий. Выпил тогда вина, и меня понесло немного не в ту сторону. Сам потом жалел о сказанном. Хорошо, что все присутствующие были из нашего круга. Но оказалось, что был и доносчик.
-Не знаю, кто вам донёс эту ложную информацию. Но я тогда весьма подробно объяснил свою задумку.
 
Ближайшие минут двадцать рассказывал Павлу о своём план по созданию паевых артелей и хозяйств. Император внимательно слушал и иногда задавал вопросы.
-Теперь твоя задумка мне ясна. Не уверен, что у тебя получится, но попробовать надо. Только впредь, пожалуйста, выбирай выражения и главное компанию, где ты делишься своими прогрессивными идеями.
Иду по оживлённому коридору в кабинет. Не скажу, что взбешён, но скорее не понимаю это как надо было извратить мою идею, чтобы передать её Императору чуть ли не как подготовку мятежа или создание крестьянского государства внутри Империи!
В кабинете меня ждёт Некрасов. Пересказываю ему последнюю часть беседы с Павлом. Тот ни минуты не раздумывая, ответил на мой вопрос.
-Это Новиков и больше некому.
-Зачем ему извращать мою идею и тем более бежать жаловаться Императору? – спрашиваю искренне недоумевая.
-Его тяготит нынешнее положение, когда он обязан работать на вашу газету под надзором. Наблюдал я за ним некоторое время, гнилой человечек и ненавидит всю вашу компанию. К тому же его дружка Радищева[7] и польских бунтовщиков освободили, а кого-то даже наградили. Но главная причина в том, что Новиков считает себя радетелем за счастье народное.
-Он франкмасон и либерал, - уточняю.
-Я в сортах дерьма не разбираюсь, Ваше Высочество. Но для таких как Новиков главное не народное счастье. Главное, чтобы именно он и его соратники осчастливили народ, хочет тот этого или нет. Ещё важнее, чтобы рецепт счастья был изобретён Новиковым и его соратниками. И вдруг сын Императора предложил путь, как облегчить жизнь части крестьян. Для них это как кость в горле.
-Здесь я с вами согласен. А что вы там сказали про польских бунтовщиков. Я как-то пропустил этот момент.
Несколько минут я слушал историю амнистии Костюшко[8], Потоцкого[9], Немцевича[10] и прочей польской мрази. Не верил и думал, что я схожу с ума. Плевать на этого либерального писателя, попал под амнистию и бог с ним. К тому же человек как, оказалось, возглавлял таможню и не брал взяток, можно было освободить только за это. Но опускать, ещё и награждать, главарей восстания? Врагов, которые пролили реки русской крови. И ладно бы это было только на полях сражений. Но в Варшаве было убито более двух тысяч безоружных русских и сочувствующих поляков, а в Вильно более шестисот. И Костюшко лично одобрил эти убийства, чему есть даже документальное подтверждение. Почему он не оказался на виселице после пленения отдельный разговор, но как можно его отпускать и тем более вознаграждать? А ведь наверняка ещё протолкнут освобождения всякой сволочи помельче.
Некрасов давно ушёл. Сидя в темноте, я переваривал полученную информацию. Какая-то чернота поселилась в моей душе. Ранее я старался абстрагироваться от окружающей реальности, успокаивая себя тем, что это не моя эпоха и не мне устанавливать здешние законы. Наверное, есть в том какой-то смысл, с учётом того, что вокруг сословное общество. Законы и решения должны служить соблюдению определённого равновесия и сдерживания в обществе. Но ненависть, буквально раздирающая меня изнутри, не могла успокоиться. Ладно, оставлю пока поляков и решение Павла на потом, надо послушать аргументацию более опытных людей, вдруг я действительно чего-то не понимаю, и наломаю дров по незнанию.
А вот с Новиковым всё понятно. Неплохая такая оплеуха для моего самомнения. Впредь буду избирательнее в подборе кадров. Я всё смотрю на ситуацию со стороны своего времени, типа создал команду и начали работать. Человек получил амнистию, должность главреда и неплохую зарплату. Ну не хочет Новиков по-хорошему, значит, будет по-плохому. А Некрасов силён, сразу проанализировал ситуацию и нашёл ответ. Надо задуматься в будущем о личной разведке, он неплохая кандидатура в качестве её руководителя. Волков работает больше по Европе и круг его полномочий гораздо шире, а нужно и местную ситуацию контролировать. Обговорю сначала с Волковым, далее посмотрим.