Узы вечности (СИ)

Но в ответ он вдруг нахмурился и тихо выругался. Похоже, телепортация отменялась. Но явно не потому, что я об этом попросила.
— Поздравляю, твое суицидальное желание сбылось, мы не возвращаемся, — Руслан был мрачнее тучи.
— Почему? — осторожно спросила я.
— Потому что Гай-Кодзор, как выяснилось, блокирован на телепортацию.
— Как так? — я растерялась. — Только на выход?
— И на вход тоже. Думаю, мы здесь оказались только благодаря связи талисмана с Храмом Огня, лишь поэтому телепортация сработала.
— Руслан, я… Я не знала, честное слово.
Ну вот, из-за меня еще и он тут застрял…
— Карин, не стоит, — Руслан проявлял завидную невозмутимость, — не нужно себя винить. Я сам должен был догадаться, что Гай-Кодзор закрыли. Так что оба виноваты. В любом случае, мы отсюда выберемся, не переживай.
— Интересно как? — спросила я. — Портал ведь разрушен.
До меня только сейчас дошло, какую опрометчивую ошибку я допустила. Стремясь попасть в Гай-Кодзор, я вообще ведь не задумалась о том, как потом возвращаться на Землю. Вот что значит — действовать на одних лишь эмоциях.
— Как именно нам вернуться, я пока не знаю, — с досадой ответил Руслан. — Но выход есть, я уверен. А до этого момента я не вижу других вариантов, кроме одного. Нужно идти дальше.
— В Храм Огня? — догадалась я.
— Да, — Руслан кивнул. — Больше некуда. Да только вот, как дорогу найти… Ладно, что-нибудь придумаем. Но для начала надо нам убраться подальше от этого места. Даи чуют смерть, к тому же ирбейцы могут наткнуться на подпаленных арцефалов и полюбопытствовать, кто этих милых монстриков поджег. Так что идем отсюда, — он взял меня за руку. Прикосновение так обожгло, что я даже вздрогнула.
В глазах Руслана мелькнуло изумление, словно он тоже почувствовал что-то странное. Но ничего по этому поводу не сказал, лишь насмешливо пояснил:
— Мне так спокойней. Пока держу тебя за руку, ты под контролем. Так что хоть на это время я уверен, что не придется вытаскивать тебя из очередной ямы.
— А как ты меня нашел, кстати? — я невольно улыбнулась.
— Элементарно. Кто еще в Гай-Кодзоре мог настолько фальшиво петь? — демонстративно ужаснулся он. — Хотя сначала я думал, что это какому-то арцефалу лапу придавило. Даже хотел милосердно добить, чтобы он не мучился сам и не мучил других этим предсмертным воем.
— Полянский! — возмутилась я, пытаясь забрать свою руку.
— Да-да, Лагинова, молодец, что запомнила мою фамилию, — парировал он, не разжимая пальцев и немилосердно таща меня за собой через бурелом.
— Зуб даю, если выберемся, я тебе выскажу все, что думаю. Чем-нибудь очень тяжелым, — обиженно сопела я, едва за ним успевая.
— Все, что захочешь, Карина, — мило улыбаясь, Руслан обернулся ко мне, — но сначала ты выполнишь свою часть договора.
Я тут же почувствовала, что краснею. Предпочла молчать весь остаток пути.
Мы шли всю ночь, и лишь когда уже занимался рассвет, остановились на вершине холма. В полумраке толком нельзя было оглядеться, но вроде бы вокруг во все стороны простирался лес без каких-либо ориентиров. Лишь на западе обрисовывался горный кряж. Очень хотелось верить, что это тот самый, отделяющий пустыню, где и расположен Храм Огня. Но пока я смотрела исключительно на небо.
— Ну что, звездочет ты наш, долго еще? — Руслан зевнул.
— Не успели, нужных звезд уже не видно, — с досадой пробормотала я. — Нужно ждать ночи, и тогда уже найдем ориентир, как идти к Храму Огня. Я знаю, как именно определить направление.
— Рад за тебя. Прямо горжусь, — Руслан даже похлопал меня по плечу. — Но еще больше буду рад, когда высплюсь. Тем более здесь в дневное время как раз спать безопасней. Хоть арцефалы при солнечном свете не рыскают в поисках добычи.
— Зато ирбейцы не спят. Никогда, — мрачно добавила я. — И найдут нас в любое время дня и ночи.
— Карин, защитный круг никто не отменял, — снисходительно напомнил мне Руслан.
— И что? Сидеть внутри круга всю жизнь? — скептически поинтересовалась я.
 
— Я же тебе не прямо здесь ночевать предлагаю.
— А прямо где?
— У основания холма я видел вход в пещеру, — деловито пояснил Руслан. — Пойдем, пока окончательно не рассвело, — он первым направился по склону вниз, я поспешила следом.
Упомянутая пещера оказалась заброшенной берлогой неизвестного зверя. Круглая, небольшая, метров двух в диаметре.
— А если хозяин вернется? — опасливо поинтересовалась я, раскладывая на покрытом мхом земляном полу нарванные мною мягкие ветки. В воздухе роились крохотные огненные сполохи, разгоняя темноту.
— Не вернется, — уверенно ответил Руслан, загораживая вход выдранным в лесу густым кустом.
Пока он чертил талисманом по периметру защитный круг, я хмуро поинтересовалась:
— А как мы тут вдвоем поместимся?
Вместо ответа Руслан растянулся на ветках, насколько позволяли это сделать размеры берлоги. Насмешливо из-под прикрытых глаз наблюдал за сидящей на коленках мной.
— Я тебе не доверяю, Полянский, — мрачно добавила я.
— Поздно спохватилась, Лагинова, — он зевнул, — ты мне должна.
Я даже покраснела.
— Да не трону я тебя, не бойся, — он снисходительно на меня смотрел, но коварно добавил, — пока не трону. Во-первых, потому что просто спать хочу. Ну а во-вторых, тебя сначала надо в нормальный вид привести, а то так ты меня не впечатляешь вообще.
— Знаешь что… — гневно начала я. Но он не дал мне договорить, буквально сгреб в охапку и не отпускал. А я чуть не плакала. Слишком много скопилось эмоций, жаждущих выхода: отчаянный страх за родных мне людей, безмерное чувство вины и все та же неведомая выматывающая тоска, преследующая меня с того момента, как я потеряла память… И на фоне всего этого странное нелогичное умиротворение, даже на грани робкого счастья… Просто от того, что Руслан рядом…
— Карин, ну что ты? — успокаивающе прошептал он, по-прежнему не отпуская меня из объятий. — Я же несерьезно, я не хотел тебя обидеть.
А я все-таки не выдержала, разревелась. Уткнулась ему в рубашку и не могла остановиться. Руслан молча обнимал меня и гладил по волосам. Не насмехался, не укорял, что раскисла, а просто терпеливо ждал, пока моя непонятная истерика сойдет на нет.
И ведь вправду я потихоньку уже успокаивалась. Странно так… Страх и отчаяние душили нещадно. Но в объятиях Руслана было так тепло и умиротворенно…
Я подняла голову, очень хотелось увидеть на лице Руслана хоть какие-то эмоции. Вот только я сама не понимала, чего же именно я с такой надеждой ждала. Его дымчато-синие глаза смотрели на меня пристально и серьезно. Даже изучающе. Словно и сам Руслан сейчас пытался найти ответы на какие-то свои вопросы.
— Мне очень страшно… — признание вырвалось у меня само собой.
— Карин, я ведь с тобой. А я рыженьких вредин в беде никогда не бросаю, — он улыбнулся. Без тени насмешливости, даже ласково. И от одной его улыбки страх отступил. Каким бы Руслан ни был, но ведь он и вправду всегда поможет и защитит, почему-то я ни мгновения в этом не сомневалась.
— Руслан, и все же, что с тобой? — я не сводила с него внимательного взгляда. — Когда я пришла к тебе в твой мир, ты был настолько мрачный и злой, что едва меня не выгнал. А теперь, когда мы в такой ужасной ситуации, у тебя явно замечательное настроение.
— Спи уже давай и не взрывай мне мозг, — лениво отмахнулся он, не жаждал откровенничать.
— Полянский, ты невыносим, — я зевнула, устраиваясь в его объятиях поудобнее.
— Взаимно, Лагинова, взаимно, — сонно отозвался Руслан, обнимая меня крепче.
Как же все-таки странно… Я поймала себя на том, что непроизвольно улыбаюсь. Но с чего вдруг? Только сонливость не способствовала дотошным размышлениям. Уже засыпая я думала лишь о том, насколько же это все-таки приятно и даже волшебно — теплые надежные объятия того, с кем рядом совсем не страшно. Того, кто… Мысль оборвалась, сон все-таки победил.