Блуждающие по мирам. Бессмертные (СИ)

Когда мои глаза привыкли к темноте, я смогла различить очертания обнаженного тела Учителя. Я вся превратилась в легкую массу, из которой Гром лепил, что хотел. Я позволяла ему делать с собой невероятные вещи, играть на моем теле, словно на музыкальном инструменте, и извлекать из него максимум удовольствия. Это был страх перемешанный пополам с диким желанием, коктейль из эмоций, удвоенный или даже утроенный, благодаря симуляции.
***
— Гром, что за странная музыка играла на повторе и откуда она лилась? — спросила я.
— Это Enigma «Sadeness». Песня старше меня, но все еще популярна. На днях я задонатил немного деньжат в игру и купил портативную колонку со встроенным в нее плейлистом из моих любимых песен.
— Круто.
Гром стоял возле старинного трельяжа и застегивал пуговицы на белоснежной рубашке.
— Я хочу пойти на свадьбу Ферцила и Леильфы, — сказал он.
— Ты уверен?
— Да, там будет весело.
— Куда ты нас телепортировал? — выглянув в окно, спросила я.
За окном простирался красивый город с узкими, европейскими улочками, по которым сновали прилично одетые люди. Кто-то нес корзину с фруктами, кто-то катил тележку с мясом. Виднелось синее спокойное море. Двое мужчин, одетые в средневековые костюмы, с любопытством рассматривали сияющий на солнце меч.
— Мы в Имперской гавани, в гостинице. Ты пойдешь со мной ко двору?
— Однако лихо ты снял номер, — улыбнулась я.
— Никто не заметит, что мы не заплатили, ворвавшись в свободную комнату с помощью портала.
Глаза его снова улыбались, и мне отрадно было видеть его в хорошем настроении. Гизеия мирно сидела у него на плече, а на шее у нее был повязан праздничный красный бант.
— Может быть, я сейчас скажу избитую женскую фразу, но мне действительно нечего надеть, — сказала я.
— Я куплю тебе платье.
— Гром, ты же знаешь, что я ненавижу сказку о Золушке, — нахмурилась я.
— Позволь сделать тебе прощальный подарок. Пожалуйста, Лиоана. Я хочу, чтобы ты сегодня надела самый красивый наряд.
— Нет, — уперлась я. — И не пытайся больше приодеть меня, я отклоню все, что ты на меня примеришь.
— С тобой бесполезно спорить, — вздохнул он. — Хорошо, пойдешь в спортивках и футболке.
— А кто сказал, что я пойду?
— Я буду участвовать в рыцарском турнире, который состоится в честь свадьбы. И ты не захочешь на меня взглянуть? — возмутился парень.
— Ну, нет, такое зрелище я ни за что не пропущу.
— Пожалуйста, надень, платье.
— Иди к черту.
Должно быть, со стороны мы выглядели комично. Нарядный мужчина в смокинге, с франтовской бородкой и белой змеей на руке и девушка в спортивной одежде и футболке с дирижаблем на груди. И если меня примут за обслуживающий персонал, то так мне и надо.
Ворота во дворец были распахнуты настежь, расфуфыренные дамы и галантные господа стекались во двор, где стояли накрытые угощениями столы. Игровой мир на время забыл о войнах и распри, и с удовольствием пришел поглазеть на знаменательное событие в истории Империи. В воздухе кружился аромат парфюма, пудры, живых цветов и жареного мяса. Оркестр играл красивую симфонию. И в этой чудесной мелодии было все: героизм, любовь, отвага и торжество.
Леильфа и Ферцил стояли на балконе, украшенном живыми цветами и лентами, и махали своим подданным рукой в белой перчатке. Гром задрал голову и со смешком помахал Леильфе в ответ. Императрица эффектно смотрелась рядом с величественным Ферцилом Разумным в пышном голубом платье, с огромными, переливающимися на дневном свету сапфирами на шее и татуировками на красивом лице. Левизион достоин такой красавицы Императрицы.
Возле ивы у искусственного пруда я увидела Челейва с бокалом шампанского в руке. Рядом с ним стояла Ансла, одетая в шикарное бальное платье. Я немного полюбовалась ею и отвела глаза, поймав на себе взгляд брата. Гром всучил мне в руки сок и куда-то испарился.
Подружка подошла ко мне, и я увидела, как горят ее глаза.
— Вот это праздник! — сказала она и нечаянно зацепила локтем мою руку. Сок тотчас расплескался по моей футболке.
 
— О нет, ты что наделала, — засмеялась я, оттягивая от груди ткань, пропитанную оранжевым соком. — Я итак выгляжу, как случайно забредший на бал конюх, так теперь еще это.
— Прости, Ли! У меня есть запасное вечернее платье, я купила два, не знала точно, какое надену — винного цвета или черно-белое. Как видишь, на мне винное, но думаю, черно-белое тебе будет к лицу. Наденешь?
— Ладно, давай свое платье, пока меня не выпроводили отсюда под локоток. Городская стража на меня уже подозрительно посматривает, — вздохнула я. — Видимо, я обречена быть главной содержанкой Левизиона.
Мы спрятались за пышными кустами белой сирени, эльфка провела пальцами по своему браслету, и я приняла подарок. В мгновение ока с меня слетели спортивки, и я переоделась в красивое платье с белым кружевным верхом и черной юбкой, открывающей впереди ноги и длинным шлейфом сзади. К платью прилагались белые перчатки без пальцев и бижутерия.
— Ну, как тебе? — спросила Ансла.
— Оно шикарное, спасибо тебе! Как мне тебя отблагодарить? Ты столько всего для меня сделала! Мне даже неловко.
— Просто возвращайся обратно, не задерживайся в том мире, — ответила подруга и чмокнула меня в щеку.
Ферцил Разумный повел свою невесту венчаться в храм Светлых богов, и гости на какое-то время были предоставлены сами себе.
Вернувшийся Гром подошел к Ансле, в упор меня не замечая. Не узнал. Оно и не удивительно, оставлял-то гордую замарашку, а нашел разодетую в пух и прах девицу.
— Привет, — сказала я ему.
Мэтр вперил в меня свои аквамариновые глаза и присвистнул:
— Ну, ничего себе! Откуда платье?
— Одолжила, — ответила я.
— Я что хотел сказать, там турнир начался. Идем?
Я взяла его под руку, и мы прошествовали на поле битвы. Девушек усадили на длинные ряды скамеек, парни отправились переодеваться в железные кольчуги. Народ с нетерпением ждал начала соревнований, то и дело вытягивая шеи, чтобы взглянуть, не вышли ли на поле рыцари. Я клевала носом, бессонная ночь давала о себе знать.
Обвенчавшиеся Ферцил и Леильфа восседали на украшенных голубыми лентами тронах в первых рядах. На подлокотниках их кресел сидели белые голуби.
Я заметила сидевшую по правую руку от Леильфы Фортуну, рядом с эльфкой-предательницей стоял невозмутимый Севериан. Думаю, что следующим грандиозным событием Левизиона будет коронация Фортуны. Леильфе не занимать доброты и сострадания к ближнему, подумалось мне. Интересно, как Фортуна отнесется к тому, что мы пируем по соседству на свадьбе? Она-то думает, что мы томимся в подземелье.
Игроки по двое въезжали на поле, сидя на роскошных императорских конях. В руках у них были настоящие средневековые деревянные копья с железным наконечником. Каждый из участников турнира по традиции просил свою даму сердца повязать на копье ленту — на удачу.
Эффектное появление Грома на коне, в кольчуге и с белым ожерельем на шее в виде Гизеии, восприняли громкими аплодисментами, криком и свистом. Я взбодрилась и приготовилась к грандиозному зрелищу. Сейчас мэтр разделается со своим соперником, я в этом ни капли не сомневалась. Гром подъехал ко мне на коне и попросил повязать на копье ленточку.
Растерянно улыбнувшись, я встала, чтобы просто пожелать ему удачи, но кто-то вложил мне в руку белую ленту. Ансла опять выручила меня. Я подошла к краю ограды, Гром выставил копье вперед, и я завязала на его оружии бантик. Он улыбнулся мне, снял с шеи змею и протянул ее мне. Забрав пета, я вернулась на место и помахала ему рукой.
Рыцари разошлись по разные стороны поля и приготовились к схватке. Раздался гонг и они, разогнав своих лошадей, бросились навстречу друг другу с выставленными вперед копьями. Гром выбил своего оппонента из седла с первого удара, сломав копье. Публика восторженно закричала, я вскочила с места, яростно хлопая в ладоши. Учитель сегодня был звездой, и он это заслужил.