Беременна от бабника (СИ)

— Нет! В смысле.., — сжимаю Яне руку. Когда она прикрывает веки, я улавливаю её слабый полустон и тут же отскакиваю от неё как от безудержного пламени. У меня точно крыша поехала, раз мерещится всякое. — Ай, да пофиг. Живи сколько хочешь. Я всё равно дома редко бываю.
С этими словами я захожу в гардеробную, чтобы переодеться.
— Кирюш, ты когда в последний раз убирался здесь? — доносятся до меня её очередные издёвки. — Здесь же жуткий беспорядок!
Выхожу из гардеробной и вижу, как она старательно выводит пальцем "грязнуля" на полке в прихожей.
— Началоооось, — показательно закатываю глаза. — Эт ты ещё не пробовала залезть мне в голову. Вот, где сейчас самый настоящий бардак.
Эти две недели будут адом для меня.
И зачем я только согласился? Не думал же, что она и в моём доме будет вести себя как самый настоящий фюрер в юбке.
Ничего. Я быстро установлю в этом доме правила.
Раньше она слушалась меня. Не думаю, что что-то изменилось, помимо её внешности.
Она не флиртует со мной. Просто фантазия моя взыгралась на фоне нашего с Серёгой спора.
Таким образом мой организм справляется с грядущим проигрышем.
  
Глава 5. Яна
 
Каким же всё-таки Кирилл стал невыносимым. Целый год не виделись и вместо того, чтобы сделать комплимент по поводу моего внешнего вида, я попала под раздачу. Он начал с самого порога тыкать меня носом и давать мне бредовые указания.
Я уехала из-под колпака родителей не для того, чтобы снова оказаться под пристальным вниманием.
Кирилл хоть и мнит себя строгим командиром, но в душе он тот ещё ребёнок. Уж мне ли не знать.
Не выйдет. Хватит с меня. Я хочу поменяться с ним ролями, ведь теперь пришла моя очередь заботиться о нём.
А что? Всё честно.
Когда я была совсем ещё крохой, он оберегал меня от монстров под кроватью. Когда немного повзрослела, он защищал меня от мальчишек, а сейчас настал мой звёздный час. Мне во что бы то ни стало необходимо уберечь его хотя бы от заворота кишок, раз усмирить его мне под силу.
Он наверное забыл уже что такое домашняя пища. Так я ему напомню. Уважу его, и для начала приготовлю ему что-нибудь вкусненькое. Надеюсь, он оценит и станет более снисходительным ко мне.
Он как граната с выдернутой чекой. Одно неверное слово, того и глядишь — взорвётся.
Никогда ещё не видела его таким напряжённым. А видела я его всяким...
Однажды мне даже довелось видеть Кирилла абсолютно разбитым и уничтоженным.
Никогда не забуду тот тревожный момент, когда успокаивала его... Помнится, за день до этого он утешал меня из-за того, что завалила итоговый тест по алгебре, а потом мы поменялись ролями. Я утешала его из-за неразделённой любви.
Раньше он умел любить, а сейчас я и не вспомню, когда он хотя бы просто упоминал слово "любовь".
Он отрёкся от любви, перестал верить во всё прекрасное, а зря. Я очень хочу, чтобы он был счастлив, невзирая на то, что сам он того не желает.
— Эй, мелкая, у нас уже в тележке места не осталось. Разве мы ещё не скупили целый магазин? — бурчит он позади меня.
Мелкая... ненавижу, когда он так меня называет.
Ещё еле плетёся за мной, пока я как угорелая ношусь по рядам супермаркета.
— Мне кажется, мы что-то забыли, — отвечаю я, с умным видом разглядывая полки с различным товаром.
— Что же интересно? Мы купили уже и водоросли, и жаборосли, и котёл огромный, и даже вафельницу! — взбунтовался он, поочерёдно указывая на цветную капусту, рыбу и сковороду. — Ты собралась варить приворотное зелье? И вообще, нафига нам понадобилась вафельница?
Да что с ним такое? За всё время он раза два от силы на меня посмотрел.
Неужели это я его так нервирую? Может, я отвлекла его важных дел, а он не признаётся?
— С утра я сделаю нам вкусные вафельки. Помнишь, как в детстве нам мама готовила?
— Всё равно не понимаю, что тебе ещё нужно?
Закатываю глаза и беру первое, что попадается под руку, лишь бы он больше не докучал.
Достал уже ныть!
— Средства женской гигиены! — почти выкрикиваю я и швыряю упаковку в тележку. — Мне нужны были женские штучки только и всего!
 
— Упс, — краснеет он как предрассветное зарево, что смешно смотреть на него. Он озирается по сторонам, безмолвно извиняясь перед посетителями за моё нескромное поведение. — Надеюсь, это всё? Теперь мы можем идти на кассу?
— Теперь да!
Пока Кирилл расплачивается на кассе, я иду к банкоматам, чтобы снять себе наличность. Встаю в очередь перед парнем, у которого явно возникли сложности со считывателем приёмника. Он пыхтит, старательно выпрямляя измятую купюру.
— Какие-то проблемы? — произношу, прочистив горло.
Парень оборачивается. Окидывает меня взглядом с головы до ног, а потом чешет затылок.
— Да вот... банкомат ни в какую не хочет принимать мои деньги, — смущённо проговаривает, вертя перед собой купюрой. — У тебя, случайно не найдётся сотки? Можем поменяться, если есть.
Я отрицательно мотаю головой, вытаскивая банковскую карточку, запрятанную под телефонным чехлом.
— У меня нет денег с собой, всё лежит на карте. Но я могу перевести тебе, если нужно.
— Да, было бы здорово! Ты очень выручишь меня, — растягивает доброжелательную улыбку и передаёт мне измятую сотню.
Мы отходим в сторонку, парень диктует номер телефона, куда нужно перевести деньги. В этот момент спиной я уже ощущаю присутствие постороннего. Нетрудно догадаться чьё именно, но делаю вид, будто не замечаю этого.
— Посмотри, я правильно записала? — разворачиваю телефон экраном к лицу паренька, и больше ничего не успеваю ни сказать, ни сделать.
За капюшон меня тащат в сторону выхода, как какую-то собачонку.
  
Глава 6. Яна
 
— Кирилл, что ты делаешь? — брыкаюсь я, но он с такой силой вцепился в моё плечо, что я и шагу в сторону сделать не могу.
— Не успела приехать в город, а уже обмениваешься номерами со всякими сосунками? Прям сверхзвуковую скорость включила, как я погляжу, — цедит он сквозь зубы. Взгляд бешеный, будто готов голыми руками придушить меня.
Но что я сделала, не пойму?
— Чего? Я всего лишь хотела помочь парню!
— А я всего лишь хочу, чтобы ты не нарвалась на неприятности в первый же день, — выталкивает меня из магазина, ещё умудряясь катить при этом доверху наполненную тележку. — Так что делай как я скажу, — остановившись у багажника машины, он начинает загибать пальцы. — Ты не знакомишься с сомнительными парнями! Не ходишь в юбках выше колена и... Прикройся ты, наконец! — вскользь проходит взглядом по груди и резким движением застёгивает молнию на моей кофточке, спрятав от посторонних глаз нескромное декольте. — Хочешь, чтобы все вокруг окосели?
Хоть это и не комплимент вовсе, но до чего же мне льстит, что он всё-таки обратил на меня внимание.
— Мать честная! — из меня вырывается едкий смешок. — Может, прикажешь ещё в паранджу нарядиться!? Когда ты успел стать таким скрягой и диктатором?
— Я всегда таким был, — слова его резкие, словно выстрелы короткой очередью, так же резко он выкладывает пакеты в багажник. — Садись в машину!
— Раньше я могла пожаловаться тебе на отца за то, что он во многом меня ущемлял. И ты всегда его попрекал, что он не давал мне свободы, а сейчас сам ничем не отличаешься от него.
Он высовывается из багажника и вперяется в меня взглядом. Таким же острым и холодным как лезвие кинжала.
— Ты сама ответила на свой вопрос. Ещё вчера отец отвечал за тебя, а теперь ты находишься на моей территории и отвечаю за тебя уже я.
— Да с чего ты решил, что мне нужна нянька!? — в возмущении топаю ногой. — Очнись! Я уже взрослая!
— А вот мне так не кажется, — фыркнув, кивает на пакет, из которого выглядывают средства женской гигиены. — То, что ты пользуешься этими штуками, ещё не говорит о том, что ты взрослая, и вправе делать всё, что вздумается.