Беременна от бабника (СИ)

— Да знаю-знаю, как ты относишься к ней! Она тоже для меня не последний человек! — снова наступает пауза, от которой по телу пробегает неприятный холодок. Эта пауза может означать только одно — сейчас что-то будет. И это "что-то" мне не понравится. — Слушай, Ярый! Кажется, я кое-что придумал!
— Молчи! — сжимаю телефон до хруста костяшек. Предчувствую неконтролируемый поток ярости, обращённый к другу. — Что бы ты ни задумал, не смей произносить это вслух!
Серёга громко цыкает в трубку.
— Кирюх, ты всё ещё в игре! Или мне напомнить тебе, что я вправе менять правила по ходу?
— Я не стану! — отвлекаюсь, захожу в мобильный банк и перевожу на счёт Серёги оговоренную сумму за проигрыш. — Я кинул бабки! Можешь отстать от меня!
— Да пофиг мне на бабки! — почти уверен, что сейчас он закатывает глаза, упиваясь азартом. Он тот ещё извращенец. — Уговор дороже денег! Яна в отношениях, она красивая, она совершеннолетняя, и она девушка, чёрт бы тебя побрал. Все четыре пункта совпали! К тому же вы не виделись целый год! Вам обоим это нужно сейчас! — приходит он в восторг от своих тупых идей. — Готов поспорить, что тебе стоит только увидеть её, как пламя страсти закрутит ваши тела в безудержном танце.
Такого бреда я ещё никогда не слышал от Серёги. Ну, точно розовый единорог покусал...
Всего лишь на секундочку представляю у себя в голове как подкачу к той, что знаю почти всю жизнь, и отплёвываюсь.
Нет. Это выше моих сил и ниже моих принципов.
— Да иди ты лесом! С каких пор ты свахой заделался? Думай, что прелагаешь! В конце концов, наши семьи дружат! Я не могу жертвовать всем этим, ради какого-то там дурацкого спора!
Железобетонный предлог, но Серёга плевать хотел на предлоги. Ему куда важнее поставить предо мной трудновыполнимую задачу, а потом смотреть на то, как я буду с ней справляться. Всё потому, что я сам такой же. И частенько выдвигаю ему такие требования, какие сам едва ли осилил бы.
— Ничего не знаю. Я выдвинул свои требования. Тебе их исполнять! — подтверждает мои мысли, чем только злит меня. — А уж хочешь ты того или нет, до этого мне нет дела.
— Ты ещё пожалеешь об этом! Я же тебе... — я и дальше продолжил бы блефовать, если бы не сигнал телефона. Смотрю на экран и улыбка самопроизвольно рисуется на моём лице, что аж скулы сводит. — Тебе повезло, у меня тут вторая линия. Наверное, Янка уже подъехала.
— Завали её! — в словах таится вызов. — И помни, у тебя осталась ровно две недели!
  
Глава 2. Кирилл
 
Я ставлю вызов на удержание прежде, чем Серёга скажет ещё что-либо, выходящее за рамки разумного, и принимаю входящий звонок.
— Ну, здравствуй, скрытница! Ты уже подъехала? — интересуюсь я, ленивым шагом приближаясь к уже звенящему домофону.
— Ну сколько можно? Давай поживее! А то сейчас руки отвалятся! — как всегда она находится на своей волне "стервозина.фм".
Я давно уже свыкся с подобным резким тоном, потому что как никто дугой знаю, что за всеми этими колючками скрывается добрая и ранимая девчонка. Со своими заморочками, тараканами.
У кого из нас их не было?
Раньше я только и успевал вытравливать их из её головы.
— Открываю! — нажимаю на кнопку.
Пока Яна поднимается в лифте у меня из мыслей не выходят последние слова Серёги.
"Завали её".
Омерзительно. Самому не стрёмно было произносить такое вслух?
Он точно полный кретин, раз предложил мне такое, находясь в трезвом уме.
Знает ведь как трепетно я отношусь к Яне, и какой вес она имеет в моей жизни.
Наши родители дружат уже очень долгое время. Сколько себя помню мы всегда праздновали новый год, собравшись семьями.
И я отчётливо помню тот день, когда Яна родилась. Как будто это было вчера.
Тогда я только-только пошёл в первый класс. Ещё ничего толком не смыслил, но уже был без ума от той идеи, что всю свою жизнь буду заботиться об этой маленькой девчушке. Я дал себе обещание, что буду оберегать её так же, как если бы она была моей младшей сестрёнкой.
 
И я строго следовал этому обещанию.
Как же я обожал проводить с ней время. Сразу же после занятий мчался домой, чтобы кинуть свой портфель и отправиться в соседний дом, лишь бы ещё раз подержать её на руках. И мне было всё равно даже на то, что малявка бывало справляла на меня свои детские неожиданности, пока я нянчился с ней.
Не проходило и дня, чтобы я не заглянул в гости к Ольховским.
Считайте, Яна выросла у меня на глазах.
Ничего не поменялось и после того, как Яна стала подростком.
Да, я всё реже и режё стал навещать её, но это было больше из-за того, что мои безвозмездные услуги "няня" больше не требовались.
Я захаживал только по праздникам или по звонку самой Яны, когда она нуждалась в моей помощи.
Ну, знаете, этим подросткам иногда нужно посоветоваться со взрослыми.
А с кем ей можно было потрепаться о мальчишках и быть уверенной в том, что об этом не узнают родители?
Конечно, только со мной.
И я горжусь тем, что смог выполнить своё обещание, сохранить наше общение и умудриться перенести всё это на новый уровень.
Мы стали хорошими друзьями.
Если раньше из-за нашей разницы в возрасте я мнил себя её защитником, страшим братом. Иногда баловал её, иногда был строгим с ней, то сейчас всё стало по-другому.
Теперь мы общаемся на равных, не ощущая никакой разницы.
Правда, из-за того, что мне пришлось переехать в Новосибирск, мы стали существенно меньше общаться, но дружба наша тем не менее никуда не делась.
Дружба здесь — ключевое слово.
Даже когда Яна отпраздновала своё совершеннолетие у меня и в мыслях не было подкатить к ней.
Ну что за бред? Это же уму непостижимо!
Да даже если убрать за скобки то, что она выросла на моих глазах... То, что наши семьи дружат, то между нами всё равно не может быть ничего подобного.
Она далеко не в моём вкусе. Ровно так же, как и я не в её.
Насколько знаю, ей нравятся добропорядочные джентльмены, а я же просто тащусь от плохих девчонок, коей она никогда не являлась.
Наверное, за счёт этого я подпустил её к себе настолько близко, насколько не позволял приблизиться ещё ни одной девушке.
Но о чём-то большем и речи идти не могло. Даже несмотря на то, что её родители то ли в шутку, то ли всерьёз уже давно сосватали нас.
Они всегда считали меня хорошей партией для их единственной дочери. Вот только они не догадываются как крупно ошибаются во мне.
Я уж точно не пара для такой, как Яна. Хотя бы потому, что желаю ей только добра. Хотя бы потому, что наоборот желаю оградить её от таких, как я.
Она знает меня и то каким я являюсь на самом деле. Без притворств. Без масок.
Только Яна знает меня всего целиком. И только ей я могу открыть свою душу. Перед ней могу обнажить свои раны, и я не позволю себе разорвать ту незримую нить, что нас связывает, бессмысленными играми.
Уж кто-кто, но Яна та единственная, кто никогда и ни при каких обстоятельствах не должна оказаться в моём списке.
Даю себе слово.
Короткий перестук в дверь. Распахиваю её настежь и цепенею, стоя в проходе. Я не могу поверить своим глазам.
Кто эта девушка?
— Ты чего застыл? Впустишь или как?
Приходится тряхнуть головой, чтобы скинуть с себя сети задумчивости.
— Да, проходи, конечно, — пропускаю её в квартиру, ведя борьбу с сухостью  в глотке.
Мы не встречались год от силы, не больше. Но за этот год она сильно преобразилась, скажу я вам...
  
Глава 3. Кирилл
 
Яна хорошенько подросла за то время, что мы не виделись. Даже появляются сомнения, что это один и тот же человек.
Раньше она была похожа на тинейджера. По незнанию и не разберёшь, девчонка перед тобой или пацанёнок, у которого ещё голос не сломался.
Помню, она вечно носила мешковатые толстовки и широкие джинсы, стриглась под каре, брекеты носила. А сейчас от всего этого не осталось и следа.