Ванька 2 (СИ)
— Володя там у меня… Сыночек…
Илью Ильича начало развозить. Он больше чай любил, алкоголь редко употреблял.
Графин Ильи Ильича опустел. Душа же Доната Всеволодовича огнём горела. Тушить его требовалось.
— Иван, не в службу, купи пару «Курвуазье».
Сам пятерку мне протягивает.
Сходил. Тут, недалеко. Две бутылки принёс и двугривенный сдачи.
По мне, лучше бы ямайского рома взяли. На три бы бутылки хватило и ещё полтинник остался. Но, как уж Донат Всеволодович заказал…
Весь коньяк мы так и не допили.
На второй бутылке Донат Всеволодович в «Орёл» на извозчике укатил. По причине сна Ильи Ильича. Со мной вдвоем пить он не пожелал. Ну, его дело.
Глава 47
Глава 47 На Дальний Восток
День у меня выдался — мама не горюй.
Новости, одна за другой, как горох из прохудившегося мешка на голову сыпались. Свинцовыми гирьками.
Про происхождение моих зверьков…
Про то, что в Москве их не пристроить…
Про Порт-Артур…
Оказалось, это ещё не всё.
Илью Ильича я растолкал и домой на извозчике отвёз. Не в антикварном же магазине ему спать. До дверей старого человека проводил, супруге с рук на руки сдал. Ничего про Порт-Артур ей говорить не стал. Илья Ильич проспится — сам сообщит. Пусть ещё ночь у неё спокойной будет. Без переживаний за сына. Владимира Ильича.
Утомился я сегодня. Ну, плюс ещё и алкоголь…
Без закуски.
Пешком в госпиталь решил не идти. Далековато. Ещё и сегодня к ночи подмораживало.
Когда к госпитальным корпусам подъехал — там все на ушах стоят. Через головы мечутся. Снуют туда-сюда, суетятся.
— Иван, ты где пропал?
Один из соучеников моих с заполошным видом бежал куда-то, чуть с ног меня не сшиб.
— Законно отдыхал… Право имею…
— Имеешь, имеешь… Потеряли все тебя.
Что меня терять? Вот он — я. Жив-здоров, в полном комплекте. Ну, пьян немного… Да, ладно, сильно… Но, на ногах стою твёрдо.
— Нас на Дальний Восток отправляют. Слышал уже про Порт-Артур?
— Слышал… Как не слышать.
Стоп. Отправляют. На Дальний Восток. Мы же только-только учиться начали? Не готовы ещё к военно-медицинской деятельности.
Я за рукав шинели выдавшего мне новость схватил.
— Стой! Куда отправляют? Зачем?
— Куда-куда… На театр военных действий. Так было сказано.
Сказал и убежал. Я остался. В некотором обалдении.
Вот это поворот событий! На Дальний Восток. Не получилось у меня от войны отвертеться. Не сработала схема земского фельдшера.
Глядь, а соученик-то мой обратно возвращается. С узлом каким-то таким немаленьким. Зелёным. Даже на вид тяжелым.
— Вань, чего, встал-то. Пошли давай. Сказал же — потеряли тебя, ищут…
Обогнул меня, столбом стоявшего, и в двери госпиталя скрылся.
Так, идти надо. Коли ищут… Самому найтись.
Попадет ещё сейчас за пьяное состояние моего организма…
Не попало. Не до меня начальству было.
Я бочком-бочком среди всех наших затесался, близко к господам докторам не подходил, в сторону дышал.
Вовремя вернулся, как оказалось. Отбываем мы на вокзал чуть ли не через час.
Со зверьками-то что делать? Придётся с собой брать… Не дело, это, конечно, но другого варианта у меня просто нет. Поедут они в моем вещевом мешке по просторам Российской империи путешествовать.
На вокзал будущих ротных фельдшеров погнали пешком. Не велики баре.
На ходу я товарищей поспрашивал, что дальше с нашей учебой будет.
Оказалось — доучивать нас предполагается прямо на фронте. Не время сейчас в столице нам оставаться. В действующей армии от нас больше пользы будет. Это так объявили, пока меня не было…
А, заночевал бы я на Арбате? Гадать не надо — в дезертиры бы попал. Этого только мне не хватало. И так, не жизнь у меня здесь, а сплошные приключения.
— Подтянись! Шире шаг!
Агафон Агафонович впереди нас идёт, время от времени поторапливает.
Голос у него не больно весёлый. Со злинкой какой-то даже. Наверное, все его жизненные планы сегодня враз поломались.
На вокзале мы долго не задержались. Практически сразу в нормальные товарные вагоны проследовали. В народе их ещё теплушками называют.
Агафон Агафонович нас разместил и в офицерский вагон ушёл, не с нами же ему ютиться. Не по чину это будет.
Разместились мы вольготно. Нормальный товарный вагон на сорок солдатиков рассчитан или на восемь лошадей. С нами лошадей не было.
В вагоне чугунная печка имелась и запас дров. Я спать что-то перехотел и вызвался подежурить, в роли добровольного истопника выступить. Народ на двух ярусные нары завалился, а я на скамеечке перед печкой разместился.
Сидел и на огонь смотрел. Про жизнь свою думал.
Скоро и на стыках рельсов колёса нашей теплушки застучали. Верста за верстой мы от столицы начали удаляться, от спокойной жизни на войну с японцами ехать.
Я улыбнулся. Вспомнил, как в селе Федора про японцев говорили. Ну, что они идолу поклоняются, от пуль заговорённые, летать умеют и глубоко в море нырять… Грамотные, они ещё. Ну, посмотрим своими глазами, какие они грамотные.
Тут меня в сон потянуло. Резко как-то.
Только глаза закрылись — покойник передо мной. Тот, что золотых зверей из погребения белу свету явил. Во, давно не виделись…
— В самое время ты, Иван, из Москвы уехал. Опять вышли на твой след хранители. Не знаю, как…
Покойник замолчал, виновато как-то на меня посмотрел.
Вот, только этого мне ещё не хватало до полного счастья.
— Как так? Ты, вроде, говорил, что я им больше недоступен.
Для наглядности я на ладони пальцем круг начертил. Такой, который кровью на дворе психиатрического отделения мною нарисован был.
— Не знаю… Может, время твоего оберега вышло… Или ещё что. Берегись теперь.
Покойник встал и прямо в черноту ночи через стенку теплушки удалился.
Вот, как они, умершие, даже могут…
Тут я в себя пришёл.
Поезд наш ход что-то замедлял. Наверное, к станции какой-то подъезжаем.
КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ
Всем огромное спасибо за внимание к моим текстам.
Если нравится роман — лайк не забудьте поставить. Один раз.
Планирую третью часть. Пока материал собираю.