Ленивая ведьма (ЛП)

— У неё чёткие, отточенные способности.
Я удивлённо посмотрела на него. Предполагалось, что он сделает всё возможное, чтобы избавиться от меня, а не воодушевит их держать меня под боком.
— Вы видели подтверждение этому? — поинтересовалась женщина сурового вида. — Видели, как она творит руны? Или использует травы?
— Нет, — признался он.
Люди за столом обменялись взглядами.
— Вы прибыли уже после исключения мисс Уайлд, — сказала она.
— Она упомянула о случившемся.
— Неужели? Ну что ж, думаю, мы все знаем, каковы в действительности её навыки и умения.
Послышалось хихиканье. Я ощетинилась.
— Я вообще-то здесь, знаете ли.
Ипсиссимус ласково мне улыбнулся.
— Приносим наши извинения. И извинения за то, что вы оказались втянутой в эту… ситуацию. Произошла канцелярская ошибка, и мы не осознали, что Филосуфус Харрингтон находится в отъезде по делам Ордена. Ошибка вполне понятная, пусть и непростительная.
По одну сторону стола я заметила мужчину в красной мантии, чьи мешки под глазами и растрёпанные волосы наводили на мысль, что он серьёзно переживает. Он словно сжался в комок. Несложно догадаться, чья это была ошибка.
Ипсиссимус продолжал.
— Мы изучили специфику уз, наложенных Младшим Адептусом Биггинсом, и выяснили, что есть возможность снять заклятие.
Хвала небесам. Я выдохнула.
— Хорошо. Снимайте.
— Через сто дней магия начнет изнашиваться, и возникнет небольшое ослабление. В это время мы, возможно, сможем снять чары.
Я посмотрела на него. Я правильно расслышала?
— Сто дней? — спросила я. — Через сто дней?
Ипсиссимус продолжал улыбаться. В этой улыбке присутствовало сочувствие, но тем не менее, это начинало сильно раздражать.
— Да. Боюсь, больше мы ничего не можем сделать.
— Лучше бы тебе не планировать поездку за границу в отпуск, — пробормотала я Винтеру и выпятила подбородок. — Тогда решено. Адептус Экземптус Винтер и я будем находиться на расстоянии пяти миль друг от друга, и ни один из нас не покинет пределов Оксфорда. Вы компенсируете мне будущее отсутствие заработка, и через сто дней заклятие будет снято.
— И вы будете работать с ним, — Ипсиссимус обратился к Винтеру. — Это не идеальный вариант, но до тех пор, пока она следует за вами во время всех расследований и время от времени помогает в работе, условия уз будут удовлетворены. Ваша выдержка высоко ценится, но мы знаем, что вы примете этот вызов. Вы многому сможете научиться, тренируя кого-то столь… непростого.
Непростого? Мои брови взлетели.
— Эээ, прошу прощения. Я не собираюсь с ним работать. Я не хочу иметь с вами со всеми ничего общего.
На лице Ипсиссимуса появилось выражение глубинного страдальческого терпения.
— Вы будете с ним работать.
— Нет, не буду, — я скрестила руки.
— Когда вы покинули Орден…
— Когда меня исключили.
На лбу у него вздулась крохотная венка.
— Когда вы покинули Орден, мы решили, что будет благоразумно не предпринимать никаких дальнейших действий в отношении вас, мисс Уайлд. Вы напали на такого же Неофита.
Сейчас была моя очередь вздрогнуть.
— К чему вы ведёте?
— Мы всё ещё можем выдвинуть против вас обвинения.
Наши глаза встретились; старый добрый Ипсиссимус не блефовал. Я пожала плечами.
— Продолжайте. Каков самый плохой расклад?
— Вы окажетесь в тюрьме на срок до пяти лет.
О.
— Сомневаюсь, что Ордену нужна такая огласка, — спокойно сказала я. — Пребывание за решёткой молодого члена Ордена будет не очень хорошо выглядеть.
— Конечно, это было восемь лет назад. Но вы больше не розовощёкий подросток, — он сверился с лежащими перед ним бумагами. — Вы водитель такси.
— Это уважаемая профессия.
— Разумеется, — Ипсиссимус потёр подбородок. — В отношении вас было несколько жалоб касательно нежелания везти клиентов на длинные расстояния. Вы выполняете лишь требуемый минимум часов. С тех пор, как вы покинули Орден, вы фактически ничего не достигли. Вы едва ли образец добродетели. Я не думаю, что найдётся много тех, кто вам посочувствует.
Я выпятила нижнюю губу.
 
— Это несправедливо! Я многого достигла с тех пор как меня исключили, — я слегка подалась вперёд. — Однажды я выиграла пять сотен фунтов в соревновании на прямой линии «Сегодня Утром». И очень немногие могут сказать, что не пропустили ни единой серии «Колдовства», — я почувствовала, как Винтер рядом переступил с ноги на ногу. Вероятно, он завидовал.
— Мы не удивлены, мисс Уайлд, — сказал Ипсиссимус.
— Если я буду с ним работать, — сказала я, ткнув пальцем в сторону Винтера и заставив его резко напрячься. — Всё закончится тем, что я буду создавать больше проблем, чем решать. Сто дней — не так много. Дайте бедному мужчине отпуск. Он определённо выглядит так, словно он ему нужен.
— Он очень важный сотрудник Тайного Отдела и имеет весьма высокий коэффициент продуктивности. У нас нет ни малейшего желания терять его на три месяца из-за канцелярской ошибки.
— Если я отправлюсь в тюрьму, вы всё равно его потеряете.
— Вероятно. Но взамен также получим ощутимое удовлетворение.
Что ж, по крайней мере, Ипсиссимус честен. Я подумала об этом: возможно, тюрьма будет не так плоха. Мне не придётся готовить. Я смогу проводить дни, слоняясь по камере. Это может быть умиротворяющим. Хотя что-то я в этом сомневалась.
— А как же Ева?
— А что с ней?
Я закатила глаза.
— Это её мечта. Не её вина, что она в отъезде, а я оказалась в её квартире. Она будет подавлена, если я займу её место.
— Уверяю вас, мы подберём ей соответствующую позицию.
Уж лучше бы. Должно быть что-то, что позволило бы мне выбраться из этого, не облачаясь в тюремную робу.
— Да ради всего святого, — прошипел Винтер. — Вам ничего не нужно будет делать. Просто следуйте за мной и время от времени комментируйте да заполняйте документы.
Взгляд Ипсиссимуса стал суровым.
— Мы прибегли к заклинанию уз, потому что вы не очень хорошо работаете в команде, Адептус Винтер. Для вас это станет хорошей практикой на будущее.
— Мы все знаем, что у неё всё равно не хватит способностей ни на что другое, — послышался голос одного из сидящих больших шишек. Он даже не попытался понизить голос. Я злобно зыркнула на него. Он даже бровью не повёл. Вот тогда я поняла, что подчинюсь. Часть меня пылала от ярости из-за того, что они думали, будто я слабая и бесполезная и не обладаю ни крупицей магии. Пока это был лишь тлеющий уголёк, а не адское пламя, но этого оказалось достаточно.
— Отлично, — рявкнула я. — Я сделаю это.
— Прекрасно, — Ипсиссимус кивнул, словно ничего другого и не ожидал. — Тогда вопрос закрыт. По вполне объективным причинам нам стоит по возможности сохранить эту… ошибку в тайне, — он встал. А секундой позже Винтер погнал меня из кабинета, словно моё присутствие отравляло воздух, и от него нужно было избавиться.
После того, как за нами закрылась дверь, мне хватило сделать три шага, чтобы начать сожалеть о своих словах.
— Что ж, это было глупо, — пробормотала я. В данный момент сто дней казались пожизненным сроком.
— Рад, что вы это осознали, — сказал Винтер. — Вам посчастливилось получить второй шанс. Если хорошо себя проявите, возможно, вас даже снова примут в качестве Неофита.
Я удержалась от соблазна хорошенько лягнуть его в голень.
— Это не то, что я имела в виду, Адептус Экземптус Винтер. Я говорила о том, что было глупо поддаться давлению.
— Вы бы лучше отправились в тюрьму? — спросил он.
Не имело значения, что я скажу; он всё равно не понял бы. Совершенно очевидно, что он считал Орден лучшим, что появилось со времён изобретения антипригарного котла. Я решила не отвечать. Вместо этого я фыркнула, засунула руки в карманы и ссутулила плечи.
— Сейчас я хочу вернуться домой, — выразительно сказала я.
Пару мгновений Винтер рассматривал меня.
— Хорошо. Я остановлюсь прихватить всё необходимое для начала вашей работы и отвезу вас. Уверен, ваш диван скучает без вас.