Кристалл Хранителя (СИ)

Обычно я предпочитаю сидеть возле барной стойки, однако все четыре места заняли подростки, среди которых были старые знакомые – Кальн и Лерво. Парни даром времени не теряли и вовсю общались с молодой девушкой-барменом, попивая крепкую настойку из граненого стакана. Судя по жестикуляции, не первого за этот вечер.
Я отвлек ее от беседы, заказал яблочный сок и яичницу с беконом, благо в вагоне работала небольшая кухня. «Мы делаем все для комфорта наших пассажиров», – кажется, так звучит слоган Сообщества Железнодорожников.
Всего в вагоне находилось четыре круглых стола. За одним сидели солдаты, другой заняли торговцы вместе с каким-то мрачным типом явно не из их компании. Грубое лицо с квадратной челюстью, недельная щетина, на шее висит серебряная тонкая цепь. Парень недобро поглядывал на окружающих, поедая гречневую кашу левой рукой. Ложку он сжимал так, что белели костяшки пальцев.
Таким образом, я осмотрел каждого из присутствующих, стараясь не упускать даже самых мелких деталей. Привычка, выработанная годами службы... Которая не раз спасала мне жизнь.
Присев за свободный столик, я прикрыл глаза, наслаждаясь приятной мелодией.
– Ваш заказ готов, – вскоре позвала девушка.
Через минуту я уже наслаждался горячей, только что снятой с огня яичницей-глазуньей. Два желтка, кусочки бекона и растекшийся овалом белок напоминали улыбающееся лицо.
Утолив потребность в еде, я нашел себе собеседника. Точнее, он меня отыскал.
– Здесь не занято? – раздался бодрый голос за спиной.
– Присаживайся, друг.
На стул рядом со мной плюхнулся широкоплечий солдат в красно-синем мундире. Румяные щеки, щербатая улыбка и живые веселые глаза, казалось, источали ауру полной беззаботности. Я бы отправил человека с такой внешностью работать зазывалой на рыночную площадь. Он ничуть не походил на сурового вояку элитной пехоты Его Величества.
– Ну и бардак творится в стране! Слышал об этих тварях, которые нападают на мирных салийцев? Ну, конечно, слышал. Это ведь самая обсуждаемая тема на Большой Земле. Каждая блохастая псина трещит об этом. Причем слухами земля полнится. Информация передается из уст в уста, приукрашивается и превращается в дикие небылицы, – солдат развел руками. – Сейчас никому нельзя верить.
– А что ты о них знаешь? – спросил я. – Об этих тварях?
– Да в общем-то немногое. Сам с ними не встречался и, надеюсь, что никогда не встречусь. Эти ребята не любят оставлять свидетелей. Но немногие выжившие утверждают, что они умеют телепортироваться, одеты в темную одежду и невероятно сильны в ближнем бою. Я, Ричард, кстати. Ричард Саннерс. Бешеный Пес.
Молодой человек протянул руку.
– Эван, – представился я.
У солдата оказалось крепкое рукопожатие.
– Если ты спросишь мое мнение, – я отодвинул пустую тарелку и отхлебнул сока, – то это все неспроста. Народ твердит, что настала Эпоха Процветания, прогресс движется семимильными шагами вперед, ученые совершают новые открытия, врачи могут вскрыть брюхо роженице и достать оттуда ребенка да так, что оба выживут. Это все так! Да только война не кончилась. Она все это время шла, только на другом, скрытом уровне. И живые тени тому доказательство. Мы слышим крик агами, и пока не понимаем, где спрятана птица. Однако когда она вылетит из кустов, будет уже слишком поздно ее ловить.
– Живые тени? – Ричард задумчиво пожевал губу. – Немногие их так называют. Кем ты работаешь, Эван?
Я рассмеялся.
– Всего лишь скромный чиновник при дворе бургомистра. А про живых теней где-то услышал, вот и привязалось.
– Агами может кричать по любому поводу. В конце концов, Его Величество не авгур, чтобы понять волю Хранителя, основываясь на ауспициях. А насчет того, что война не окончилась, пожалуй, соглашусь. Два месяца назад я был на востоке. Там, где на многие лиги вокруг лишь кактусы да пески. Сражался с некромантами. Ублюдки высунули головы из укрытий и начали форменную резню. Святые помидоры! Даже сейчас там очень жарко. А знаешь, в чем сложность борьбы с некромантами?
 
Я покачал головой.
– Любая царапина, нанесенная ожившим мертвецом, занесет в твою кровь трупную инфекцию. Одна гадина зацепила когтями нарукавник моего товарища. Так хорошо, что командир вовремя спохватился и топором отрубил бедняге руку. Правда, он все равно не выжил. Колдуны напирали, и мы не успели грамотно перевязать руку.
– Мне жаль.
Мы немного помолчали.
Музыканты закончили играть, переглянулись и затянули новую мелодию. За окном стемнело окончательно, поэтому барменша прошлась по залу и включила светильники на полную мощность. Светловолосый подросток начал потихоньку клевать носом.
Затем Бешеный Пес рассказал немного о себе, о том, как в мальчишеском возрасте объездил всю Большую Землю, исполнив запланированное путешествие, как стал элитным воином, как женился. Затем, в свою очередь, поинтересовался:
– Куда направляешься, Эван?
– В Марбург.
– О! В студенческий городок! По работе?
– Нет, взял небольшой отпуск. Хочу провести время с родителями, – не моргнув глазом, соврал я. – Ты бы лучше не рассказывал про ситуацию на востоке каждому встречному, Ричард. Сам должен понимать, поползут новые слухи, начнется паника...
– Я уверен, что ты не будешь трепаться.
Колеса поезда тоненько взвизгнули. Мы останавливались.
– Почему это? – удивился я.
– Да брось, Эван. Не пудри мне мозги, – витиевато выразился Бешеный Пес. В выражениях он точно не стеснялся. – Чиновник? Серьезно? Сделаю вид, что поверил в эту чепуху, но я слишком хорошо знаю людей и вижу – ты не так прост как кажешься. – Ричард откинулся на стуле, достал самокрутку, забил ее табаком. – Мне не интересны твои тайны, мне достаточно того, что ты неплохой парень.
– Смелое утверждение. Особенно учитывая, что мы знакомы неполный час.
– Интуиция меня еще никогда не подводила. Ты куришь? Нет? Тогда с твоего позволения, я выйду, подышу свежим воздухом, а заодно и попорчу себе здоровье.
Ричард улыбнулся и направился к выходу. Следом за ним двинулись солдаты, не прекращая оживленно болтать.
Лерво, прикорнувший за барной стойкой, очнулся и непонимающе помотал головой.
– А? Что? Где это мы?
– Остановились в Хайвеле на десять минут, – объяснила барменша и вернулась к разговору с Кальном.
Я отнес грязную посуду, затем вернулся к столику, размышляя. Ричард хоть и проницательный парень, но мне не нравилось, что он так быстро заподозрил неладное. Еще чуть-чуть и все мое прикрытие полетело бы в глотку Горному Великану. А впереди предстояла тяжелая работа, и если простой солдат за считанные минуты едва не стянул с меня маску, как же дальше работать с более опасными и хитрыми противниками?
Темноту за окном разбавляли тусклые огоньки курильщиков.
Снаружи послышался какой-то шум. Тихий. Я не обратил на это должного внимания, пока кто-то не вскрикнул. А после грянул гром.
Музыканты, как по команде, перестали играть и недоуменно переглянулись.
– Что это? – вновь встрепенулся Лерво. Его всклокоченные волосы подпрыгнули, когда голова мотнулась в сторону окна. Юноша старался понять, в чем дело.
Я же слишком хорошо знал, что это. Выстрел. В груди зародилось нехорошее предчувствие.
Бах! Раздался новый, на этот раз совсем близко. За окном началась возня – ругательства, крики, клацанье оружия. По наружной обшивке поезда с треском пробежалась череда пуль, я даже расслышал как одна рикошетом ударила в асфальтированный перрон.
– Да что там происходит? – барменша прижалась к окну, пытаясь что-нибудь разглядеть.
Я тоже хотел встать и посмотреть, но внезапно запахло озоном. Это было настолько неожиданно, что я остался сидеть на стуле. Темноволосый Кальн шмыгнул носом и стал принюхиваться, пытаясь найти источник запаха.
Вдруг пространство перед барной стойкой пошло волнами и взорвалось огромной чернильной кляксой, растекшейся по сторонам. Лерво вскрикнул и упал со стула. Кто-то из присутствующих зашептал молитву.