Сердце Зла (СИ)

— Сначала плата, — глухо ответил Ксиб.
— Хочешь конфиденциального разговора? — Голдсмит выпустил очередное облако пара, — Эй, колдун, повесь…
— Нет, — остановил его Ксиб, — Не надо пузырей. Поговорим при всех. Я хакер, как ты верно сказал. Как твоя игра отображает меня?
— Как мистера Смарта из Аризоны, — ответил Голдсмит, даже не заглянув в смартфон, — Но мистер Смарт жив и здоров, и находится в реале. А вот его гвоздь был украден еще месяц назад.
— Да, — прошипел рептилоид, — Я не Смарт. Его гвоздь у меня. Но сам я в реале в тюрьме. Освободи меня, когда все закончится. Тогда я помогу вам.
— Хм… — Голдсмит задумался, — Украденный у Смарта гвоздь не обнаруживается, так что я даже не знаю, где ты в реале, Ксиб. И никаких сообщений из тюрем о впавших в кому заключенных с моими гвоздями в носах я тоже не получал. Так кто ты такой? Где ты в реале?
— В тюрьме. Не скажу где, — зашипел Ксиб, — И кто я такой — неважно. Просто помоги.
— Неважно? — вспылил Голдсмит, — А если ты педофил, или серийный убийца, или насильник, или вообще какой-нибудь Сноуден, отбывающий восемь пожизненных за измену родине? Как я тебе тогда помогу?
— Ничего такого, — ответил Ксиб, — Я никого не убивал и вообще не совершал насилия. Против людей. И никакой политики. Я хакер.
— А я Фокусник, блядь! — заорал Голдсмит, — Ты в игры со мной играть вздумал? Почему ты не хочешь сказать, кто ты?
Рептилия молчала.
— Ладно, — махнул рукой Голдсмит, — У меня нет выбора. Обещаю здесь, при всех, вытащить тебя из тюрьмы любым доступным мне способом, где бы ты ни был, и кем бы ты не оказался. Когда все это закончится, и когда сервер вернется под мой контроль, само собой. Но для этого тебе все же придется назваться, иначе как я спасу тебя?
— Я назовусь, — согласился Ксиб, — Но пока что нет смысла. Пока не появилась возможность покинуть игру. А о моем теле в реале сейчас позаботятся без вас, Голдсмит. Там знают, что делать.
— Рад это слышать, — сказал Голдсмит, — Теперь рассказывай про данж.
— Я был там дважды, — зашипела рептилия, — Он каждый раз разный, система строит все иначе каждый раз. Но общая структура сохраняется всегда. Верхний уровень — темноэльфийские катакомбы. Ничего интересного. Ниже — еще катакомбы, нежить, мощная. Паладины должны справиться. Далее вглубь — голодные духи. Потом ловушки. Там нужно четко следовать моим указаниям. За ловушками — Залы Мыслей. Очень страшно. Можно сойти с ума. Потом — ничего, пустота. Ниже нее пещеры. Дальше подземные реки крови, там всегда разное. По ним дойдем до дворца. Путь наверх — то же самое, только наоборот. Где мы выйдем во дворце, я не знаю. Следовать моим словам, чтобы выжить. Не паниковать. Не уставать. Не ссориться. Это все.
Участники экспедиции мрачно молчали, доверия рептилия не внушала совсем.
— Сколько по времени? — спросил Голдсмит.
— Два дня минимум. Максимум неделя.
— Неделя? — возмутился брат Нилбог, — Я не хочу неделю тащиться по этому дерьму. Судя по описанию, там не очень.
— Возможно быстрее, — прошипела немногословная рептилия.
— Есть у вас жратва и вода на неделю? — спросил Голдсмит.
— Да, на всех, — доложил Децимус.
Голдсмит хотел что-то еще сказать, но в этот момент прямо перед ним приземлилась огромная юла, которая тут же разломалась пополам, и из нее вылез Фокусник.
— Я Фокусник! — представился он участникам экспедиции.
— Ты должен был придти еще полчаса назад, — недовольно взглянул на экран смартфона Голдсмит, — Ладно, вешай звуконепроницаемый пузырь, колдун. На этот раз он должен быть полностью непрозрачным, так чтобы никто не видел, что происходит внутри. Я желаю дать конфиденциальные напутствия некоторым из вас. Первый — Иван Гроза Нубов, и ты Фокусник тоже заходи. Потом Мелкая Буква. Потом целительница. Потом Мустакбаль. Пока я буду беседовать — к группе Восток не ходить, о вашей миссии им не рассказывать. Децимус, проследи.
Андрею все это очень не понравилось, но он вместе с котопауком и голограммой Голдсмита все же вошел в абсолютно черный пузырь, Фокусник поплелся туда же.
 
Атмосфера внутри пузыря, едва пропускавшего свет от волшебного кокона арахнидок, была мрачной, под стать настроению Андрея.
— Ты говно, и ты это понимаешь, — тут же перешел к делу Голдсмит, определенно обращаясь к Андрею, а не к Фокуснику, который уже успел наколдовать десяток иллюзорных голов Голдсмита и начал ими жонглировать, — Ты поливал меня помоями за моей спиной и собирался сдать всех игроков на милость Дахмы.
— Простите, сэр, — извинился Андрей.
— Однако же, мне понравилось, как ты очень глупо, но решительно попытался взять инициативу в свои руки, когда я исчез после не слишком успешных переговоров с Дахмой, — продолжил Голдсмит, — В тебе определенно что-то есть. Поэтому я оставляю Лунный камень тебе. Честно говоря, я не вижу смысла отдавать его группе Восток, им он точно не понадобится. Возможно, ты даже используешь камень, чтобы доложить мне о том, что новый Король коронован, и мы победили. Хотя я и так увижу это, когда сервер вернется под мой контроль. Однако не хочу лишать тебя удовольствия лично сообщить мне о победе. Кроме того, я позволю тебе видеть и слышать все, что будет сейчас сказано внутри этого пузыря. Мне нужно, чтобы хоть кто-нибудь из вашей экспедиции видел всю картину полностью, как я. Но болтать об услышанном в этом пузыре ты не будешь. Усек?
— Да, сэр.
— Замечательно. Эй, Фокусник, мне нужно записать три самодвижущихся картинки. Три видоса, иначе говоря. Все три ты отдашь Ивану Грозе Нубов.
Фокусник начертил какую-то сложнейшую руну, и у него в руке возникла кисть. Перед Фокусником появился мольберт, на котором был нарисован маленький живой Кормак Голдсмит, повторявший все движения настоящего голографического Голдсмита.
— Если вы видите это сообщение — значит Ксиб, Децимус и брат Инножд уже мертвы, — сказал Голдсмит, и копия на мольберте повторила все его слова, — Я приказываю передать командование Ивану Грозе Нубов. В ясном уме и трезвой памяти, ага. Это все, давай второе, Фокусник.
Андрей даже не знал, испугался он больше или загордился. Фокусник тем временем смахнул листок с мольберта и наколдовал второй листок, с новой движущейся копией Голдсмита.
— Децимус Суллиус Риаберрийский, — пафосно сказал Голдсмит, — Я, твой Создатель, приказываю тебе и твоим воинам убить брата Инножда, брата Ирортса, брата Нилбога и брата Нираба. Они — изменники. Это все, давай третий.
Фокусник снова обновил волшебный мольберт. На этот раз Голдсмит сунул к самым глазам Фокусника, которые видимо и исполняли роль видеокамеры, экран своего смартфона. На экране было фото одутловатого мужчины, чем-то похожего на брата Инножда. Мужчина был одет в неизвестную Андрею военную форму.
— Вот это ваш Инножд в реале, братья, — весело сказал Голдсмит, — Поручик Службы Тюрем Республики Сербия Йованович, с пятнадцатилетним стажем работы. Как вам такое? Я бы на его месте не стал скрывать от братьев столь прискорбный факт своей биографии. Все, Фокусник, вырубайся.
Мольберт исчез, а Фокусник протянул Андрею три листка с движущимися и говорящими маленькими Голдсмитами, Андрей сунул все три себе в инвентарь.
— Теперь заскринь карту дворца, — приказал Голдсмит Фокуснику, показывая карту на смартфоне, — Ее тоже отдашь Грозе Нубов, а потом проваливай к своим, в группу Восток. И о том, что здесь видел, не болтай. Впрочем, ты ведь обычно ничего членораздельного не говоришь, так что думаю, с этим проблем не будет.
— Я Фокусник! — напомнил Фокусник, и только потом отдал Андрею карту и покинул пузырь.
 
— Ты все понял, я надеюсь? — спросил Голдсмит.
— Я понял, что карта нам понадобится, чтобы перемещаться по дворцу, — честно ответил Андрей, — А зачем вы назначили меня командиром, приказали убить Грибных и рассказали про брата Инножда в реале — совсем не понял.
— Ожидаемо, — вздохнул Голдсмит, затягиваясь паром, и объяснил— Я не верю Грибным. Думаю, что они все еще работают на Орден. Но кто-то должен танковать в данже. И, кроме них, делать это никому. Эльфы Децимуса гораздо слабее, а про остальных и говорить нечего. Поэтому я хочу, чтобы Грибные умерли, когда вы дойдете до дворца. Первым ты покажешь видос, где я рассказываю про то, что брат Инножд — тюремщик в реале…