Эргоном: Восхождение берсерка (СИ)

— Покажите мне агриковы пули, — сказал я Виолетте, понаблюдав за мишенями. — Есть у вас здесь такие?
— Да, Ваша Милость. Несколько штук, чтобы бойцы понимали, с чем будут иметь дело. Сейчас мы ими не пользуемся, конечно, — девушка подошла к раскладному столу, на котором стояли ящики с боеприпасами. — Слишком дорогие. Да и незачем лупить ими по мишеням, — она протянула мне патрон, снаряженный пулей цвета красный металлик.
Конец был затуплен и распилен накрест.
— Разрывные, — кивнул я, вертя боеприпас в руках. — А что внутри?
— Полость и шарик ртути. При попадании капля врезается в стенки пули и усиливает эффект разрыва.
— Я знаю. Очень хорошо. Много у нас таких?
— Три ящика. В каждом по сотне патронов. И ещё один початый. Там сорок три штуки. У меня всё учтено и записано.
— Неплохо, — я вернул патрон Падшей. — Ладно, сейчас мне нужно кое-что объяснить бойцам. Соберите их вон там.
Пора заняться тренировкой снайперов всерьёз.
  
Глава 16
 
Погоняв пару часов стрелков, я устроил себе перерыв и отправился в покои, чтобы спокойно заняться медитацией, или, как называл её Павел, Ритуалом.
— Магическая энергия, — объяснял он мне, — разлита в воздухе в виде испарений крови Чёрного сердца. Тех самых, которые иногда выпадают в виде Чёрного ливня. Все мы дышим ими. Во время Ритуала аристократ преобразует с помощью симбионта эту энергию в Живу. Она всегда голубого цвета. Как только ты видишь, что окраска поменялась, это означает, что ты пополнил свой запас.
Усевшись в центре комнаты на ковёр, я подвернул ноги и закрыл глаза. Следовало сосредоточиться и обратиться к симбионту, чтобы «увидеть» энергию вокруг себя. Спустя несколько минут мне удалось различить нечто вроде мути, которая постепенно обретала вид тумана. Затем стали видны мелкие фракции, висящие в воздухе. Испарения напоминали чёрную пыль. По мере того, как я её трансформировал, она меняла цвет, приобретая нежный лазоревый оттенок. Вот только, если до сих пор всё происходило именно так, как объяснял Павел, в этот раз я заметил, что к голубому примешивается красный. И цвет получается ближе к фиолетовому. Что за ерунда? С чего такие изменения? Может, делаю что-то не так? Но я в точности следовал указаниям княжича. Хм… Надо бы позвонить и спросить, из-за чего такое бывает. Закончив Ритуал, я уже собрался было набрать номер дворца Шуваловых, но задумался: Павел не упоминал, что подобное случается; значит, что-то не так. Какая-то аномалия вкралась в мой ритуал, и у этого должна быть причина. Стоит ли сообщать об этом кому-либо? Привычка к осторожности заставила меня передумать звонить.
А после ужина, когда я отправился в зал поработать с Дарами, странности продолжились.
Обычно в темноте сознания, куда я «нырял», чтобы обратиться к Тени или Беру, мерцали две точки — зелёная и фиолетовая. Однако сегодня их оказалось три! Последняя, правда, едва виднелась и была совсем крошечной и тусклой. Я даже не смог до неё дотянуться. Она вообще никак не реагировала на мои ментальные усилия. Но третий огонёк существовал! Что это могло значить? У меня пробудился ещё один Дар?! Но с какой стати? Объяснения этому я подобрать не мог. И почему красный огонёк возник только сейчас? Он ли подсвечивал мою Живу? Вопросы росли, как грибы после дождя, и ни на один не было ответа.
Обнаружившаяся аномалия меня обеспокоила. Не напугала, но хотелось разобраться, что происходит. Поэтому, полчаса потренировавшись с Бером, я отправился в библиотеку и долго рылся в книгах, пытаясь найти объяснение. Не смог. И это напрягало ещё сильнее.
Около девяти у меня был урок фехтования. Есения пожурила за рассеянность. Перед сном я решил ещё раз заняться духовной практикой. Проверить, как пойдёт. И снова лазоревый свет оказался подкрашен алым. При этом Жива нормально усваивалась — никаких проблем с её накоплением не возникало. Может, всё дело в том, что у меня сразу два Дара? Но почему тогда в сознании появился третий огонёк?
Сделав уроки, я ещё раз поползал по библиотеке — с тем же результатом. Конечно, все книги просмотреть мне не удалось, однако я был уверен, что любые странности, если о них известно, должны быть описаны. Наверное, всё-таки придётся обратиться к кому-нибудь за разъяснениями. Анонимно. Вот только, как это сделать? Да и получу ли я ответы?
 
В общем, несмотря на длительную пробежку, которую я себе устроил, засыпалось плохо. Отрубиться удалось только после двенадцати.
Утром я встал не совсем выспавшийся, но контрастный душ и кружка крепкого кофе сделали своё дело. Яичница с беконом, стакан апельсинового сока и булочка с джемом окончательно меня взбодрили.
В школе было семь уроков. Последний — тренировка с Дарами. На этот раз я не волновался.
Нас вывели на полигон — так назывался овальный стадион, окружённый мощными бетонными стенами. По команде преподавателя мы призывали Дары и приказывали им атаковать — сначала инвентарь из различных материалов, а затем друг друга. Каждые пять минут спарринг-партнёры менялись. Это делалось, чтобы мы учились противодействовать разным Дарам. Приходилось придумывать что-то на ходу, хотя большинство занималось этим не впервые, почти всегда знало, что делать, и действовало вполне уверенно и успешно. Например, молнии противопоставлялась земля, огню вода и так далее. Сложнее было, если пламя требовалось сбить электричеством, например. Тогда адепт такого Дара создавал статический щит. Я внимательно наблюдал за одноклассниками, стараясь запомнить, что и как они используют.
Далеко не у всех в качестве Даров были стихии и природные явления. В том числе, у меня.
Как призрачному медведю противостоять огню, воде или молнии? Почти каждый раз мой Дар проигрывал. Ни одна из пяти техник не могла выдержать атак стихий. Единственное, с чем мне удавалось справиться, это с землёй. Бер просто разбивал любые образования когтями. Даже камни разлетались на раз.
С другими Дарами было проще. Например, когда мне достался партнёр, владевший стаей хищных птиц (призрачных, как и мой Бер), я поглотил их зелёным дыханием.
Драться друг с другом нас заставлять не стали. Видимо, это было слишком опасно. Но я не сомневался, что рано или поздно придётся делать и это. Значит, нужно разобраться, как справляться с разными Дарами. К сожалению, их видов имелось великое множество.
После урока мы с Артёмом отправились в кафе. У него проблем на занятии не возникло: парень просто погружал оппонента в ступор, овладевая сознанием, и на этом атака Дара противника заканчивалась. Идеальный вид боевой магии, если подумать.
— Сколько врагов ты можешь держать в прострации одновременно? — спросил я, пока мы уплетали пирожные с какао.
— Сейчас троих. Мой отец может управлять разом девятью сознаниями. Но это лучший результат в истории нашего рода. Он считается уникумом. Если я научусь держать под контролем семерых, будет очень круто. А что с тобой было сегодня? Твоего Бера лупасили почти все, кому не лень!
— Знаю! Не трави душу, — я изобразил уныние. — Понятия не имею, как противостоять стихиям. Или, например, тебе.
— То есть, как не знаешь?! — удивился Артём. — А почему ты ни разу не синхронизировался с Бером?
— Зачем? Что бы это дало?
— Как это что?! — снова поразился мой собеседник. — Ты вообще не в курсе, что у тебя за Дар, что ли?!
Я отложил ложечку, которой потрошил пирожное, и внимательно уставился на Артёма.
— Давай представим, что нет. Родители мне толком не успели ничего объяснить.
— До пятнадцати лет?! — не унимался Артём.
— Просто скажи, что хотел. Ладно?
— Ну, ты даёшь! Я в шоке, честно!
— Это я вижу. Ближе к делу.
— Ладно, если ты так говоришь… Хм… Всё равно, странно, конечно. Всем известно, что Бер — один из самых мощных Даров. Не только потому что при синхронизации носитель увеличивает в разы силу атаки, но и потому что в режиме берсерка становится неуязвим!
А вот это новость! Причём из разряда отличных. Если, конечно, парень прав и не преувеличивает.