Ревизор Возвращение в СССР 7 (СИ)

Засекли ее, что возвращается, за пару минут до этого — из окна, когда к дому подходила. Я лично засек — Дюма что-то плохо читался, и я много дежурил на этой наблюдательной позиции, хорошо знакомой с прошлой жизни. Сколько раз так своих детей ждал!
— Так, она идет, давайте договоримся, что будем делать! — ворвался я в гостиную, где отец и Галия пили чай с сушками. Единственной едой, что нашлась в доме. Нет, вчера было еды побольше, но ее, видимо, батя с «демонстратором одежды» слопали после удовлетворения страсти, — на Диану не орем, просто тихо беседуем. А кое-кому было бы неплохо извиниться за вчерашнее и пообещать, что больше такого не случится.
Отец, когда Диана вошла искренне пытался не злиться и не орать. Но надолго его не хватило. Все же не удержался. Начался поток слов про ответственность, про то, что она всех напугала. Диана слушала их с довольным видом. Видела, что отец злится, и получала сатисфакцию за вчерашнее.
Махнув рукой, я взял Галию за руку и увел на кухню.
— Давай с тобой будем правильно детей воспитывать, чтобы вот такого не было, а? — сказал я ей.
— Ну, мило прозвучало, конечно, — согласилась она с хитринкой в глазах, — но давай пока что пойдем в ближайший магазин, чтобы купить какую-нибудь еду и не помереть с голоду до того, как у нас появятся свои дети. Три сушки за день — это слишком мало для моего взволнованного организма. Давай, я буду лопать колбасу прямо на улице, а ты мне будешь дальше рассказывать про воспитание наших детей. Это будет необыкновенно прекрасно!
Я ржал, как конь. Галия ко мне присоединилась. Когда мы немного пришли в себя, то увидели, что Тарас с Дианой вошли на кухню и оба смотрят на нас с молчаливой укоризной. Мол, нашли время смеяться! Тут такой воспитательный момент! Дочка довела отца до истерики, и довольна этим, отец орет на нее, и тоже получает от этого удовольствие. А эти, понимаешь, ржут, как ни в чем не бывало! Выражение их лиц показалось мне таким смешным, что я снова согнулся от смеха. И Галия ко мне присоединилась.
Когда я разогнулся, Диана с Тарасом уже тоже вовсю улыбались.
— Ну что, мы с Галией за колбасой идем, — сказал я, — здесь нас подождете или присоединитесь?
Желающих оставаться дома не нашлось. Диана тут же призналась, что поняла, что плохо рассчитала свой побег, когда обнаружила, что все ее деньги остались в другой кофте, и ей пришлось просто слоняться по улицам все эти часы. Так что она тоже за колбасу и не готова ее ждать в квартире, поскольку опасается, что мы все сожрем прямо у кассы. В этот момент живот Тараса так забурчал, что стало понятно, что три сушки тоже не его обычная дневная норма.
 Глава 18 
 6 июля 1971 г. Москва.
Пока бегал утром по микрорайону, вспоминал, как прекрасно провели вчера вечер. Девчонки наварили по-быстрому макарон, обжарили с кусочками колбасы. С голодухи зашло на ура. Тем более батя решил снять стресс и взял-таки себе бутылочку коньяка. И понеслось…
Легли спать мы поздно. Песни не орали, но отношения немного на повышенных тонах повыясняли. Попытался донести до Дианы, что мы с Галией перед ней ничем не провинились, но были наказаны ею наравне с отцом. Так себя ведут подростки, а для взрослого человека этот поступок, мягко сказать, неадекватный. Если она будет так себя вести в студенческом коллективе, заработает себе репутацию инфантильной дурочки.
— Хорошо сказал, — похвалил меня уже изрядно набравшийся отец и чокнулся своей рюмкой с коньяком о мою кружку с чаем.
А Диана обиделась. Может, я и перегнул палку. Но пора сестре взрослеть. Лучше я её повоспитываю, чем злой коллектив ровесников.
Утро прошло в хлопотах и подготовке к пикнику в Бухте радости. Экзамен завтра, а сегодня отдыхаем. Девчонки делали бутерброды и решали, как лучше все упаковать, чтобы дорогу выдержало, и чтобы есть потом было удобно. Диана после своей вчерашней выходки вела себя прямо как образцово-показательная девушка. Разговаривала вежливо, не капризничала. Правда, ни меня, ни отца она уже этим примерным поведением в заблуждение не введет. Норов она свой показала по полной программе, иллюзий не осталось ни у кого. Собственно, как и доверия к ней. Обиды обидами, а убегать, никому ничего не сообщив в незнакомом городе, заставляя близких нервничать и переживать — это поступок абсолютно незрелого и ненадежного человека.
 
Пока девушки собирали еду и прихорашивались, я подбирал учебники, которые возьму с собой. Завтра сочинение, готовиться к нему толку особо нет. А вот географию вполне можно почитать. Надо поддерживать образ ответственного абитуриента. Но без фанатизма. Кинул в рюкзак один учебник и тетрадь. Таскать с собой лишние килограммы по жаре — такое себе удовольствие. Тем более, что мы с Лехой еще и покрывала с едой и напитками потащим. Не девушек же нагружать.
Батя с нами не поехал.
— Мне, в моём возрасте, уже хочется комфортного отдыха, — сказал он.
Никто из нас не стал уточнять, чем не комфортен отдых на пляже у воды. Мне-то всё было понятно, а девчонки просто ещё не понимают разницу между отдыхом на диком пляже и, допустим, на территории санатория на берегу Чёрного моря. Где к твоим услугам шезлонги, тут же душ с пресной водой, а в двух шагах номер с кондиционером и столовая.
Батя-то, наверняка, уже много чего повидал в своей жизни, кроме палаток, девственных просторов Якутии и полчищ комаров и гнуса.
Попрощались с отцом да вечера. Диана вела себя с ним холодно, но без лишней резкости. Извинился все-таки. Вывалились дружной гурьбой из подъезда. Леха, ожидаемо, уже был на месте и радостно приветствовал нас. За спиной у него был все тот же рюкзак, с виду увесистый. Тем не менее, он сразу подскочил и забрал у меня из рук одну из сумок. Рисуется перед Дианой по полной.
— Привет! — пожал я ему свободную руку. — Ты чем нагрузился так?
— Ну как, — смутился Леха, — учебники же взял. Да еще мать еды с собой напихала. Пирожки с повидлом сделала и целый термос морса лимонного. Он в жару отлично идет. И после него пить не хочется, в отличие от газировки.
— А мы бутербродов наделали, — радостно ответила Галия.
— И газировки набрали, — усмехнувшись, добавила Диана. — В магазин вчера вечером сбегали, чтобы сегодня не суетиться.
— Отлично. Похоже, с голоду не умрем, — подвел я итог. — Ну что, выдвигаемся на позиции?
Весело болтая, мы потопали к метро. Погода стояла солнечная, на небе ни облачка. Денек будет жаркий, чувствую. Эх, как бы не сгореть на солнышке. С другой стороны, это ведь не Святославль. Сметана в Москве точно есть. Так что прорвемся…
Приехали на место, прошлись вдоль пляжа подальше, нашли уютную полянку. Народу почти не было. Будний день все-таки, да и вступительная кампания идет полным ходом, так что молодежь занята сейчас. Хотя, думаю, в выходные здесь не протолкнуться. Сейчас же нашими соседями была пожилая пара с двумя детьми, явно внуки с бабушкой и дедушкой гуляют. И небольшая компания из двух парней и трех девчонок, расположившихся в паре десятков метров. Судя по возрасту, студенты явно.
Диана с Галией расстелили покрывала и рванули купаться. Моя просьба постелить покрывала в теньке ближе к деревьям была категорически отвергнута.
— А загорать как? — безапелляционно заявила Диана и повернулась, уходя к воде, давая понять, что обсуждать тут нечего.
Н-да, быстро в себя пришла, — покачал я головой.
В итоге мы с Лехой расположились чуть поодаль, где была хоть небольшая тень от деревьев и кустов. Леха согласился, неохотно признав, что читать учебник, когда солнце слепит глаза, затея не лучшая. Приятель практически сразу погрузился в чтение, а я делал вид, что тоже увлеченно читаю, поглядывая тем временем по сторонам. С большим удовольствием почитал бы сейчас один из романов из домашней библиотеки завкафедрой. Когда собирался, с трудом подавил в себе желание кинуть в рюкзак художественную книгу. Но непонятно, как Леха отреагирует, мало ли потом наслушается историй про тех, кто поступал иначе, чем он, догадается, почему я с художественной книжкой во время поступления сидел, и обидится на меня. Оставлять такие потенциально взрывоопасные мины себе дороже, вот и не буду этого делать. Так что без особого интереса листал учебник по экономической географии. Тяжело живется нам, блатникам, скучно…