Император желает услышать "Да" (СИ)

– Принцесса, – звучит голос Ро’уна за моей спиной, спустя несколько минут.
– Я была уверена, что эта дверь скрипит, – не оглядываясь на белого генерала, протягиваю без эмоций.
– Вы знали, что я приду.
– Я не хотела, чтобы ты приходил. Но ты пришёл, – перехожу на неформальное общение, раз уж он позволил себе посетить меня тайно.
– Хочу пояснить, что происходило на суде.
– Ничего не хочу знать, – перебиваю его холодно, всё так же сидя к нему спиной, – более того, считаю твоё присутствие здесь и этот разговор опасными для своей жизни.
– Хорошо, – звучит ровный ответ после бесконечно долгих секунд ожидания.
Полагаю, на этом визит был окончен, – и белый генерал покинул меня так же бесшумно, как появился... а сама сижу в кресле, глядя в окно и продолжая размышлять над странными обстоятельствами, складывающимися вокруг меня. Покровительство местного Бога, забота вдовствующей императрицы, неожиданное смягчение Каяна и попытка Второго генерала объяснить своё предательство… кажется, я успела получить в руки пару козырей, но ещё не осознала этого. Как не поняла – откуда именно они ко мне пришли.
Всё дело в Макоте?
Или в авторитете вдовы, пожелавшей разрушения Цай руками моего бестолкового кузена – в будущем?
Или есть что-то ещё?..
К слову, об Аэроне… Кузен был магом огня – и его сила проявилась с самого рождения. Именно поэтому его бесконечно баловали, с детства называя наследником Цай. С возрастом Аэрон стал настолько самоуверенным, что перестал слушать своего отца и даже решил отправиться с делегацией на север: судя по всему, чтобы самолично разобраться с обострившейся на границах ситуацией. Итогом стало его позорное пленение. Полагаю, не обошлось без защитных амулетов, гасящих всю магию вокруг, – ими часто пользовались в армии севера, поскольку магов среди рядовых бойцов практически не было… и, тем не менее, попасть в плен даже не к императору севера с его огромной армией и техникой Повелителя Грозы, а к клану мятежников! Это откровенно позорное пятно на репутации востока.
Когда дядя вызвал меня к себе и намекнул на то, что пропавшего неизвестно где наследника необходимо вернуть, – но сделать это бесшумно! – я решила, что проблема не настолько серьёзная. Иначе бы правитель Цай использовал отряд лучших магов, а не отправлял за сыном племянницу, сила которой им так презиралась… да, мне периодически давали понять, что я бесполезна для востока – то намёками, то прямым текстом из уст приближенной знати. Однако, когда я провела небольшое расследование и выяснила, что Аэрон пропал не в каком-то борделе на окраине государства, а на пути в империю Го, я напряглась.
Теперь же мне очевидно – дядя знал, что я не справлюсь своими силами, и знал, что в столице я выясню причину, по которой север так ненавидит Цай. Он отправил меня за Аэроном в одиночку по одной причине… он хотел, чтобы я совершила обмен.
И он хотел, чтобы я осталась в столице Го в качестве заложницы.
Он знал, кого мой жених ненавидит больше всего – и он бросил Каяну эту кость.
Что ж, я сделала всё, чего желал мой хитрый дядюшка, прекрасно осведомленный о том, что я никогда не наврежу кузену, чтобы не пошатнуть стабильность в Цай. И сегодня законный наследник востока отправится на родину.
Теперь вопрос – что со всем этим делать мне?..
Я вообще имею место, куда могу вернуться, или стоит сразу смириться, что на востоке меня не ждут? А если это так… то не стоит ли задуматься над тем, куда мне следует бежать – когда я получу такую возможность?
Поднимаюсь на ноги, прижав костяшку указательного пальца к подбородку под губой, и поднимаю взгляд на белого генерала.
…что?..
– Что вы здесь?.. – хочу было спросить, как начинаю отступать к стене, когда тот начинает сокращать расстояние.
– Он сдержался, – произносит Ро’ун, буквально прижав меня к подоконнику, – он не тронул вас... Аянэ… – его пальцы застывают в считанных миллиметрах от моих щёк. Я могу ощутить тепло, исходящее от его кожи, – Позвольте объяснить, что произошло на суде… – его прерывистый шепот начинает волновать меня, потому собираю всю волю в кулак и отталкиваю от себя брата Джая.
 
– Я уже сказала, что не нуждаюсь в ваших оправданиях, – произношу с холодом, – не заставляйте меня кричать о помощи и покиньте мои покои.
– Вы всегда доверяли мне, – терпеливо произносит белый генерал, – так почему сейчас…
– Я никогда не спрашивала вас, зачем вы помогаете мне – и зря. Манеры вашего брата теперь кажутся более предпочтительными, ведь на его счёт сложно ошибиться. А вы, словно змея, притаившаяся перед броском... – замолкаю, поймав себя на том, что перехожу на личности, – Я не хочу иметь с вами ничего общего, так что повторяю во второй раз – покиньте мои покои.
– Если бы я не проверял вас – был бы я достоин доверия моего императора? – спокойно уточняет Ро’ун.
– Мне это не интересно, – отрезаю ровно, – но, если вы хотите моей похвалы, то – да, вы достойны доверия, потому что хорошо выполняете свои обязанности. Мне только одно непонятно – что вы делаете в моей комнате?
– Пытаюсь объяснить вам, что на том суде спасал не только свою жизнь, но и вашу, – звучит ответ.
– Это я и без вас знаю. Цена моей жизни и вашего положения – моя разрушенная репутация, – отвечаю сухо.
Я не жалуюсь на память и прекрасно помню, что на суде из уст белого генерала в мой адрес не прозвучало ни одного прямого оскорбления – напротив, он давал мне четкую характеристику человека, не опасного для империи и её правителя. И Ро’ун нашёл идеальный выход из нашего сложного положения… Я признаю это. Точнее – была бы готова признать, если бы дело не касалось меня лично.
Ведь это меня он унизил.
И мою репутацию стёр в порошок – а не какой-то неизвестной мне дамы.
Но, что хуже всего, я не ожидала от него этого хода, потому что начала ему доверять.
Это только мой промах. А мои обиды на него – проявление моей же слабости... Всё, что сделал Ро’ун, так это воспользовался моей ошибкой, дабы спасти нам обоим жизни.
Всё остальное не имеет никакого отношения ни к политике, ни к деловым отношениям – а, значит, не имеет никакого значения на территории врага.
– Аянэ…
– Не надо ко мне приближаться! – предупреждаю его громким голосом и вытянутой рукой, – Неужели вы думаете, что я совершу одну и ту же ошибку дважды?!
– Не спите с ним. И попросите встречи с Гоу’ханом: я слышал, что вы беспокоились о нём при герцогине, так что у императора это не вызовет подозрений.
– Вы с ума сошли? – уже ничего не понимая, уточняю.
– Кивните, что запомнили, – просит Ро’ун.
– Убирайтесь из моих покоев, Второй генерал, – очень спокойно произношу, максимально гася свой гнев.
И напряженно застываю, впервые увидев это выражение на лице светловолосого северянина.
– Вы когда-нибудь целовались, принцесса?
Отступаю на шаг, слушая бешеный стук сердца, отчего-то вдруг сошедшего с ума…
Все прелести интимной жизни я планировала познать в браке… до новостей о ненависти Каяна. После клятвы Макоту интерес к такого рода делам совсем поутих. Однако…
– Не отвечайте, – произносит Ро’ун, затем в мгновение оказывается рядом и притягивает меня к своей груди… а также к тому, что было ниже!
– Вы же не посмеете… – не доверчиво протягиваю и едва не задыхаюсь, когда его язык оказывается в моём рту... горячий!.. Ощущения сносят меня потоком, вынуждая болтаться где-то на периферии сознания, тогда как моё собственное тело с удовольствием и лёгкой дрожью принимало всё, что творили с ним руки белого генерала... ещё... я хочу ещё!.. Это какое-то безумие! Почему мне так приятно?.. И куда, скажите мне, подевалась моя гордость?!
 
Прикладываю немалые усилия и останавливаю себя!!!
Выдыхаю, пытаясь остановить головокружение.
Крепко зажмурив глаза, опускаю подбородок и поджимаю губы.
...
Кинами, а ведь я действительно хотела этого поцелуя! Что со мной не так?!