Проповедь гуманитария (СИ)

Член братства начал вбивать в ухмыляющийся компьютер уравнение за уравнением. Так долго продолжаться не могло.
Знакочередующийся ряд компьютер выплюнул обратно в Алексея и ему пришлось бороться со своей же формулой. Повышение мерности до максимально возможной во Вселенной только истощило силы. Математик воззвал к безграничности.
Числовая бесконечность действия не возымела. Алеф-нуль был отослан отправителю. Омега не долетела и до половины. Эпсилон-нуль показался ничтожным.
Компьютер нанёс ответный удар. На главу корпорации посыпались поля, кольца и группы. Захлебываясь, математик кинул в соперника последние нерешённые примеры.
Перебрать все возможные варианты шахматных партий.
Отыскать алгоритм сбора бесконечномерного кубика Рубика с длиной грани, превышающей в тысячу раз обозримую Вселенную, если каждый квадрат на нём не более планковской длины.
Найти отношение количества доказательств к количеству теорем.
Задания должны были хоть ненамного замедлить вычислитель, но Алексей мгновенно получил ответы. Захлёбываясь, он крикнул:
— Этого просто не может быть!
Так кстати подвернувшаяся сфера сдержала удар. Но требовалось поторопиться, броня лопнет через пару аттосекунд. В отчаянии математик перебрал постулаты алгебры противника.
Ошибка в аксиоматике позволяла сопернику развивать чудовищную вычислительную скорость. Он не обладает свойством непротиворечивости, и одни его ответы перекрывают другие!
Боец метнул последнее, на что хватило сил: доказательство иррациональности корня из двух методом от противного.
Машина побледнела, ослабила давление, затем сняла его вовсе, вышла в трёхмерное пространство, став для Алексея невероятно плоской, и под конец даже не смогла поддерживать человеческий облик. Простейшее задание ввело её в ступор. Добить такого соперника не составляло труда, но математик просто отредактировал аксиоматику ЭВМ и удалился.
Голос, исходящий со всех сторон сразу, провозгласил:
— Экзамен завершён.
— Я получил S-класс? — полюбопытствовал воин.
— Нет. Седенионным математик становится, лишь одолев противника, — было ответом. — Ты же нашёл ошибку в его рассуждениях. Этого слишком мало для описания свершившегося сейчас. Ты высший.
  
Глава 8
 
Голубая звезда взорвалась около той части тела Двенадцатого, что вполне могла бы сойти за голову, если бы он не перешёл в энергетическую форму существования. Повелитель Математики выставил щит и швырнул в ответ антиматериальный красный гигант, окружённый тахионным куполом. Преодолев тысячу световых лет, он взорвался около ноги Шестого. Главный химик не ожидал удара и зашвырнул в Двенадцатого карликовой галактикой. Вычислитель уклонился.
Что у него за манера скатываться в ребячество и играть в снежки звёздами? Сам начальник пробирок и колб объясняет это необходимостью окончательно не утратить человеческий облик. Двенадцатый сдул с руки космическую пыль, поставив завесу туманности, но под ним уже пролетел жёлтый карлик. Чтобы не остаться в долгу, он выпустил россыпь коричневых звёзд и ушёл из поля зрения Шестого.
Борьба наскучила, хотя они распылили здесь менее триллиона объектов массы Солнца. Это ещё хуже, чем играть в футбол коллапсирующей сверхновой, в баскетбол — чёрной дырой или в бильярд — нейтронными звёздами. Великий математик соединил две точки пространства в одну и очутился на месте общего сбора. Они покидают Вселенную. Уже сегодня.
***
Небо над планетой было расцвечено всеми цветами радуги и ещё тысячами, сопутствующими им. Выделялись пунцово-красные линии лития, золотисто-жёлтое пламя натрия, фиолетовые пожары калия, алел кальций, светился ярко-зелёным барий, выступала тёмно-зелёными пятнами медь, призрачно-белый магний заливал верх. Казалось, все элементы слились здесь в самых немыслимых формах и формулах. Сама планета не отставала: высились холодно-серые скалы из титана, железа и марганца, прорывались тёмные силуэты кремния, медленно плыли в атмосфере из благородных газов облака серной кислоты и водяного пара. Пласты графита переходили в алмазные россыпи, причудливыми шапками лежало на горах золото, кипела в маленьких озёрцах ртуть. Но главное богатство скрывал центр масс планетарной системы: в причудливом танце слились семь нейтронных звёзд, две чёрных дыры и белый карлик.
 
Сотни миллионов лет назад гравитационная сила стянула громадное количество вещества, образовав это газопылевое облако, зажгла в нём звёзды и довела их до конечной стадии развития. Конспирологи поговаривали, будто здесь вела битву некая великая цивилизация, намного превосходящая человечество по возможностям. Результаты и цели сражения не уточнялись, однако было ясно: тянущуюся на сотни тысяч световых лет туманность могла сотворить только природа.
Всё это подлежало уничтожению.
Алексей сидел в одном из стеклянных павильонов и разглядывал публику через десятое измерение. Это было весьма интересно, ведь защита от прослушки и папарацци у большинства кончалась на пятом-шестом. Всего собралось более миллиона человек: высшее руководство и чиновники Никитинианской державы.
День империи всегда отмечался в этой стране с особым размахом. Празднества длились двадцать суток, по десять до и после события. Массовые шествия, демонстрации, салюты из взрывающихся звёзд, парады кораблей и приуроченные к этой дате сдачи объектов были лишь малой частью намеченных торжеств.
В этом скоплении рождались самые крупные звёзды, что приводило к их скорой смерти. Останки эволюции разбрасывались в окружающее пространство, а гравитация искривляла его, надёжно перекрывая любую возможность подобраться к ресурсам, поэтому сия кладовая долгое время была под запором. Лишь отчаянные старатели могли провести свои суда через превратности космоса, схватить вожделенную добычу и вернуться домой. Теперь подобный порядок перестал устраивать людей, и добыча должна пойти полным ходом.
Сегодня, в предпоследний день праздника, около безымянной планеты в крупнейшей туманности Септета состоится ввод в эксплуатацию нового корабля, идущего на смену «звёздным разрушителям». Для показания своей мощи будет необходимо низвергнуть с небес все объекты в центре системы и водрузить туда стандартную звезду силами одной машины. Планета, до того поливаемая радиацией и космическими лучами, послужит замечательной столицей сектора.
У вычислителя имелся тут и собственный интерес: корабль большей частью собирался на верфях «Копнерфальд Инкорпарейтед», и хотелось посмотреть на своё детище. Это в прямом смысле его звёздный час. Император обязательно заметит старания, подзовёт к себе и вкрадчиво спросит: «Какую награду желаете», а воин не попросит у него ничего кроме аудиенции на Эстивене-1, внутри сверхмассивной чёрной дыры, а там уж найдёт способ вытащить стержень.
Математик вспомнил старика Ральса. Во время их первой встречи тому уже было под двести, и держался он молодо, но годы берут своё. В этой Вселенной никому не дано жить вечно. До трёхсот тот ещё дотерпел, но потом сильно сдал и отошёл от дел, оставил Алексея главой совета директоров и удалился доживать свой век в карликовую галактику Кита, запретив беспокоить по делам бизнеса.
Конечно, акционеры будут не сильно довольны таким откровенно слабым поощрением за труды. Ну и ладно, он отбрехается им, что, стоя перед правителем половины космоса, не станешь требовать денег или власти. К сожалению, глава корпорации не мог просто так распоряжаться её имуществом, был подотчётен держателям ценных бумаг, должен был выполнять их поручения и обосновывать свои действия, зато у него имелась свобода манёвра. Иными словами, можно было сначала сделать, а потом объяснить, и до настоящего момента все разъяснения вполне устраивали совет директоров. Ну и, математик во главе — вопрос престижа, позволяющий идти на равный с «Ганс энд Найс Компани» и «Плазматик-Лейзер синдикатом».
Строило упомянуть, что компанию основали двадцать пять тысяч лет назад, в разгар войн за наследие единого человечества. Занималась она, в основном, подрывом звёзд и была сильно милитаризирована. Нет способа принудить планету к сдаче лучше, чем пригрозить развеять ближайшее к ней светило. Шли тысячелетия, и контора приспособилась к мирной жизни, устраивая вспышки только с целью ускорения нуклеосинтеза, так как ждать полного выгорания сначала водорода, потом гелия, углерода и далее до железа, облучать атомы нейтронами до свинца и сжимать в уран и калифорний не было времени: процесс этот занимал миллиарды лет. Потом последовал захват рынка переработки, получение доступа к производству продуктов питания из органических соединений, выполнение контрактов на строительство кораблей и прочее. Сейчас корпорация подмяла под себя до трёх с половиной процентов человеческой экономики и не собиралась останавливаться на достигнутом. А всё потому, что когда-то ею на работу был приглашён математик из числа разорванного Ордена.