Ваше Сиятельство 3 (СИ)

Ковалевская будет сегодня на похоронах — так она сказала в эйхос-сообщении, и Талия будет. Вот это не очень хорошо. При страсти баронессы говорить и делать глупости, может выйти очень неприятный конфликт. Пожалуй, она и Ольга несовместимы, и возможно, на похоронах мне предстоит пережить еще одну неприятную сцену.
Эйхос, лежавший на стопке книг, пискнул новым сообщением. Я интуитивно почувствовал, что сообщение от баронессы, нажал боковую пластину, чтобы его прослушать:
«Саша! Отец вообще свихнулся! И чего я поперлась домой! Бля*ь, пиз*ец! Наорал на меня, хочет, чтобы я сидела дома! Рука ему, видите ли, моя не нравится и одежда. Я ему объясняю, что рука из-за волка — наврала три короба про вчерашнее. А одежда такая, потому что у меня похороны. Он не понимает. Скажи ему, что я пойду с тобой, на похороны твоей подруги! Прямо сейчас скажи!».
М-да, вот ситуация. Конечно, это проявление моего эгоизма, но то, что Евклид Иванович не пускает дочь на похороны — это очень хорошо. Не буду я ему сейчас наговаривать сообщение. Подло с моей стороны, но я не всегда бываю хорошим и во всем честным. Эйхос пискнул в моих руках еще раз. Я прикрыл глаза, проверяя интуицию. Кто?.. Точно не Талия. Кто-то из моей школы. Я частично перенесся на тонкий план — там интуиция работает намного точнее. Сосредоточился и в то же время расслабился, отпуская все ментальные зажимы, превращая сознание в пустоту. Проще простого было просто посмотреть от кого сообщение, но мне такие упражнения нужны, они не просто забавная игра с самим собой, но и повышение уровня интуиции, прокачка ментальных способностей и аджна-чакры. Итак, сообщение от кого-то из моей школы, но не моего класса. Рамил Адашев? Нет… девушка. Ленская.
Я открыл глаза, нажал пластину на эйхосе и услышал ее голос, приятный, таинственный, чарующий:
«Саш, привет… Почему ты не ходишь в школу? Надеюсь, увидеть тебя сегодня на похоронах. Ты мне очень нужен. Очень!». Потом пауза и еще несколько слов: «Ты мне снился и я о тебе думала».
«Черт… Астерий, от тебя исходят опасные флюиды и надо с этим что-то делать. Очень нехорошо, если тебя со всех сторон начнут атаковать дамы, которых ты хочешь и даже которых совсем не хочешь» — сказал я себе.
Да, эта проблема мне знакома по многим прошлым жизням. В свое время я прокачал свою привлекательность на уровне энергетических тел. Глупо было с моей стороны — хотел понравиться одной непреступной эльфийке, в то время как был ее слугой, обычным человеком. И да, госпожу Иоллану я тогда сразил и стал известным ловеласом сразу в двух королевствах. Но сейчас, по пришествию многих жизней, я понимаю, что не стоит менять данную тебе Создателем гармонию. Надо лишь понять ее и жить в согласии с ней. Я это понимаю, но случается так, что те девушки, которым я хочу понравиться, очень быстро сами начинают тянуться ко мне. Конечно, не все и не всегда, но такой эффект есть, и он переходит со мной из одной жизни в другую.
Свете Ленской нужно было что-то ответить, и я сказал:
«Привет, дорогая. Я обязательно буду в пятнадцать тридцать на кладбище. Я тоже думал о тебе. Твои слова, что я тебе нужен звучат интригующе. Теперь мне просто не терпится…».
Вот как мне теперь еще выкроить время на Ленскую?
Оставшееся до обеда время я занялся школьными дисциплинами, сделал упор на общую механику и биохимию. Обед я провел в гордом одиночестве: мама не спустилась — наверное спала, прислуживала мне Надежда Дмитриевна, которая, выставив тарелки и чашки, тут же удалилась и появилась лишь когда я допивал компот. А вот Ксюша — ее я встретил в коридоре на втором этаже. Когда шел к своей комнате она в тот момент вышла из ванной с моющим набором, и мы едва не столкнулись. Увидев меня, она снова превратилась в спелую клубнику лицом и тут же юркнула в ванную обратно.
— Ксюш… — я зашел следом, — ты, наверное, до сих пор переживаешь сказанное баронессой Евстафьевой?
У меня не было цели очередной раз вводить ее в смущение. Наоборот, я лишь хотел показать, что она может воспринимать меня проще и без лишних волнений.
 
— Простите… Пожалуйста, простите ваше сиятельство, — выдавила она, отступив к умывальнику.
— Тебе не за что извиняться. Полагаю, это Талия должна извиниться, что потрепала тебе нервы. Уж ты ее извини — она такой человек, что говорит иногда крайне неуместные вещи, — сказал я, подойдя к ней вплотную, и взяв ее пухлую белую ладонь.
— Спасибо, — прошептала она и закрыла глаза.
— Ксюш, меня не надо бояться и так смущаться, — продолжил я. — Мне кажется тебя пугает каждое прикосновение. Давай ты сейчас переступишь эту непростую для себя грань. Наберись отваги — потрогай меня. Потрогай мое лицо.
— Но, Александр Петрович я не смею вас прикасаться, — тихонько выдавила она.
— Это кто тебе такое сказал? — улыбнулся я. — Сделай это, как смелая девушка.
Она очень нерешительно подняла свою руку и дрожащими пальчиками коснулась моего подбородка.
— Правда, это не страшно? — я ощутил, как холодны ее пальцы.
— Страшно, — ответила Ксюша, но на ее конопатом лице появилась рассеянная улыбка.
— А если я сделаю так, — я приподнял край ее длинной юбки, — тебе понравится?
Пришлось немного повозиться, пока моя ладонь добралась до ее голого бедра.
— Ну? Нравится? — повторил я, поглаживая ее гладкую кожу очень близко к трусикам.
— Да, — выдавила служанка, крепко зажмурив глаза. — Вы хотите сейчас сделать то, что сказала баронесса?
Вот что мне сейчас ответить? Ведь обижать такую скромную девушку совсем не хочется. И что ее больше обидит, если я скажу «нет» или «да» и сделаю это?
 Глава 9 
 Южные Сады Персефоны 
Все решила за меня мама. Графиня имеет свойство появляться очень «вовремя», даже тогда, когда ожидаешь, что она мирно спит. Вот и в этот раз, когда мои пальцы оттянули резинку трусиков служанки, чтобы проверить что скрывается под тонким батистом, я услышал, как открылась дверь в коридор. Ксения отскочила от меня, мгновенно превратившись из спелой клубники в зеленую. В самом деле, от понимания, что открылась дверь в покои графини и Елена Викторовна идет скорее всего сюда, служанка едва ли не позеленела. Ее ротик в ужасе приоткрылся, но, слава богам, не издал ни звука.
— Спокойно, — негромко, но убедительно сказал я ей. — Ты здесь убираешь, а я просто зашел помыть руки и попросить подать мне в комнату чай, — и, под звук приближающихся шагов Елены Викторовны, добавил достаточно громко: — Тот самый который ты маме предлагала с травами. И сделай это поскорее, потом здесь уберешь.
В этот момент дверь в ванную открылась, мама вопросительно и молча смотрела на меня.
— Не спится? — повернув бронзовый рычажок с дельфином, ополоснул руки. — Сейчас Ксения приготовит чай на травах, присоединяйся к чаепитию в моей комнате. В столовую не хочу спускаться — надо успеть хоть немного поработать по нашему проекту с Жоржем Павловичем. Он ждет от меня результатов, а я все никак не найду время.
При упоминании графа Голицына в глазах графини отразилось что-то вроде удовольствия и гордости за меня.
— Нет, тогда не буду мешать. А чай — неплохая идея. Ксения, мне тоже принеси в комнату. Только через час, сначала хочу принять ванну, — Графиня вошла, повесив на крючок под рельефом Амфитритой бархатный халат с золотым шитьем. И добавила: — Смени полотенца. Это здесь висит уже второй или третий день.
Ксюша со словами: «Да, ваше сиятельство!» — тут же вылетела из ванной.
И я вышел, направляясь к себе. В коридоре призывно пискнул эйхос. Снял его с ремня и обнаружил сообщение от графа Сухрова:
«Привет. Ты же поедешь на похороны? Извини, вопрос глупый — ты не можешь не быть на прощании с Айлин. Если не против, примерно в четырнадцать тридцать заеду за тобой. Скажи „да“, если согласен».
Я нажал кнопку и произнес: