Маг и Отшельник (СИ)

Я думала, продолжать ли глумиться над ним (это все-таки чревато), или снизить градус общения, но тут у Лисина зазвонил телефон.
– Да, Петрович… В смысле где? Я на задании… Что? Куда? Я на слежке, – понизив голос, добавил капитан. Ага-ага, на слежке. Сложно ведь наблюдать за привязанными к стулу людьми, которые никуда не денутся, даже если очень сильно этого захотят. – Что?! – резко крикнул он, и мы с Лелькой вздрогнули. Взор, которым меня одарили, не сулил ничего хорошего – ни в этой жизни, ни в следующей.
Повесив трубку, Лисин завопил:
– Ты на кой черт сказала Зиминой, что я опасен и что это я ее ударил?!
– На тот черт, что ты опасен и именно ты ее ударил. Или я что-то не так поняла? – невинно захлопала я ресницами. – У тебя есть сообщник, да?
– О, капитан, – подхватила Лелька, – у вас, похоже, осталось очень мало времени. Даже до недалеких ваших сотрудников, которые почему-то ни разу вас на экспертизу вменяемости не отправили, скоро все дойдет. Отпустили нас и валите из страны, еще успеете…
– Слышь, бабка Ефросинья, – обратил свой гнев Лисин теперь на мою подружку, – ты меня не зли, а то так разукрашу, что своему статусу начнешь соответствовать. «Много повидала на своем веку», – припомнил он мои слова, – и все такое. Только даже дедки уже на тебя не посмотрят, смекаешь?
– А на что мне дедки, у них ничего уже не работает!
– Ле… – я не успела ее предостеречь, и следующий кулак прилетел ей в скулу, а не мне. Ну, что поделать. Надо чувствовать, когда пора остановиться. Я вот тоже один раз себя не уберегла. И, думаю, не последний. Вопрос, как быстро ждать подмогу? С одной стороны, полицейские не поверили в виновность коллеги и предупредили его, и это вроде плохо. С другой, он знает уже сейчас, что может запахнуть жареным, и, возможно, это как-то подстегнет его сбежать? Только вот Лелька зря считает, что перед тем как «свалить из страны», он так просто возьмет и отпустит нас, будто ничего и не было. Так что лучше бы его все-таки не предупреждали, а по-тихому отследили перемещения по GPS, GSM или чем там пользуются современные служители порядка в поисках…
Ну вот, зря я расслабилась и об IT задумалась: Лисин подошел ко мне и приставил лезвие ножа до ужаса близко к моему глазу. Лучше бы ударил…
– Последний раз спрашиваю, дорогая ведьмочка. Где он?
Ну, вот что мне делать?..
– Зря ты не веришь, я же говорю: он мертв. – Я заметила, как напряглись мышцы руки, и поняла, что сейчас произойдет что-то очень плохое для моего здоровья и внешности, посему быстро заговорила: – Только он не тогда умер, когда все думают, а значительно позже… Но мертв.
– Ага, становится интересно. Ты знала?
– Что? – удивилась я и подняла на него глаза. Оказалось, он спрашивал Лельку.
Подруга была так напугана, что только и смогла молча покачать головой. Не знаю, что сильнее ее поразило: тот факт, что я едва не осталась без глаза (а значит, враг свирепее, чем мы думали изначально), или мой ответ.
– Рассказывай! – он дернул меня за волосы. – Все тянуть из тебя надо?!
– Пока ты тянешь только волосы…
Ну вот, напросилась. Ударил снова. Теперь по голове, из-за чего у меня в ушах появился какой-то странный звон, а комнату заволокло туманом. Видимо, удар как-то и на зрение повлиял. Но думать над этим некогда. Нужно выдать ему правдоподобную историю. Глаз не выколол – и то ладно. Авось нас успеют спасти до того, как я стану инвалидом.
Он снова приложил к моему лицу нож, и я заговорила.
– Алекс сам на меня вышел, когда я уехала в другой город.
– М-да? А почему именно в этот город?
Но меня так просто не сбить.
– Ты неправильно понял. Это не я приехала в тот город, где буйствовала секта. Это ко мне приехал Белогвардейцев, а уже на месте создал секту.
– И ты ему помогала…
– Нет! Клянусь, это не я! Я бы не стала заниматься такими ужасными вещами!
– Ага, а то, что ты творишь сейчас – разве не ужасные вещи? Твой портрет нарисовался очень быстро, скажу я тебе. Мерзкая циничная тварь, которая разводит на бабло людей в интернете. Кого-то сиськами и мордашкой, а кого-то – верой в эзотерику и жаждой узнать будущее.
 
– Я же не убивала никого! – повторила почти точь-в-точь Ольгин аргумент. – Неужели ты не понимаешь, что развести кого-то на пятьсот рублей, а именно столько стоит расклад, это одно, а заставить несчастных девочек выпрыгивать из окна – это вообще другое! Я не способна на это!!
– Пятьсот рублей, говоришь, ага, – задумчиво молвил наш похититель и даже потер затылок, мол, думаю над этим. – А как же жена бывшего депутата Леонтьева, которую ты заставила опрыскать мочой бездомных животных свою одежду и ходить в ней неделю, не снимая и не принимая душ? С которой ты взяла, кстати, далеко не пятьсот рублей. Ты что, еще не поняла? Я слежу за вами обеими довольно давно. Слишком давно, чтобы можно было не понять, что вы такое…
– Ну так грохни нас, если понял, какие мы! – встряла Лелька. Лучше бы молчала, ей-богу, чем такое говорить… – Че ты тянешь кота за яйца?
– Ой, как грубо, матушка Ефросинья, или как там… Бабушка. Для бабушки вообще непотребщина, ведь бабушка – это другой уровень, так? Я бы грохнул вас, – другим тоном, более серьезным, заговорил он, – легко и просто, но мне нужны не вы. Мне нужен ваш духовный наставник. Убью я двух корыстных куриц, а дальше придут такие же. Нет, рыба гниет с головы. Убивал я только для того, чтобы вас напрячь, чтобы вы выдали себя – это во-первых, и чтобы поняли, что шутки со мной плохи – это во-вторых. Я и так уже много времени на вас угробил. Вы прекрасно знаете, как далеко я могу зайти, однако до сих пор не ответили на мой вопрос. Ну не курицы ли вы тупые?..
– Алекс мертв, – повторила я, – я видела его смерть своими собственными глазами! Ну подумай же ты, если все так хорошо и легко, если у нас секта и прихожане на потоке, и менты у нас прикормленные, ну зачем же мне возвращаться сюда и кривляться на камеру за тысячу рублей в час? Я бы осталась с ним там!
Лисин нахмурился. Наверняка он уже думал об этом, и у него есть какой-то аргумент. Но мне нужно услышать этот аргумент, чтобы его разбить. Иначе я очень быстро проиграю в споре, ежели не понимаю, что в голове у оппонента, а это чревато серьезными последствиями. Капитан, невзирая на подчас неадекватное поведение, все-таки человек логического склада ума, как мне видится.
Но вместо того чтобы оспаривать мои доводы, он поднял канистру воды с пола и задал новый вопрос:
– Кому ты это везла?
Блин, что ж такое…
– Себе.
– Да? – Судя по интонации, он явно не поверил.
– Видишь ли, у меня есть тут домик на курьих ножках, оставила соседка. Помнишь, где квартиры то сдают, то не сдают? Вот хозяйка этой квартиры была бабушкиной подругой. Я за ней ухаживала, когда она болела перед смертью, и она мне домик сей оставила. Дочь ее, которая квартиру теперь сдает, пыталась это оспорить, но не смогла. Ну и плюнула, потому что дом сам видишь где. Ну то есть… – я осмотрелась. – Я не знаю, где мы сейчас, но ты помнишь, какой адрес я называла. Деревня далеко от всех благ цивилизаций, так что даже земля дешевая, а дом вообще доброго слова не стоит, ни газа, ни канализации, только электричество и водопровод. Вот я и хотела заныкаться на пару деньков, потому что прятаться у Лельки уже не могла. Ты, видишь ли, сумел посеять зерно сомнения… Да еще этот Генка…
– Кто?
– Да ухажер мой незадачливый… Не важно. Короче, я решила отсидеться в деревне. Это все можно проверить. Тем более тебе, как менту. И что бабка завещание оставила, и что есть у меня бывший сокурсник Геннадий Крупов, который постоянно названивает. Возьми распечатку звонков, ну и… – Я пожала плечами.
– Это все, конечно, очень хорошо, только твои… – далее шло весьма некультурное слово, обозначающее тех, с кем я якобы состою в интимной связи, – меня слабо интересуют, а твое имущество я проверил, никаких домиков в деревне за тобой не числится. Ты, по-моему, так и не поняла, что врать мне нельзя…