Маг и Отшельник (СИ)

– Этот человек был вашим поклонником и безвозмездно перечислял деньги через специальную программу во время ваших трансляций, то есть выходов в прямой эфир, так? – Я кивнула. – И называл он себя «СанСаныч», в одно слово, и утверждал, что вашими снимками заклеены все стены его спальни? – Я снова кивнула. Вячеслав придирчиво осмотрелся. – Ну, здесь я вижу только одну стену с вашими фотографиями.
– Скриншотами.
– Без разницы.
– Вот именно, что без разницы! Он просто преувеличивал, все этим грешим! Но я уверена, что это именно он!
– Но почему?
Я вздохнула. Пришлось рассказать ему, что Саныч вел себя очень странно последние дни, весь чатик заметил. Судя по выражению лица моего визави, этот аргумент им вообще не принимался во внимание.
Наконец я воскликнула:
– Ну можно же выяснить, под каким ником он заходил на сайт трансляций!
Лисин быстро кивнул.
– Эксперты по информационным технологиям уже забрали его компьютер и все девайсы на исследование. Был ли этот человек «СанСанычем», или нет, мы узнаем очень скоро.
А чего тогда меня пытал, спрашивается? И тут до меня дошло.
– Погодите… А второй труп! Который в подъезде! – Я так волновалась из-за всего, что происходит, что сморозила глупость: – Или это не связано?
– Ну как же? Мы предполагаем, что это приятель убитого, настоящее имя которого, кстати, Федор Александрович Мазин, вам о чем-нибудь говорит? – Я покачала головой. В тот момент я даже не подумала о том, что он не Александр вовсе. Но интернет – он и есть интернет, чему, собственно, удивляться? – Вот, пока удалось установить, что убийца провел какое-то время здесь вместе с телом Мазина, пока к Мазину не пришел некто Сидоров, который, очевидно, забеспокоился, что Мазин не выходит на связь. Во всяком случае, с телефона Сидорова осуществлено много звонков на номер Мазина, все без ответа.
– Убийца, выходя из квартиры, столкнулся с Сидоровым? Не повезло парню, – нахмурилась я. – Приди он на пару минут позже…
Лисин покачал головой.
– Нет, положение тела говорит о том, что он как раз убегал от убийцы. То есть он зашел в дом, имея, по всей видимости, свои ключи. Вряд ли бы преступник открыл ему дверь. А может, дверь была не заперта. Увидев тело Мазина или постороннего в квартире, Сидоров бросился бежать, но убийца его настиг.
– Капитан Лисин, не слишком ли много рассказываешь… – насупился какой-то мужичок в летах, но вроде как в шутку, ибо чувствовалось, что и строгий тон, и официальное обращение «звание-фамилия» – не что иное, как притворство.
– Она ни при чем, – нахмурившись, ответил Лисин с таким недовольно-разочарованным лицом, что мне захотелось и плакать, и смеяться одновременно. Сдалась я ему! Прямо хочет чувак, чтобы я оказалась виновна, и бесится, что пазл с картинкой «убийца Кассандра Князева, магический блогер» не складывается. Серьезно, что такого я ему сделала?
– Спасибо, что не подозреваете, – язвительно улыбаясь, поблагодарила я.
– Постойте-ка, – вдруг вспомнил что-то капитан, – а в какой день, вы говорите, он начал странно себя вести? Ну, ваш этот поклонник… дунатер.
– Донатер Саныч? Хм, дайте вспомнить…
После того как я назвала дату, Лисин полез в свой блокнот что-то там сверять, затем резко потребовал:
– Мне нужна запись ваших последних трансляций! Надеюсь, они сохраняются?!
– Да, а в чем дело?
Но капитан не ответил: ему пришлось принять звонок. Оказалось, что спецы по электронике совершили первичный осмотр и в ответ на его запрос уже смогли дать ответ: именно с компьютера, изъятого из этой квартиры, заходили на сайт, где я веду трансляции, и именно под таким ником – «СанСаныч». Финансовая информация придет позже, но думаю, в нее попадут все переводы, которые он мне делал.
И только после общения с айтишниками Лисин сподобился удовлетворить мое любопытство.
– Дело в том, что по датам неотвеченных звонков, а также по состоянию тела, мы установили предварительно время смерти. Судебные медики скажут точнее, но, скорее всего, Мазин был убит еще семь дней назад. А значит, на последних двух трансляциях с вами общался его убийца.
   
6
 
* * *
– Попалась! – повторил он, и словно ураган достиг моего лица, хотя это было всего лишь его хищное дыхание.
Я попыталась вырваться, но этот маньяк припечатал меня к одной из прямоугольных колонн, находящихся в холле неподалеку от входных дверей.
– Что ты делаешь?! Пусти меня! Псих!
– Ну-ну, ты переигрываешь… И перестань брыкаться, ты мне чуть в причинное место не попала!
И сами слова, и обиженный тон меня насторожили. Я даже сопротивляться перестала.
– Погоди, что значит «переигрываешь»?
– Ну, мы же повторяем сцену из «В темноте»! Фильма моего приемного деда!
– Триллер?! Ты мне триллер решил устроить?! Я напугалась до чертиков!
Темнота завибрировала непониманием. Размытое бледное пятно возле моих глаз, скорее всего, демонстрировало яркую мимику, только, к сожалению, отсутствие нормального освещения не позволяло это увидеть.
Наконец Алекс выразил свое удивление при помощи слов:
– Блин, я думал, тебе так нравится!
Он отстранился, достал зажигалку и покрутил колесико. Стало чуть-чуть светлее.
– Проклятье, я чуть не навернулся в этой темноте, пока тебя искал!
– Зачем ты гнался за мной?!
– Ну как же? Маньяк бежит по пятам, спасения нет, дом заколочен, мы совсем одни… А? Каково?
– Идиот!
– Ты разве не этого хотела?
– Нет!
– Ты же фанатка Федорова!
– И что?!
– Не верю! – Он снова прижал меня к колонне и полез под подол, при этом горящей зажигалкой едва не подпалил мне волосы.
Я оттолкнула его и засветила оплеуху.
– Ах ты… – Глаза полыхнули злобой, щеки надулись, будто сдерживая порыв отборного мата, но он сперва помолчал, а затем только соизволил сказать: – Ты хоть знаешь, какая между нами пропасть?
– Догадываюсь теперь, – с намеком ответила я. Только вряд ли он понял. Такие самодовольные индюки никогда не признают, что кто-то лучше, чище, порядочнее, правильнее. Они ставят себя выше других, ссылаясь на деньги, связи, звездных членов семьи и прочий материальный либо тщеславный хлам, а не моральные качества.
– Ты никто, чтобы бить меня. Любая душу продаст, чтобы быть на твоем месте. Даже твоя лучшая подружка.
– Вот и катись к ней! – со злостью ответила я, потому что он наступил на больную мозоль. Маринка и впрямь продала и меня, и нашу дружбу, как только Алекс замаячил на горизонте. И что-то мне подсказывало: так поступили бы очень многие, окажись они на ее месте. Самое страшное в этом не предательство само по себе, а тот факт, что я дружила все это время с глупой курицей, которая реально не понимала, что Алекс ничего этого не заслуживал.
– Ну и оставайся здесь, в темноте и одиночестве. Подумай над своим поведением.
С этими словами он вручил мне зажигалку в руки и побежал к лестнице.
Я какое-то время стояла в оцепенении. Руки и ноги не слушались, последние резервы организма ушли в головной мозг: я пыталась думать. Что только что произошло? Он, оказывается, меня разыгрывал? Устроил погоню «маньяка» за «жертвой»? Повторил сюжет фильма, который я даже не очень помню, потому что смотрела один раз в детстве. Да, я сказала ему, что люблю режиссера Федорова, но я имела в виду другой фильм. «В темноте» слишком чернушный для меня, после просмотра этого фильма меня пару дней мучили кошмары. Кино явно не для детей, и именно поэтому Федоров не так известен, как тот же Гайдай. «В темноте» не будешь смотреть на семейных праздниках под оливье и тортик.
Слыша шаги уже где-то очень высоко, а потом вдруг резкое матерное словечко (Алекс споткнулся, ибо по-джентльменски уступил даме единственную зажигалку), я поняла, что сглупила, ведь я просто умру здесь. Даже с источником света. У меня ни еды, ни воды, ни денег, ни телефона. Маринка вряд ли после нашей ссоры пойдет меня искать. Решит, что она победила, а униженная и оскорбленная соперница, вдоволь наревевшись в маленькой полупустой комнате, позорно сбежала домой. Остается уповать на маму, но искать она меня начнет при помощи звонков на телефон, которого у меня при себе нет. Заметит ли кто, что сумка одного из гостей осталась в прихожей, как и кожаная куртка? Только когда все уйдут. Хотя та же Маринка, одеваясь, должна будет ее заметить. Но, может, она решит, что я тусуюсь на крыше, что у нас там какой-нибудь бассейн под звездным небом, психанет от ревности и уйдет самая первая. Так, а остальные кто? Олеське уж точно я, простите, до фени, как и все остальные люди. Оля и Света? Да, они, возможно, заметят, что я пропала, а одежда осталась. Но так как мы пришли с Маринкой и именно она числится лучшей подружкой, вряд ли будут особенно меня искать. Вроде как ответственность всегда лежит на тех, кто тебя привел на вечеринку, с Маринки и спрос. И нашу ссору с разлитым вином они не видели, ведь я побоялась предстать в таком виде перед людьми. Вопрос: что им сказала Маринка? Наверно, сказала, что я ушла. Все ждали нашего вальса с Алексом. Вопрос теперь в том, что скажет сам Алекс…