Прощай, одиночество!

— Спасибо за комплимент. По правде, моя работа — обеспечение безопасности лыжников. Все остальное, включая финансы, в других руках, слава Богу.
— Расскажите, — довольно искренне попросил Крис. — Что до меня, то я до ужаса боюсь оленей. К счастью, они обходят меня стороной.
Тем временем Милейн, едва не дрожа от напряжения, старалась завязать беседу с Эмбер. Но та отвечала только «да» и «нет». Крис и Тэннер говорили на свои мужские темы. Вскоре они нашли нечто общее: оба понимали свою ответственность за чужие жизни.
— Не пора ли сделать заказ? — Крис поднял руку, привлекая внимание официанта. — Попытайся мы оба хотя бы один день провести в шкуре друг друга, не знали бы, кого благодарить за то, что мы то, что есть.
— Наверное, — согласился Тэннер.
Подошел официант, и Тэннер, переговорив с Крисом, заказал два пива. Милейн отказалась от бокала вина, а Эмбер — от фруктового напитка.
— Ты уверена? — переспросила ее Милейн.
Эмбер кивнула. Время от времени она посматривала на отца, но в основном была погружена в себя. В свой несчастливый мир.
Милейн не пыталась уследить за разговором Криса и Тэннера. Как оказалось, они могли прекрасно обойтись без нее. Но ее не могло не тревожить состояние девочки. С ней явно творилось что-то неладное.
— С Эмбер все в порядке? — спросила она Криса. — Она не заболела?
Крис взглянул на дочь.
— Она обиделась. Дуется.
— Из-за чего?
Если Крис и Эмбер действительно поссорились, не стоило говорить об этом сейчас, но Милейн не могла удержаться.
— Милейн, она ребенок и не понимает, что я должен иногда делать то, что ей не нравится.
— Например?
Она совсем не была уверена, что Крис ответит, но он, отпив пива, посмотрел ей прямо в глаза.
— Мелочь. Сиюминутная трудность. Мы должны уехать из Бишопа.
Этого она не ожидала.
— Уехать? Куда?
— В Аспен.
Сначала Милейн не поняла…
— Нет… — еле слышно произнесла она, — нет. Вы ведь только приехали…
— Мне это известно. И я на этом потеряю много денег. Но дела требуют моего постоянного присутствия в Аспене. Слишком много я вложил денег, чтобы ими разбрасываться.
— Аспен… — прошептала Милейн. — Нет.
Крис повернулся к Тэннеру.
— Объясните вы ей. У меня дело. Конкуренция — не дай Бог. Не могу я конкурировать издалека. — Он хотел погладить Эмбер по голове, но девочка увернулась. Крис помрачнел. — Малышка поймет. Там совсем неплохо и много учебных заведений для ребят ее возраста.
— Не хочу, — едва не плакала Эмбер. — Хочу быть рядом с Милейн.
Милейн была не в силах говорить. Ей казалось, что она сейчас умрет. Она чувствовала на себе взгляд Тэннера, но не смела поднять глаза. Неужели Крис увезет Эмбер? Нет!
— Эмбер плевать на заведения.
Не расслышав слов Тэннера, Милейн уловила звук его голоса. Она бросила на него быстрый взгляд, поразившись охватившему его напряжению. Если он скажет что-нибудь против Криса…
— Наверное, плевать, — не стал спорить Крис. — Но это необходимость. Я много работаю и не могу пихать Эмбер то туда, то сюда.
— Она может жить со мной. — Милейн сама не знала, как осмелилась сказать это. Мужчины повернулись к ней. — Ты знаешь, как я…
— Знаю, — перебил ее Крис. — Мы сто раз говорили об этом. Но Эмбер моя дочь. Послушай… — Крис подался к ней. — Я знаю, что ты не согласишься со мной, но я много думал. Эмбер только-только начала осваиваться в Бишопе, как ты увезла ее в Маммот. После этого она только и говорит, что о поездке к тебе, о комнате в твоем доме, о том, как она помогала тебе в больнице. Разрываться между двумя городами тоже не дело.
Не дело? Неужели Крис вправду в это верит? Видимо, догадавшись о состоянии, в котором находилась Милейн, Тэннер обнял ее за плечо, и она откинулась на спинку кресла, не сводя глаз с Криса.
— Как ты мог это сказать? Эмбер нужна мать или женщина, которая могла бы заменить ей мать.
— Тысячи детей живут без матерей. Послушай, я не собираюсь начинать все сначала, но если ты настаиваешь… — Крис поглядел на Тэннера, потом на свои руки, и, когда заговорил снова, тон его стал холодным. Он принял решение. — Милейн, все изменилось. Мне было жаль тебя. Наверное, тебе трудно в это поверить. Но так оно и было. Ты принадлежишь к тому типу женщин, которым надо, чтобы в них нуждались. Ты посвятила себя Эмбер. Но теперь у тебя есть другой объект. — Он указал взглядом на Тэннера. — У Эмбер есть я. У тебя есть Тэннер. Отпусти ее.
 
Отпустить Эмбер? Никогда! Нет, пока она жива.
— Она только-только познакомилась с ребятами. Ты не понимаешь, как это важно, — прошептала Милейн и взяла Эмбер за руку, ненавидя себя за слезы, которые текли по щекам девочки.
— Это ты не понимаешь. Хочешь, чтобы я повторил? Я отец Эмбер. Я. Не ты. У нее будут другие приятели.
Милейн вырвалась из рук Тэннера и обняла Эмбер, которая дрожала всем телом и прижималась к ней изо всех сил. Ну как Крис может так поступать с дочерью? Со своей дочерью? Он не понимает! Господи, он никогда не поймет!
— Аспен… — прошептала она. — Вы переезжаете в Аспен…
Пока его не захватило горе Милейн, Тэннер пытался уверить себя, что он всего-навсего сторонний наблюдатель. К черту! Если бы он знал, что сегодня будет, он бы ни за что не поехал.
— Ну, Крис, и бомбу ты взорвал сегодня. Милейн не ожидала. Да и Эмбер не в восторге. Почему бы не дать им прийти в себя? А пока… — Не зная, где бы лучше поговорить, Тэннер встал, не сводя глаз с Криса. — Да, парень, ты не подарок. А пока давай-ка выйдем.
По лицу Криса было видно, что он оценивает положение и выбирает лучший вариант. Тэннер уже не помнил, когда ему приходилось применять силу, чтобы удержать ситуацию под контролем. Кажется, еще в школе. Сегодня он в отличной форме по сравнению с теми временами. Тэннер чуть расставил ноги и согнул руки в локтях, вызывающе глядя на Криса.
Крис растерянно моргнул, не в силах скрыть волнение, и встал.
— Не знаю, что ты хочешь доказать…
— Ничего. Но твоя дочь плачет. И потом я предпочитаю разговаривать без свидетелей.
Они молча вышли на улицу. Тэннер заметил страх в глазах Милейн, но она не сделала попытки его остановить. Вместо этого она, побелев, еще крепче прижала к себе Эмбер. Если бы она попросила его остаться, наверное, он послушался бы.
— Твой способ дрессировки никуда не годится.
Крис замер.
— Я никогда никого не дрессировал. А Эмбер плачет с той минуты, как я сказал ей о переезде. Я думал, ей понравится идея, а у нее в мыслях одна Милейн. Послушай, Тэннер, ты не знаешь эту женщину. Она умная, образованная женщина. Я не отрицаю. Но она помешалась на Эмбер. Девочка…
— Это называется любовью.
Крис пожал плечами, и этот жест сказал Тэннеру о нем все.
— Я хотел поговорить с тобой, — прервал затянувшееся молчание Тэннер, — потому что никак не могу понять. Милейн сказала, что просила тебя дать ей возможность удочерить Эмбер.
— И даже слишком часто, — проворчал Крис.
— А ты что думаешь?
— Что значит, я думаю?
— Значит… — К черту! Он не знал, правильно ли поступает, вмешиваясь в дела по сути посторонних ему людей. Но делать что-нибудь было надо. — Я послушал тебя и понял, что для тебя самое важное — твой бизнес. Ты тратишь на него все свое время. А ты ведь еще отец, и у твоей дочери нет матери. Тебе, видно, тяжело приходится.
— Еще бы!
— Милейн могла бы стать хорошей матерью. Я видел ее с Эмбер. Они любят друг друга. Это же яснее ясного.
— Ага. Милейн все отдала бы за то, чтобы жить рядом с Эмбер. И Эмбер наверняка звала бы ее мамой, если бы я разрешил.
Тэннер едва не вышел из себя, услышав это, однако он твердо решил сказать все до конца.
— Им было бы хорошо вместе. Милейн, конечно, ее не рожала, но не думаю, что это имеет значение. У Эмбер должна быть мать, а Милейн все сделает, чтобы быть достойной этого.
— Послушай! — Крис сжал кулаки. — Я сто раз слышал это от Милейн.