Ревизор: возвращение в СССР 9 (СИ)
Глава 9
Святославль
Домой мы добрались без задних ног. Попадали, кто где. На следующий день с раннего утра в городе играла музыка в громкоговорителях. Вскоре стали слышны крики «ура».
— Что происходит! — выскочил я спросонья в кухню.
Там уже проснувшиеся гости кто кофе пил, а кто что покрепче.
— Так, седьмое ноября же! — смеясь, ответила Зарета. — Небось на демонстрацию народ собирается.
— Ох тыж, блин. Седьмое ноября. Я и забыл, — глотнув компотику, пошёл дальше спать. Не на демонстрацию же идти.
К обеду все проснулись. У меня, наконец, дошли руки посчитать деньги из конвертов. В общей сложности денег набралось четыреста тридцать рублей, из них по сто сунули бабушка с Никифоровной. И две сберкнижки, помимо отцовского подарка. Мама с Ахмадом подарили 500 рублей. А родители Галии тысячу. Что-то Загит разошёлся не на шутку… Надо поговорить с ним.
Галия с мамой взялись распаковывать подарки. Мы насчитали пять махровых полотенец, штук десять разных кухонных из вафельной ткани. Постельного белья и в комплектах, и по-отдельности целая стопка получилась.
Кто-то преподнёс набор мельхиоровых чайных ложечек. А кто-то целый набор приборов на двенадцать персон в красивом чемоданчике с красным бархатом внутри. Ох, мама с Галиёй аж дышать перестали, как коробку открыли.
Был среди подарков и ковёр. Разворачивать его не стали и решили, что в этот раз его не потащим. Вешать всё равно пока некуда.Набор хрустальных рюмок тоже решили пока оставить у мамы на хранение.
Я сидел рядом, глядя как дамы распаковывают подарки и ждал. Ждал одного определенного подарка, который, в моей жизни, был в подарках на свадьбу всегда. О да! Вот и он. Я не ошибся в ожиданиях. Чайный сервиз! Пузатый довольно большой заварочный чайник с розовенькими цветочками, чашки, блюдца. Не знаю, может это только мой такой опыт, но чайный сервиз фигурировал в подарках на свадьбу в моей прежней жизни практически всегда, и у меня, и у моих друзей, и у родни.
Галия с мамой рассматривали сервиз вполне благосклонно, обсуждая узор и размеры чайника. Логично, чай пить все равно из чего-то надо. Так что подарок применение найдет. В ступор женщины впали, открыв следующую коробку. В ней тоже оказался чайный сервиз. Самое смешное, что такой же в точности, как и первый. Мама с Галией недоуменно переглянулись, а потом рассмеялись.
— Что же делать? — Галия подняла на меня неуверенный взгляд. — Они одинаковые, Паша.
— Так это же отлично, — с оптимизмом произнес я. — Вдруг гостей много придет. Сможем всем в одинаковых чашках чай подать.
Мои полушутливые объяснения были восприняты женщинами с большим энтузиазмом. Они стали оживленно обсуждать, что «а ведь и правда, если гостей много, удобно, когда чашки есть запасные такие же».
А потом Галия открыла третью похожую по форме коробку. И в ней, бинго, оказался еще один чайный сервиз. На этот раз расцветка была другая. Какие-то серо-голубые ромбики. И чайник был поменьше. В результате недолгих обсуждений, женский совет постановил, что этот сервиз будет нам на каждый день. А два других — для приема гостей.
Еще в подарках оказалась коробка с красивым обеденным сервизом, в котором даже супница присутствовала. Так что посудой и кое-каким домашним текстилем нас родня обеспечила всерьез, чему мы были очень рады. В квартиру столько всего купить предстояло. А тут сразу несколько важных пунктов закрыли.
— Давайте, вон ту большую коробку откроем, что там? — предложила мама.
А там оказался пылесос Сатурн. У меня был такой когда-то. Ревел, как зверь.
— О! — обрадованно воскликнули Галия и мама.
Да уж, в хозяйстве всё пригодится. Ну, пусть женщины дальше разбираются, там ещё мелких свёртков куча.
— Подумайте, что нам завтра с собой взять, а что можно пока здесь оставить. Только не забывайте, что я не Илья Муромец, — сказал я маме и жене, а сам пошёл на кухню, хотел с Ахмадом переговорить по поводу компенсации за банкет. Только вошёл на кухню, бабушка подала мне бланк телеграммы.
— В почтовый ящик бросили, пока мы все вчера в кафе гуляли, — пояснила она.
«Быть не могу Поздравляю Совет да любовь молодым Подарок за мной Балдин».
— О! Ты его приглашала! А я как раз пару минут назад подумал, что жаль, что забыли пригласить. Все так суматошно оказалось со свадьбой, даже не успел как следует продумать список гостей. — обрадовался я. — Жаль, что он не приехал.
— Ноябрьские. Куда же он поедет, в самом деле? — ответила бабушка. Заметно было, что она тоже сожалеет. — Официальные мероприятия, всё такое. Это у нас, простых смертных, выходные…
— Ничего, бабуль, — поспешил успокоить её я. — Он же в Москве служит? Теперь чаще будете видеться. Ты ему писала вообще, что переехала?
— Кажется… — задумалась бабуля.
— Нет. Не писала, — вступила в разговор Никифоровна. — Мы же, когда телеграмму давали, его на свадьбу в Святославль пригласили, а обратный адрес указали Коростово. Помнишь? Ещё смеялись, заметит — не заметит.
— В телеграмме нет обратного адреса, — сказал я. — Смотрите: Москвы и абракадабра дальше. Не понял он, что ты теперь рядом живёшь. Письмо пиши! Третий месяц, как переехала, а до сих пор не сообщила…
Бабушка всплеснула руками, согласно кивнула головой и пошла в комнату бумагу и ручку искать.
Где же Ахмад? Нашёл его во дворе. Он гулял с малой, качал её на качелях. Инна и Пётр сидели неподалёку в беседке.
Воспользовавшись моментом, пока Ахмад один, решил завести разговор о компенсации банкета. Ахмад слышать ничего не захотел, даже частичную компенсацию обсуждать не стал. Ожидаемо, конечно, но попытаться надо было.
Пообедав остатками со свадьбы, пошли с женой в гости к Анжеле. Подруги соскучились, обнялись. У Анжелы обед был готов. Она нас хотела за стол усадить, но мы только что из-за стола вылезли и отказались. Просто сидели и делились новостями.
Мы смеясь рассказали ей, как сейчас спим у мамы на полу вповалку и на кроватях «валетом».
— Ой! А что же вы ко мне не пришли ночевать? — воскликнула подруга. — Места ведь полно.
— Не догадались, — переглянулись мы с женой.
Тут пришёл Валера, друг Тимура, о чем-то оживленно беседуя с Санькой, младшим Анжелиным братом.Валера протянул мне руку и по-хозяйски уселся за стол. Санька тут же рядом пристроился. Тут уж мы с женой в осадок выпали.
— Малого обещал на демонстрацию сводить, — ответил Валера на мой вопросительный взгляд.
Оказалось, что они с Анжелой встречаются с тех самых пор, как мы на шашлыки ходили. Валера доучивается последний год в училище на сварщика. Хочет устроиться на работу на наш завод до армии. Вернётся через два года, и они с Анжелой поженятся.
— Вот у вас планы! — удивились мы с Галией. — На пятилетку вперёд.
Уходили в прекрасном настроении. Девчонки чуть не расплакались, расставаясь. Все обнимались и не могли разойтись.
— Да что вы, как навсегда расстаётесь? Пишите друг другу письма, — сказал им Валера.
— А на какой адрес нам писать? — возразила Галия и вопросительно посмотрела на меня.
— Бабушкам, конечно. Мы же туда постоянно ездим, — удивился я, что она сама до этого не додумалась.
Девчонки побежали обмениваться адресами. Мы с Валерой переглянулись. Вот женщины! На ровном месте проблему придумают.
— От Тимура слышал что? — спросил я.
— Писал пару раз. Сборы при поступлении это — конечно что-то!.. Сейчас казарменный режим. Ветку видит редко. У парней нервы сдают, в группе стычки до драк. Двоих уже отчислили. Короче, тяжело.
— Но он, надеюсь, держится там?
— Держится. Куда ему деваться? Не возвращаться же…
Да уж. Достаётся там брату. Но характер у него есть. Думаю, ему только на пользу пойдет такое испытание. Закалится, выдержку потренирует.
После Анжелы пошли к родителям Галии. Завтра уже уезжать, жене надо напоследок со всеми повидаться. Когда ещё вся семья соберётся.