Ревизор: возвращение в СССР 9 (СИ)
— Акт составляю. — доложил он. — Забыл, как ты эти кусочки называл в мешках?
— Это сленговое название, не надо его в официальном документе использовать. — посоветовал я ему. — Лучше напиши: «производственные отходы кеттельного цеха».
Он кивнул и поспешно удалился. Лучше бы записал, а то, пока дойдёт, забудет. — усмехнулся я.
А хорошо, что он фотки уже проявил. Мне сегодня, ну никак, время на них не выкроить.
После пар отзвонился Сатчану, сообщил, что есть кое-какие мысли по трикотажке, договорились с ним, что я подъеду в понедельник. Потом поспешил на встречу с Галиёй на станции метро Автозаводская. Специально договорился с ней встретиться на станции в центре зала, чтобы она не ждала меня на улице. Не май месяц.
На автобусе доехали до Автозаводской улицы и оказались напротив проходной, я, как договаривались, набрал помощника комсорга завода. Ждать пришлось минут двадцать, если не больше. Я уж думал, он забыл про нас. Уже собирался набрать ему ещё раз, но вдруг к нам подошёл парень неопределённого возраста, с серьёзным лицом, но смеющимися глазами. Вроде, молодой, но сильно поседевшие виски и заметная лысина на макушке заставляли усомниться в этом.
— Здравствуйте, ребята. — подошёл он к нам.
— Михаил Аронович? — уточнил я.
— Можно просто Михаил. — протянул он мне руку, с любопытством разглядывая.
Он провёл нас на территорию завода. Она была не большая, а огромная. Мне доводилось слышать, что это город в городе со своими автобусными маршрутами, поликлиникой, службами быта и пожарной частью. Но видел я всё это своими глазами впервые. Надо признаться, масштаб завода меня впечатлил.
— Нам с вами надо сегодня многое успеть. — сказал Михаил. — В фотоателье сделать фотографии на пропуска. Ты, — обратился он ко мне. — после этого останешься в комитете комсомола, секретарь наш Артур Георгиевич хотел лично с тобой побеседовать. А девушку я провожу на рабочее место. Её тоже надо будущему начальству представить.
Мы разделились после фотографирования. Михаил оставил меня в комитете комсомола завода и увёл Галию.
— Проходи, проходи. — вышел из своего кабинета заводской комсорг мне навстречу, и пригласил к себе в кабинет. — Товарищи из райкома тебя очень рекомендовали.
Он был под метр девяносто ростом. Но плечи сутулые, явно чрезмерно занимается кабинетной работой. И глаза были тусклыми, словно давно на природе не был. Засушенный бюрократией потенциальный богатырь.
Он с сомнением и любопытством разглядывал меня. Я прошёл за ним в кабинет.
Артур Георгиевич тянуть не стал. Сразу взял быка за рога:
— Слухи ходят, что ты такие лекции читаешь по линии «Знания», что люди в полном восторге. Что и профессора тебе не конкуренты.
— Врут! — с деланной убеждённостью в голосе сказал я.
Комсорг засмеялся.
— Да, похоже, что слухи не обманывают, за словом ты в карман не лезешь. Что же, меня просили тебя сильно не эксплуатировать, в связи с занятостью на учебе, так что давай сразу определимся, по каким важным идеологическим темам ты готов у нас выступить. Скажем, раз в десять дней тебя устроит?
Меня это вполне устраивало. Тут же сели и обговорили и темы, и даты. Я все занес себе в самодельный ежедневник, который соорудил из обычной толстой тетради.
* * *Галия шла рядом с Михаилом, периодически ловя на себе его любопытные взгляды.
— Вы не очень похожи на художника. — наконец, сказал он.
— Это почему же? — удивилась Галия.
— Ну, наши художники совсем другие.
— Какие?
— Сейчас сами увидите. — загадочно ухмыльнулся он.
Галия напряглась.
— Только не удивляйтесь ничему. — коротко предупредил он.
Они поднялись на второй этаж небольшого, по сравнению с остальными корпусами, здания. В просторной мастерской Михаил нашёл парня лет тридцати-тридцати пяти, высокого, худого, давно нестриженного. Он недовольно бурча, отвлёкся от своего занятия, Галие не было видно от входа, чем он был так сильно занят.
Они вдвоём подошли, и Михаил представил её.
— Эдуард. — протянул он ей руку, резко став любезным.
Галия тоже протянула руку в ответ, рассчитывая, что Эдуард ограничиться обыкновенным пожатием. Но он вместо этого приложился губами к её ладони. Испуганная Галия отдёрнула руку.
— Я вас предупреждал: ничему не удивляйтесь. — подмигнул ей Михаил. — И не бойтесь, он не опасен. — наклонившись к её уху, добавил он.
Легко сказать, не бойтесь! Галия боялась. Кто его знает, чего можно ожидать от этого Эдуарда после такого начала.
— Эдик, давай, полегче, не пугай девушку. — смеясь, сказал ему Михаил. — Это твой новый сотрудник на полставки, студентка института. Но велено ее не гонять. Она на свободном режиме посещения, пару раз в неделю придет на несколько часов, и ладно. Вот на эти часы ее и озадачивай.
— Прекрасно. — ответил Эдуард и нарочито поклонившись, заявил: — Очень рад. Очень.
— Ну всё. Тогда оставляю вас. — вдруг сказал Михаил и направился к выходу.
— А у меня что, уже рабочий день сегодня? — рванулась за ним Галия.
— Нет. Вам ещё надо будет с бегунком побегать, но это уже завтра. Сегодня у вас ознакомительная экскурсия. Осмотритесь, познакомьтесь с остальным коллективом, сориентируйтесь на территории, чтобы могли самостоятельно рабочее место найти. — посоветовал ей Михаил.
Он ушёл. А Галия осталась один на один с этим странным человеком.
* * *После собеседования с Артуром Георгиевичем вышел из его кабинета и спросил у помощника комсорга Михаила, куда он дел Галию. Тот дал мне местный телефон оформительского цеха и кивнул на один из аппаратов, стоящих у него на столе.
— Добрый день. — поздоровался я с взявшим на том конце трубку мужчиной. — К вам новенькая сегодня устраиваться приходила?
— Да. Она и устроилась, таки…
— А она ещё у вас? — поинтересовался я.
— У нас. — растягивая слова ответил мужик.
Что за⁈.
— Можно её к телефону?
— А кто спрашивает?
Конь, блин!..
— Инструктор комитета комсомола Ивлев Павел Тарасович. — грозно прорычал я в трубку.
— Галечка! Тебя… — послышалась где-то там.
Галечка⁈
— Алё? — услышал я родной голос.
— Что у вас там происходит?
— Не обращай внимания. Всё нормально. Ты когда освободишься?
— Уже.
— Пойдём? — спросила она.
— Пойдём.
— Хорошо. Встречаемся у второй проходной.
Через пятнадцать минут я уже вышагивал вдоль здания проходной и вглядывался в людей вокруг, ища глазами невесту. Народу было не очень много, смена ещё не закончилась.
Вдруг я увидел Галию. Её сопровождал длинный худой парень. Галия увидела проходную и, как я понял, хотела дальше идти сама. Он порывался пойти с ней дальше, до самой проходной, но она отправила его.
— Это что за циркуль? — спросил я её, когда она подошла.
— Это мой начальник Эдичка. — рассмеялась Галия, чмокая меня в щёку.
— Что смешного? — спросил я, чувствуя нарастающее раздражение внутри.
— Он смешной. — беззаботно ответила Галия.
Ладно. Надо будет заглянуть к ней в этот оформительский цех как-нибудь. Оценить самому, что там за клоун такой. Если реально умеет ее смешить, то это серьезно. Нет проще дороги к сердцу девушки, чем через смех. Кроме тех девушек, конечно, у которых нет чувства юмора в природе. Но у Галии оно есть.
Пятница. Думал, поехать в деревню прямо сегодня. Но Галия округлила глаза, едва я ей это предложил.
— Нет, нет, нет! Я сегодня не могу! — затараторила она. — Меня ждут. Давай завтра с утра поедем.
— Кто тебя ждёт? — насторожился я.
— Секрет! — хитро посмотрела она на меня.
— Ну, ладно. Куда тебя проводить? — зашёл с другой стороны я.
— К Маше.
Ну, понятно. К свадьбе готовятся. Ладно. Чем бы дитя не тешилось…
Сдал невесту Виктории Францевне и поехал в ДАС в надежде хоть немного позаниматься.
К своему удивлению, застал у нас двух девчонок из Машкиной группы, видел их на дне рождения. Они с нашими и Булатовскими парнями устроили штаб из нашей комнаты по подготовке к моей свадьбе. Шутки, хохот. Дым столбом.