Девочка, я тебя присвою. Книга 1 (СИ)
Я пошла в палату обратно. Ходить после такой температуры и впрямь сложно, как бы я еще шла с кружкой кипятка — не знаю.
Едва я заняла место на своей кровати, полусидя на подушке, как вернулась медсестра с моей кружкой.
— Где у тебя чай? — спросила она. — Вот этот, на тумбочке?
— Ага, — ответила я.
Она раскрыла упаковку, вынула один пакетик в виде пирамидки и опустила ее в кипяток.
— Сахар положить?
— Да, пожалуйста. Два кусочка.
— Сластена? — улыбнулась сестра, бросила в кружку пару кусочков коричневого рафинада и заботливо размешала сахар ложечкой.
— Да, — улыбнулась я в ответ. — Горький чай не перевариваю.
— Я тоже, — сказала она и потянула носом. — Хотя вот этот можно, наверное, и без сахара. Слушай, так пахнет вкусно. Шоколадкой. Ну-ка что за марка такая?
Медсестра с именем «Юлия Александровна» на бейдже поставила кружку на тумбочке возле меня, а сама взяла в руки пачку с чаем.
— Интересный какой, — сказала она. — Я таких марок в магазине не видела. Дорогой, наверное. Парень принес, что ли?
Разве? Ну я вроде тоже такой не встречала на полках обычных супермаркетов, но подумала, что могла просто не замечать его. Мы с мамой обычно брали более массовые и недорогие марки чая. Но выходит, Архип покупал его для меня в каком-то специализированном магазине? Для меня лично? Зачем?
Неужели его так гложет чувство вины или это папочка постарался? Заодно продемонстрировал свой достаток…
— Ну да, — пожала я плечами. — Знакомый.
— Понятно, — посмотрела на меня Юлия. — Парень к тебе явно не равнодушен и не считает тебя простой знакомой, раз такие подарки носит. Книжки сейчас тоже недешевое удовольствие. Ой-ей, тысячу триста за одну книгу.
Она поставила чай на место, затем взяла одну из книг и перевернула — на обороте была приклеена наклейка с ценой. Ну да, не дешевая… Сейчас книги удовольствие в принципе не дешевое.
— У-у… И вторая не меньше… — медсестра хитро глянула на меня. — Женихается точно он к тебе!
Вот ведь сплетница. Я даже смутилась и покраснела.
Нет уж, только не Архип ко мне будет «женихаться». Впрочем, спасибо ему все же стоит сказать. Меня так мама воспитала — на добро надо ответить добром.
— Да нет, просто знакомый, — ответила я. — Спасибо вам за помощь.
— Да всегда пожалуйста. Как спадет температура можешь и сама ходить чай наливать, а пока мне говори лучше, или тому, кто на посту будет. Хорошо?
— Хорошо.
— Кстати, к тебе соседку скоро приведут, — заметила сестра перед самым выходом из палаты. — Так что если скучала — не долго страдать осталось!
И она, посмеиваясь, вышла из палаты.
Я же вздохнула. Одной, конечно, спокойнее мне, но я же прекрасно понимаю, что я здесь не на курорте…
Протянула руку и взяла кружку с чаем. Сначала принюхалась — в самом деле, запах очень приятный. Отпила немного чая и прислушалась к его вкусу. И на вкус ничего, не как обычно: пахнет здорово, а на вкус словно самый дешевый некачественный чай. Этот не подкачал по всем пунктам.
Взгляд снова упал на книги, подаренные мне Ветровым. Я стянула с тумбочки свой телефон и зашла в меню сообщений.
Открыла ту смс, которую получила еще вчера, но отвечать не стала.
«Спасибо за книги и чай. Кристина» — набрала я и отправила на тот номер, с которого приходила ранее смс-сообщение от Архипа.
15
АРХИП— Как думаешь, десять футболок мне хватит? — спросил я, разглядывая ровные стопки на кровати.
Пришло время собирать чемодан. Летний лагерь остался в силе, и уже завтра мы выдвигаемся в путь. Вечер перед отъездом мы с Питерским решили провести вместе за сбором вещей. Точнее, я их собирал, а Ромыч наблюдал за качеством моей работы.
— Десять? — поднял он брови, раскачиваясь в моем навороченном компьютерном кресле. — Хочешь перещеголять девчонок нарядами?
— А что? — пожал я плечами. — Это далеко не все… У меня их штук пятьдесят. А едем мы надолго.
— Ну да, всю неделю можно разные надевать, и еще три дня. А со следующей уже никто их не вспомнит, — ржал он. — Ты все-таки хочешь быть модником даже среди девчонок!
— Каких девчонок? — постучал я кулаком по голове себе. — Динка и мне оторвет и узлом завяжет что-нибудь, и безвинные девчонки без глаз останутся.
— Ну, посмотреть-то им можно, — заявил Питерский. — Глаза-то у людей есть.
— Лучше не злить ее… — покачал я головой, укладывая футболки на дно чемодана. — Мало того, что она вынесет мозг мне, потом отцу, а ее отец — моему, а мой вынесет мне. В общем, не стоит…
— Сложно все у вас… — вздохнул Роман.
— Ну, как уж вышло.
— Хорошо, что я свободный от этих всех…»любовей». Никто мне мозги не насилует…
Я искоса глянул на него, но промолчал.
Роман тоже мне кое-что не договаривает. Но это его личное дело, и я, в общем-то не лезу, но ведь не слепой же. Как сказал ранее сам Ромыч — «Глаза-то у людей есть.»
Про «свободный от «любовей» Питер сейчас заливает…
Я прекрасно вижу, как он сохнет по нашей однокласснице-заучке, рыжей Катьке Романовой. Но безответно. Рыжая его боится и ненавидит, и над этим он сам постарался. В данном случае, ему мозг никто не насилует — то правда. В роли насильника мозга Рыжей он сам…
Пару раз я пытался намекнуть ему, что может, стоит как-то поласковее с девчонкой-то. Цветочки там, киношка, мороженко… Но в ответ на меня всегда рычали. Проблема Романа явно не в том, что по части любовных дел он полный валенок, но гораздо глубже. Наверное, он считал, что девчонка, которая попала в нашу школу по гранту год назад и родилась в небогатой семье, воспитывалась одной бабушкой в возрасте, недостойна находиться рядом с нами. Ну, тут он не прав — но не мне его учить не быть снобом. Со мной он себя всегда вел нормально, а вот к людям не его круга относится высокомерно. Но раз уж мы друзья, я принимаю его таким, какой он есть. Наверняка и в моей голове полно таракашек, которых понять Роману тоже нелегко.
Впрочем, я тоже далеко не все рассказываю. О моих проблемах с отцом Роман не знает всего… Для посторонних у нас идеальные отношения.
— Подрастешь — узнаешь, — подколол я его.
— Ой, мля… — закатил глаза Питерский. — Взрослый, блин…
— Ну у меня, типа, невеста есть уже, — хохотнул я. — Конечно, взрослый.
— Которой шестнадцать лет?
— Ну, когда-то будет больше.
— Она тебе реально нравится хоть? — спросил он вдруг и вгляделся в мое лицо.
Я даже замер над чемоданом от его вопроса. Мы дружим давно, но все же делимся не всем… И такие личные вопросы задаем друг другу редко. Но почему сейчас его такой простой вопрос ввел в ступор?
— Ну да, нравится, — ответил я. — А что?
— И ты хочешь жениться через два года? Тебе только двадцать будет.
— Да я как-то к этой мысли привык, ты знаешь… Не вижу тут ничего криминального. Динка отличная подруга на самом деле. А там видно будет. Кто знает, что может случиться в течение этих двух лет? Я не отказывался. Но не соглашался.
— А есть разница?
— Колоссальная, — ответил я. — Я ведь нигде свои подписи пока не ставил. А о моих коротких курортных романах ей знать необязательно… И ты не говори.
Я строго глянул на него.
Да, я не идеал морали, и иногда мучу с другими девчонками. Что жизнь не казалась такой пресной. Это только Ромыч бережет себя для рыжей принцессы, и другие его просто не интересуют.
— Да когда это я был треплом? — возмутился Питер.
— Никогда, — сказал я. — Но на всякий случай — если тебе дороги мои яй… Ну, короче, если тебе еще нужен твой друг — не вплетает Динку в мои…небольшие грешки.
— Я и не собирался, — фыркнул тот. — Меня больше волнует, что у нас группа без репетиций останется, чем твоя насыщенная личная жизнь и гарем султана. У нас осенью фест, помнишь? Продуем же.
— Да, репетиции пока не получатся, — вздохнул я. — Но ведь у меня не основная партия, так что пока без меня потренируйтесь без меня. А я, кстати, беру с собой гитару. Скинете мне текст песни, ноты, я потренируюсь сам.